5 марта 2017 г.

Об особенностях тризовского подхода к анализу объектов и ситуаций. Ключ В.Е. 27.10.2011.

 

 
 
 
ПРОДОЛЖЕНИЕ РАЗГОВОРА ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ТРИЗОВСКОГО ПОДХОДА К АНАЛИЗУ ОБЪЕКТОВ И СИТУАЦИЙ  
А ТАКЖЕ
О ТАКОЙ УНИВЕРСАЛЬНОЙ МОДЕЛИ ТЕХНИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ, КАК «ПОЛНАЯ СЕТЬ»
©Ключ В.Е.
 
Аннотация
Данная статья представляет собой продолжение и развитие статьи, размещенной на сайте Методолог (http://metodolog.ru/node/832, 843, 865 ,  сокращенный ее вариант был послан  на Саммит 2011 (http://triz-summit.ru/redirect.php?id=205013 ).  
Содержание  данной статьи условно можно разбить на четыре части. В первой части этой статьи (разделы 1-4) изложено (с напоминанием об уже  рассказанном в предыдущей статье) то, в чем видится ее автору:
·         как специфика и место теории решения изобретательских задач (место ТРИЗа) в общем множестве направлений человеческого познающего поиска,
·         так и то, в чем причины замедления развития этой теории.
И в опоре на это свое видение, автор:
·         рассказывает о том, что полезного для разработчиков дает усовершенствование такой известной тризовской модели, как полная ТС,
·         а также показывает необходимость введения еще одной модели технических объектов (под именем «полная Сеть»), позволяющей описывать-анализировать те качественные особенности современных технических объектов, которые даже усовершенствованная модель «полная ТС» не ухватывает.
Во второй части статьи (разделы 5-7) автор рассказывает:
·         о том, что собой представляет функциональная структура (устроение) этой новой модели, 
·         а также о направлениях использования модели «полная Сеть» при анализе-описании устроения технических объектов.
В третьей части (подразделы 8.1. - 8.2. восьмого раздела) автор обсуждает специфику именно тризовского подхода к прогнозированию будущего технических объектов. Заодно это позволило  уточнить место  ТРИЗа в общем множестве направлений человеческого познания.
В четвертой части статьи (подраздел 8.3.) продуктивность сказанного об особенностях тризовского прогнозирования иллюстрируется рассказом о тех перспективах будущего у технических объектов (особенно подробно перспективы будущего информационных ТС), которые усматриваются с помощью такого инструмента, как модель «полная Сеть».
 


 
ОГЛАВЛЕНИЕ
 
 


 
 
Изобретательские задачи возникают в самых разных сферах и видах деятельности, в том числе: и в сфере искусства, и в сфере науки, и в сфере образования, и в социальном управлении, и в инженерии (а в инженерии: и при проектировании, и при конструировании вещей, и при прогнозировании их будущего) и т.д. Так что, следуя своему названию, ТРИЗ (теория решения изобретательских задач) призвана захватывать (описывать-исследовать) всё-всё это изобретательское пространство.
Но такая широта (всеохватность)   ТРИЗа создает большие проблемы:
·         как при определении места этой теории (как направления познания) в общем спектре направлений человеческого познающего поиска,
·         так и при определении собственно тризовского тезауруса, т.е. при определении той совокупности знаний и умений, владение которыми позволяет идентифицировать (квалифицировать) того или иного разработчика, как разработчика-тризовца.
Пока был жив основатель этой теории, Г.С. Альтшуллер, решения:
·         и по проблемам выбора направлений тризовских исследований,
·         и по вопросам оценки уровня «тризовости» исследований его учеников и последователей, 
принимались им самим, причем, они принимались:
·         далеко не всегда, исходя из какой-то ясной логики, из продуманных и четко сформулированных и выложенных на бумагу критериев и посылок (ведь все это тогда только начинало нарабатываться),
·         а чаще всего, исходя из своей интуиции.
