5 марта 2017 г.

Глава 31. Жизнь как химия

Статья с таким названием Артура Корнберга (лауреата Нобелевской премии из Стэнфордского университета, США) произвела на меня большое впечатление. В ней автор чрезвычайно сжато и в то же время очень ярко показывает жизнь и еёе связь с химией. Судите сами.
"Первые два десятилетия нынешнего века прошли под знаком охотников за микробами. Одного за другим они выслеживали микробов, вызывающих болезни, которые много столетий были самыми страшными бичами человечества: туберкулез, холера, дифтерия. Но оставались несколько не менее ужасных заболеваний: цинга, пеллагра, рахит, бери-бери. Их вызывает недостаток того или иного витамина. Поэтому, в 20-30-ые годы сложилась наука о питании, а на смену охотникам за микробами пришли охотники за витаминами.
В 40-50 годы биохимики пытались разобраться в том, почему же необходим для здоровья каждый из витаминов. И тогда на первый план вышли охотники за ферментами. Затем появились охотники за генами.
Как действует мозг? Как можно будет их назвать - охотниками за головами? Однако, еще более революционно другое достижение, которое не привлекло такого внимания, - оно пока еще не имеет ни собственного имени, ни определенной области возможного практического применения. Я имею в виду слияние разнообразных направлений медицинской науки в единую дисциплину. Объединение основных направлений медицинской науки произошло потому, что теперь эти, ранее не связанные между собой дисциплины, объясняются на едином языке химии. И самая описательная из этих дисциплин - анатомия, и самая абстрактная - генетика, сегодня превратились в разделы химии.
Универсальность основных процессов клеточной химии в природе стала одним из главных открытий нашего столетия.
Однако на всем протяжении истории медицинской науки именно удовлетворение собственной любознательности по поводу фундаментальных явлений природы оказалась самым практичным и самым дешевым путем к созданию эффективных лекарств и методов лечения.
Исследования, не имевшие никакой практической цели, принесли нам большую часть важнейших открытий в медицине, в том числе - рентгеновские лучи, пенициллин, вакцину против полиомиелита, моноклональные антитела, генную инженерию и метод рекомбинантных ДНК.
Все согласились с тем, что старинное изречение: «Необходимость - мать изобретений» - обычно неверно. Как правило, справедливо обратное: «Изобретение - мать необходимости!»
Для любого общества, для любой культуры жизненно важна способность понимать природу творчества и не скупиться на ее поощрение.
Можно ли использовать эти же методы и достижения для изучения нервной системы и поведения человека? (добавим - мышления, творчества, и т.д. - В.М.)
Этому мешает одно главное препятствие: даже врачам трудно согласиться с тем, что РАЗУМ - ЭТО МАТЕРИЯ И ТОЛЬКО МАТЕРИЯ. Тот же самый язык химии, на котором описывается работа сердца или печени, вполне годится для описания деятельности мозга.
Уже достигнуты большие успехи в понимании химической основы некоторых дегенеративных заболеваний мозга. Опровергнуто догматическое утверждение, будто нервные клетки неспособны к регенерации: открыто по меньшей мере четыре фактора роста, вызывающие регенерацию нервных клеток. Я убежден, что «охотники за головами», использующие сейчас биотехнологические методы для изучения функций и заболеваний мозга, в скором времени добьются замечательных успехов в понимании явлений сна, памяти, настроений, душевных болезней и других состояний нервной системы.
(Можно говорить и о том, что возможно будут найдены вещества, позволяющие лучше решать научно-технические задачи. - В.М.).
Можно было бы привести поразительные примеры глубокого воздействия простых химических соединений на поведение человека: опиаты и их природные родственники - эннефалины, алкоголь, никотин и так далее.
Пользуясь языком химии, можно рационально объяснить многие явления жизни - питания и поведения, здоровье и болезнь. Химический язык не только обладает высокими эстетическими достоинствами, он связывает биологические науки с физическими. Это подлинно международный язык, не знающий диалектов, язык на все времена, язык, который позволяет нам понять, откуда мы взялись, что мы такое и кем позволят нам стать законы физического мира.
Прежде чем закончить, я хочу подчеркнуть, что всех нас объединяет одна непреходящая ценность. Это наша единодушная и беззаботная преданность научной культуре в широком смысле этого слова.
Наука не только дает нам возможность вносить свой вклад в великие открытия, но и открывает перед нами вечно новые беспредельные просторы для исследований.
Изменился ли сам подход к изучению жизни в наши дни - под влиянием компьютерной революции и появления других передовых технологий? Можно ли теперь вести исследования, пользуясь готовыми формулами?
Безусловно, нет. Эти технические инструменты незаменимы, но наука по-прежнему остается, по существу, одним из видов искусства, объект которого - Природа. (Это - не совсем верно. - В.М.). Мы ищем разгадку ее неистощимых тайн с разных направлений, с большей или меньшей настойчивостью, каждый в своей собственной манере, - наши эмоции, настроения, культурные традиции играют здесь не меньшую роль, чем в художественном творчестве. Машины, которые мы применяем, рисуют изображения и картины, отличающиеся точностью и объективностью, но нельзя забывать, что для нас эти машины - всего лишь инструменты, которые мы используем, как живописец использует палитру, композитор - ноты, а писатель - слова, чтобы творить свой собственный образ Природы.
Философ Сенека как-то сказал: «Всякое искусство - лишь подражание Природе. И с помощью науки мы стремимся лишь приблизиться к Природе настолько, насколько это возможно». Статья опубликована в 1959 году.
Итак, охотники за головами должны заниматься не только химией мозга, но и программами для решения научных задач.
Цель нашей жизни столь бесспорна,
Что зря не мучайся, приятель:
Мы сеем будущего зерна,
А что взойдет – решит Создатель
Игорь Губерман [146]