И сейчас уже ясно, что в своем большинстве эти решения для того периода были достаточно адекватны (хотя и принимались часто из интуитивных соображений).   А адекватны они были потому, что изюминка (ядро) ТРИЗа органично «взрастилась» в самом Г.С. по ходу осмысления-развертывания им своего гениального первоначального замысла (его исходной идеи на счет того, что творчество (делание изобретений) – не чудо, а потому – познаваемо и потому же, познавая его особенности, ему можно обучаться, можно, обучаясь, повышать свои природные творческие способности).
К слову, он и свою тризовскую интуицию в себе органично взрастил постоянной проверкой «изобретательской» силы-мощи творимых тризовских инструментов на практике. А собственная его практика была богата и разнообразна. Ведь Г.С. был редкостным сочетанием, не только мыслителя, но: и выдающегося писателя, и выдающегося инженера, и замечательного педагога (т.е. сам он успешно занимался: и философским, и техническим, и художественным творчеством, а также обучением творчеству). Так что он очень хорошо чувствовал широту и всеохватность этой теории, им замысленной и развиваемой. И потому   он стимулировал-поощрял развитие ТРИЗа по всем направлениям познания (познания такого феномена, присущего на Земле только людям, как изобретательство (и шире – творчество)). 
А вот его смерть перевела ситуацию в ТРИЗе (точнее, ситуацию в созданном им сообществе своих учеников-последователей) в совсем другое состояние. Ведь вместе с ним ушел и «сидевший» в нем механизм эффективного решения проблем, связанных с трансляцией и развитием той самой (всеохватной, т.е. охватывающей все виды творчества и потому общеметодологической) изюминки-ядра ТРИЗа. А ведь именно оно, это самое общеметодологическое ядро (изюминка) ТРИЗа:   
·         определяя-задавая собой   специфику ТРИЗа, как особого направления познающего поиска,
·         одновременно питает-обеспечивает и его «силу-мощь». 
И в теперешнем (после смерти Г.С.) состоянии ТРИЗа (в нынешнем состоянии движения приверженцев-сторонников этой теории, движения их «теоретической мысли») наиболее тревожно следующее. Многие тризовские теоретики:
·         занимаясь развитием прикладных аспектов   ТРИЗа, да еще только в области технического творчества,
·         очень слабо озабочены теми   проблемами, которые в свое время постоянно удерживал в сфере своего внимания Г.С., а именно, очень слабо озабочены проблемами промысливания, описания и развития того самого «всеохватного» (общеметодологического) тризовского ядра («изюминки» ТРИЗа).
А это приводит к тому, что    ТРИЗ, как особое и очень продуктивное направление познающего поиска, начинает хиреть, так что со временем ТРИЗ может действительно превратиться из развивающейся и продуктивной теории творчества в рядовую и закостенелую методику.
Читатель имеет вполне законный резон тут же спросить:
·         и про то, вправе ли я вообще делать такие заявления,
·         и про то, на что конкретное опирается это мое заявление. 
На счет своего права я могу сказать следующее. Я воспринимаю эту нынешнюю угрозу-тенденцию в ТРИЗе, возможно, куда острее других тризовцев потому, что в силу своих жизненных обстоятельств много взаимодействовал и дискутировал с представителями других направлений системного подхода[1]. И по ходу этих многолетних(!) и очень упорных дискуссий для меня стали   куда более выкристаллизованными и ясными:
·         и сущностные особенности «всего» системного подхода (его, так сказать, методология, совокупность его исходных и базовых (причем, смыслово между собой связанных-согласованных!!) категорийных понятий),
·         и специфика ТРИЗа, как одной из составляющих: и системного движения, и этой методологии.
А на счет того конкретного, на основе чего я окончательно убедился в такой для ТРИЗа угрозе-опасности, то это произошло следующим образом. В последние годы ряд тризовских исследователей организовали проведение очень полезных тризовских конференций, названных «Саммитами МАТРИЗ». Так вот, знакомясь с материалами этих Саммитов, я пришел к тому выводу, что их  участники в своих исследованиях (если иметь в виду не столько названия исследовательских тем, сколько их смысловую направленность[2]):
·         с одной стороны, все-таки значимо «сужают» то изобретательское поле, которое должно охватываться ТРИЗом, как теорией изобретательства,
·         а с другой стороны, слишком уж большое предпочтение отдают традиционным подходам в познающем поиске, 
а говоря точнее, они:
·         слишком уж привержены традиционному рационализму,
·         а также не достаточно используют достижения системного подхода в познании человека и мира,
тем самым, постепенно предают забвению то самое, пестовавшееся и развиваемое Г.С. Альтшуллером, тризовское ядро.
Итак, поскольку речь, по сути, идет о будущем ТРИЗа, то это не могло оставить меня равнодушным. Вот почему я разместил в последние годы на сайте Методолог ряд своих статей, общая цель которых:
·         с одной стороны, напоминать про   тот масштаб посягательств-дерзаний, который был заложен в ТРИЗ ее основателем, Г.С. Альтшуллером,
·         а с другой стороны,   изложить свое видение тех или иных   аспектов-проблем: как «идентификации» ТРИЗа, так и ее развития. 
Причем,  чтобы не зависать в своих статьях  в пространстве «чистого» («голого») теоретизирования и неизбежного при этом смыслового выхолащивания обсуждаемых проблем, я свои соображения относительно «идентификации» и развития ТРИЗа всегда сопровождаю примерами разрешения той или иной, стоящей перед тризовцами,  проблемной конкретики. А саму эту проблемную конкретику я стараюсь выбирать, ориентируясь на то, что именно на данный момент на сайте Методолог и на Саммитах МАТРИЗ обсуждается.
Теперь (т.е. после такого общего пояснения своих мотивов и целей) можно уточнить, что  данная статья является непосредственным продолжением самой  последней моей статьи («Особенности тризовского подхода к описанию (анализу) устроения (структуры)технических объектов»), размещенной на сайте Методолог[3]. И  эта статья тоже, как и предыдущие, будет содержать две  составляющие:
·         одна составляющая –  чисто теоретическая,
·         другая, так сказать, более прикладная, представляющая собой конкретизацию-технологизацию тех соображений, которые были высказаны в «теоретической»  составляющей.
Общетеоретическая  составляющая данной статьи – продолжение начатого в моей предыдущей статье разговора про то, в чем заключается специфика ТРИЗа, как теории изобретательства. Причем, напоминаю, что в той статье эта специфика обсуждалась  «не вообще», а путем обсуждения того, какие подходы к «изобретательству», к «деланию» изобретений   предлагает ТРИЗ  в инженерии (разработчикам вещей, технических объектов).
Другая составляющая (прикладная-технологическая) – иллюстрирует-поясняет продуктивность высказанных соображений о специфике ТРИЗа (о ее месте в познании, о ее целях и методах) на примере введения и использования (как инструмента анализа-описания особенностей мира техники) такой новой для ТРИЗа и    универсальной для вещей – средств деятельности модели технических объектов, которую я называю    «полная Сеть».  
Как будет в этой  статье показано,  использование   модели «полная Сеть», причем,  ее использование совместно(!):
·         с той модификацией известной тризовской модели под именем «полная ТС», которая предложена   в моей предыдущей статье,
·         а также с тризовским представлением об  ИТС, –
позволяет продуктивно решать (применительно к миру техники) многие из тех изобретательских, прогностических, да и проектировочных задач, к решению которых тризовцы до этого не очень-то знали, как подступиться.  
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Заранее хочу предупредить, что  речь в данной статье идет про очень сложные и проблемные темы. Так что она – не для легкого чтения.
Чтобы как следует вникнуть в обсуждаемую в статье (и, считаю, очень злободневную и очень значимую для тризовцев!) проблематику, приходится при чтении статьи неоднократно возвращаться чуть ли не к самому ее началу и снова разбираться в уже прочитанном.  
Но все это, я уверен, окупается тем новым знанием, которое  читатель в итоге такого нелегкого  чтения приобретает (приобретает, даже в том случае, если он не(!) согласен со сказанным, но прочел статью вдумчиво).  
***
 
 
С одной стороны, место ТРИЗа в познании вроде бы задано самим своим названием: теория делания изобретений. А с другой стороны,   вопрос о том, в чем именно заключается специфика и место ТРИЗа в общем множестве направлений современного познающего поиска, – вопрос проблемный. Он проблемен не столько из-за разноголосицы мнений на этот счет у самих тризовцев, сколько из-за отсутствия таких описаний-классификаций всего множества направлений современного человеческого познания, которые позволяли бы ответить на этот вопрос (т.е. он проблемен из-за отсутствия продуктивных для разработчиков общеметодологических описаний современных направлений познания людьми себя и мира). 
В то же время, ответ на этот вопрос очень важен:
·         не только для, так сказать, самоосознания (для самоидентификации) нас, как тризовцев,
·         но и для развития ТРИЗа (развития средств-методов этой теории).
Повторяю,   проблема идентификации ТРИЗа – проблема очень не простая, выходящая на острие вековечных мировоззренческих споров, касающихся особенностей человеческого  познания себя и мира. И потому я ее в своих статьях, размещенных на сайте Методолог, обсуждал с разных сторон (так сказать, под разными   углами зрения). В данной статье я буду отстаивать и развертывать то свое утверждение, что ТРИЗ есть системно-общеметодологическое(!) направление познания (причем, известны и другие, тоже системно-общеметодологические, направления познания).
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Сразу хочу заметить, что:  
·         и методология, как раздел философии (различные общеметодологические направления-школы),
·         и та новая (сейчас только становящаяся) методология, которую я обозначаю, как   общая методология системного подхода, –
не есть некие, пусть и междисциплинарные, но тоже, так сказать, обычные (рядовые)  научные  дисциплины. Иными словами, абсолютно неверно считать, что общая методология, как исследовательское направление,  находится в одном ряду с множеством так называемых предметных научных дисциплин. Отнюдь. Общая методология (любое направление-ветвь познания, сюда относимое) – есть направление познающего поиска НАДдисциплинарное, НАДпредметное, ОБЩЕмировоззренческое.
А складывающаяся сейчас  общая  методология системного подхода (одной из составляющих которой является ТРИЗ), отличается тем, что она –  есть такое направление познания, которое:
·         закладывает основы принципиально нового и гораздо более продуктивного  светского рационализма,
·         тем самым, закладывает фундамент (точнее, исходные концепты и лоции) для  выстраивания светских и продуктивных ответов на те современные (да и будущие) угрозы и вызовы,  на которые не в силах ответить традиционный светский рационализм.
***
 
После сказанного в примечании уже можно следующим образом  зафиксировать  место-адрес ТРИЗа, как направления познания себя и мира (его места среди других направлений познания):
·         а) ТРИЗ  –  одно из общеметодологических и системных направлений-школ  познающего поиска,
·         б) отличается это направление  от других, тоже общеметодологических, направлений тем, что оно  занято поиском и выстраиванием («добычей») таких знаний, таких правил и умений, которые помогают найти выход из любых проблемных ситуаций.    
Поскольку о том, что такое проблемные ситуации,  речь еще не шла, то я сразу же поясню, что  проблемные (т.е. критическиевнекультурные, непонятные и т.п.) ситуации, это такие  ситуации:
·         разрешить которые невозможно с помощью уже(!) имеющихся у человечества (или у данного лица) знаний и умений,
·         иными словами, для «выхода» из  которых необходимо сделать изобретение, необходимо сотворить что-то совсем новое, новую придумку.  
Приведенным сейчас определением специфики и места ТРИЗа, как я полагаю, именно тризовская тематика-проблематика захватывается во всей ее широте и всеохватности (да и собственно весь комплекс уже добытых в ТРИЗе знаний-правил-умений тоже  этим определением захватывается).  Тем самым, такое  определение направленности (и места) ТРИЗа в общем познающем поиске человечества, на мой взгляд,  наиболее адекватно отвечает гениальному замыслу Г.С. Альтшуллера, основателя этой теории.
Еще раз сказанное повторю.   ТРИЗ – это именно общеметодологическое (т.е.: и надпредметное, и системно-комплексное) направление познания, а не просто одна из многих методик[4] творчества, как считают не только разные тризовские недоброжелатели, но и его доброжелатели, и даже, к  великому сожалению,   так считают  и некоторые тризовцы.
А все-таки, почему не допустимо (прежде всего, для тризовцев!) считать ТРИЗ просто одной из методик творчества? Отвечая на этот вопрос,   достаточно    спросить себя: что, кроме погружения в мелкотемье, кроме бездумного транжирства прежних блестящих достижений, наконец, кроме потери собственного лица, такое приниженное (и чисто потребительское) понимание  тризовских целей и задач дает[5]?    
Но и помимо такого рода соображений, достаточно убедительных, есть и масса других аргументов. Один из них следующий. Только исходя из понимания ТРИЗа, как такого общеметодологического направления познания, которое занято изучением «делания» любых изобретений (тем самым, и особенностей творчества), можно объяснить:
·         наличие   в ТРИЗе столь разнохарактерных ветвей-направлений исследований-поисков,
·         тем самым, наличие в ней столь вроде бы совсем разноплановых знаний, добытых в этих поисковых направлениях.
Этот мой аргумент – не очень-то очевидный, но очень весомый. И потому я его сейчас достаточно подробно разверну. При этом я не ограничусь:
·         ни указанием на тот факт, что многие найденные в ТРИЗе правила-умения по деланию изобретений эффективны не только в инженерии, 
·         ни ссылкой на то, что уже имеются продуктивные тризовские исследования особенностей делания изобретений в гуманитарных сферах Д.,
хотя и все это тоже подтверждает широту и общность притязаний ТРИЗа, как теории любого «изобретательства». Я сейчас наличие разноплановости у знаний, добытых в ТРИЗе, а точнее, необходимость «добывания-поиска»  в ТРИЗе столь разнохарактерных знаний, обосную, так сказать, теоретически
Для начала поясню, какие именно разнохарактерные направления исследований-поисков я имею в виду. 
Одно направление, это:
·         поиск сущностных особенностей собственно процессов делания изобретений, 
·         исследование-описание особенностей   того, как человек творит, с помощью каких приемов, способов, методов он создает изобретения-придумки.
К слову, это направление было четко замыслено-сформулировано впервые как раз Г.С. Альтшуллером (сформулировано им, как необходимость создания теории творения). И им же (вместе с учениками) оно начало очень интенсивно разрабатываться.
Второе направление, это:
·          исследование-описание наиболее сущностных особенностей (подчеркиваю: наиболее(!) сущностных особенностей) результатовтворчества,
другими словами, второе направление, это – исследование-описание сущностных особенностей:
·         как уже «добытых» (и описанных, ставших нашими знаниями) изобретений-придумок,
·         так и еще только добываемых изобретений-придумок.    
Теперь пойдем дальше. То, что ТРИЗ, как направление познания, должен заниматься первым направлением, не вызывает сомнений. Вопрос здесь в другом. В   настоящее время наличествует много исследовательских направлений, занимающихся этим же, т.е. занимающихся  исследованиями процессов творения-творчества. Где же здесь  место ТРИЗа, как особости, т.е. как исследовательского направления, отличающегося от других: и своими целями-задачами, и своими методами-способами (своим понятийным арсеналом и пр.?  
Ответить на этот вопрос легко. Легко потому, что  если кто в этом направлении и движется, то и он не пытается разрешить здесь самые «коренные» проблемы, а ограничивается анализом-описанием тех или иных частностей (правда, очень часто  эти свои результаты провозглашает, как «самые-самые»!). А фундаментально (т.е.: и системно-сущностно, и деятельностно) к изучению такого, чисто человеческого феномена, как творение-творчество, подошли   только в ТРИЗе. О  том «коренном», что отличает   здесь ТРИЗ, я уже не раз говорил в своих статьях, размещенных на сайте Методолог. Поэтому   лишь коротко об этом напомню. Изюминка (особость и значимость) тризовских исследований процессов творчества-творения заключается  в том, что эти исследования есть, по своей сути,  исследования-описания механики творения-творчества (исследование-описание тех механизмов, тех конфигураций действующих-творящих сил-факторов, с помощью которых творение-творчество происходит).
К слову, такие исследования очень сложны. Их сложность в том, что:
·         хотя  механика творения-творчества есть механика процессов, происходящих не непонятно где, а здесь, в наших головах (в тех информационных организованностях, которые мы обозначаем, как психика-сознание),
·         но в то же самое время эта механика для нас (для того же  сознания, сидящего в той же голове) –
не зрима,  не явлена, скрыта (мы просто творим, благодаря естественно-природному наличию-взращиванию  в нас такой механики). И потому:
·         для людей акты-явления  творения-творчества   – таинственны,
·         о том, как именно происходят процессы творения-творчества, циркулирует среди людей множество мифов и фантазий.  
А тризовская очень продуктивная  находка, тризовский ключик к раскрытию особенностей механики творения-творчества,  заключается в той революционной мысли (пусть очень уж  явно и не обозначенной, но все же постоянно Г.С. Альтшуллером в своих высказываниях подразумеваемой),  что только методологически(!!) (а вовсе  не «психологически» или «физиологически», «физически-химически» и пр.) исследуя множество уже произошедших творческих актов, удается  уловить типовые-типичные приемы создания новых придумок. Ну а затем:
·         можно, с одной стороны, обучать таким приемам разработчиков (заодно: и отбраковывая приемы не эффективные, и выстраивая особую дидактику (педагогику) обучения ТРИЗу,  обучения умениям творить),
·         а с другой стороны, можно с помощью  методологического теоретизирования: и постигать-описывать механику (механизмы) творения-творчества, и находить пути интенсификации, пути повышения силы-мощности творения-творчества.
На таком (т.е. тризовском)  пути исследований творчества уже получено много выдающихся результатов, найдено много инструментов, интенсифицирующих творчество людей. В том числе, это: 
·         и приемы и стандарты решения изобретательских задач,
·         и АРИЗ,  и тризовский ФСА, и диверсионный анализ,
·         и приемы РТВ,
·         и такие тризовские операторы, как: СО, РВС, ММЧ, и т.д.
Причем, многие из них – инструменты общеметодологические, т.е. они применимы и эффективны (после совсем небольшой их смысловой корректировки) в самых разных видах Д.!
Теперь обратимся ко второму направлению познающих поисков человечества (т.е. к исследованию-познанию  сущностных особенностей продуктов творчества). В этой области познания ситуация несколько другая. Здесь в   настоящее время наличествует много очень серьезных и авторитетных  направлений, тоже занимающихся исследованием (поиском-нахождением)   типовых и сущностных особенностей продуктов творчества. Так где же здесь место ТРИЗа, как особого направления, т.е. как направления, отличающегося от других: и своими целями-задачами, и своими методами (своим понятийным арсеналом и пр.)?
Чтобы найти ответ, давайте спросим себя:  а почему приходится и в ТРИЗе  заниматься, помимо исследований процессов делания изобретений, еще и  таким   направлением исследований?
Фактор, подталкивающий тризовцев заниматься таким направлением исследований, заключается   вот в чем. Чтобы что-то успешно придумывать-изобретать, надо уметь ориентироваться в сфере уже придуманного, в сфере уже полученных (и затем транслируемых в сменяющихся поколениях людей) творческих продуктов (знаний-умений). 
А как в мире (в огромном океане) уже накопленных человечеством продуктов творчества ориентироваться, если этот мир постоянно и стремительно людьми же изменяется-развивается? Для этого   необходимо выстраивать своего рода карты и лоции, компасы и путеводители, иными словами, необходимо в этом все растущем и переменчивом океане (океане накапливаемых знаний и умений, в том числе, и нарастающих умений анализировать то, как мы получаем-сочиняем новые знания-умения) все-таки находить:
·         некие постоянства, инварианты,
·         некие неизменные и путеводные ориентиры.
В самом простом случае это означает переход от «наблюдательского» описания обнаруженных нами событий-фактов, к их непосредственным обобщениям. Но этого оказывается недостаточно, приходится (для нахождения подобных постоянств и ориентиров) переходить ко все более «глубоким» обобщениям.
К слову, философы о такого рода поисках говорят:
·         и как о поиске тех или иных сущностей
·         и как о выстраивании тех или иных категорийзаконов,
·         и как о выстраивании тех или иных онтологий и т.п.
Собственно, все это и имеет место в человеческом познающем поиске. Вот почему он предстает перед нами в виде огромного множества своих направлений:
·         хотя и отличающихся друг от друга как своей предметностью, так и масштабом (уровнем общности) рассмотрения предметов и явлений,
·         но при всем при этом: и в чем-то «перекрещивающихся», и в чем-то взаимодействующих.
При этом наивысшая общность рассмотрения достигается уже не столько в науках, сколько в мировоззренческих (философских и общеметодологических) направлениях познания. Именно там идет строительство:
·         и исходно-базовых категорийзаконов и т.п.,
·         и исходно-базовых онтологий, принципов, первокачеств-первоначал.
Попутно замечу, что все это, т.е. все такого рода поиски – тоже есть творчество, а получаемые там результаты – тоже есть продукты творчества.
Итак, зафиксируем: поиском сущностных особенностей продуктов творчества занимаются практически все направления познания.
Так зачем все-таки ТРИЗу тоже этим надо заниматься, почему просто не   воспользоваться «чужими» наработками? Какими-то наработками ТРИЗ пользуется. Но далеко не всеми. Многие наработки вообще предназначены для других целей и задач, а те, что все-таки имеют отношение к процессам творчества, для ТРИЗа не продуктивны:
·         одни –  из-за предметности рассмотрения,
·         другие – хотя и имеют общепредметный уровень рассмотрения, но не продуктивны из-за той общеметодологической основы, на которой они базируются.
Чуть поясню сейчас сказанное.
Скованность-узость, проистекающая из-за предметности рассмотрения, не дает возможности стратегического видения, видения сущностей (образно выражаясь, предметность рассмотрения не дает возможности видеть лес, видятся только отдельные деревья (а то и только отдельные ветки). 
А что касается той общеметодологической основы, на которую все они опираются, то ее заложил еще Платон, и она, по своей сути:
·         основа – теистическая
·         и потому – все больше «пробуксовывающая» при ее использовании в анализе все более усложняющихся реалий современного мира людей. 
Вообще-то, разговор о том, почему такая основа пробуксовывает, – разговор сложнейший. Здесь приходится по-новому, с системных позиций, разбираться в тех, самых изначальных принципах, на которых выстраивается наши (т.е. людей) рациональные (понятийно-логические) объяснения всего и вся. К примеру, тут приходится по-новому разбираться:
·         и в том, что логично и что не логично, да и вообще, что такое логика, рационализм и т.п.,
·         и в том, что такое адекватность, истина и ложь и т.д.,
а всему этому разбирательству в этой статье не место. Так что здесь ограничусь только следующей  констатацией.
Получаемые на традиционных (на «платоновской» основе) путях познания инструменты мышления (идеи, категориальные понятия, критерии и пр.) в большей своей части мало продуктивны для разработчиков (тем более, для изобретателей). Вот и приходилось тризовцам самим нарабатывать надежные путеводные ориентиры, компасы и путеводители. Причем, приходилось здесь продвигаться, так сказать, ощупью, поскольку методология системного подхода, закладывающая основы новой светской рациональности, и открывающая, в том числе, новые и куда более продуктивные пути: 
·         в поиске таких ориентиров,
·         в поиске сущностных особенностей продуктов творчества,
·         тем самым, в поиске сущностных особенностей объектов материальной и духовной культуры человечества[6], –   
складывалась как раз по ходу:
·         и тризовского  поиска,
·         и поиска других общеметодологических школ.
Конечно, сейчас достижений в методологии системного подхода куда больше, так что ТРИЗу там есть чем воспользоваться. И я в своих статьях об этом не раз говорил. Да и в этой статье об этом еще буду говорить. А пока давайте по поводу методологии системного подхода зафиксируем следующее.
 Во-первых, эту методологию отличает от «платоновской»:
·         с одной стороны, тотальная(!) светскость,
·         а с другой стороны: и комплексность-системность, и «надпредметность-рефлексивность»
рассмотрения объектов и ситуаций.
А во-вторых, на эту методологию, на ее становление и развитие, «работают» несколько общеметодологических школ-направлений, в том числе, и ТРИЗ.
Итак, на вопрос о том, почему ТРИЗу приходится заниматься и таким направлением познающего поиска (а именно: поиском сущностных особенностей продуктов творчества), мы, пусть и худо-бедно, но разобрались. Осталось ответить на такой вопрос: а чем же ТРИЗ от других, тоже системно-методологических школ   (от той же СМД-методологии, например) и здесь отличается? Сформулирую сейчас это отличие следующим образом. В отличие от них, целью тризовских исследований является поиск-описание таких сущностных и типовых особенностей продуктов творчества:
·         усвоение которых людьми помогает им разрешать те проблемные (критические) ситуации, которые встречаются-появляются в их деятельности (Д.),
·         иными словами, усвоение которых людьми   повышает их  изобретательскиеспособности(тем самым, повышает творческиепотенции людей, их освоивших!).  
К слову, данное направление появилось в ТРИЗе как бы само собой, как побочный результат исследований процессов делания изобретений!
 
Резюмирую. Наличие столь разноплановых исследований в ТРИЗе объясняется тем, что эта теория – есть теория   системно-общеметодологическая.
Но такой фиксацией   проблема идентификации ТРИЗа – не исчерпывается. Проблема идентификации ТРИЗа – очень сложная, а я   коснулся в этом разделе (в своих здесь ответах-пояснениях) лишь одной ее стороны[7]. К тому же, я понимаю, что сейчас мной сказанное про исследовательскую специфику ТРИЗа слишком общо и потому его  следует подкрепить бо′льшей конкретикой.  
Для этого я в следующем разделе кое-что напомню из того, более конкретного, что уже было сказано на эту тему  в моей предыдущей статье. А ближе к концу статьи еще к сейчас сказанному вернусь.
 
 
Почему я хочу сейчас напомнить сказанное в  предыдущей своей статье? Дело в том, что я там тоже  обсуждал то, в чем заключается специфика ТРИЗа в познании сущностных особенностей продуктов творчества. Но там я это обсуждал, опустившись на один системный ранг ниже,  т.е. обсуждал как раз более конкретно, а именно, я там  обсуждал подходы ТРИЗа только к анализу-описанию сущностных особенностей такого подмножества (класса) продуктов человеческого творчества, как технические изделия (они же – вещи, технические объекты), оставив в сторонке все другие тризовские  наработки (а они ведь тоже имеются!).
Обсуждать здесь есть чего, ведь изучение сущностных особенностей продуктов творчества в ТРИЗе именно с этого и начиналось и к настоящему времени  здесь уже накоплено много результатов.  Вот почему я сейчас кое-что из там рассказанного о специфике подходов ТРИЗа к анализу-описанию вещей напомню и в чем-то дополню. 
 
О ДВУХ НАПРАВЛЕНИЯХ («ВЕТВЯХ») ПОЗНАНИЯ СУЩНОСТНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ ВЕЩЕЙ
В той своей статье я отмечал, что в  познании сущностных особенностей таких продуктов творчества, как технические объекты, в ТРИЗе прослеживаются два ответвления, две «ветви».  
Одна ветвь, это – выстраивание:
·         таких характеристик вещей – средств деятельности (Д.)
·         и таких  моделей вещей – средств Д.,
которые:
·         не только раскрывают сущностные особенности вещей,
·         но и могут послужить  (и служат) путеводными ориентирами для разработчиков (именно для разработчиков!) таких вещей (да и для социальных управленцев).
Другая ветвь – поиск и описание закономерностей развития вещей – средств Д.  (эту ветвь в ТРИЗе традиционно  обозначают: и как ТРТС (теория развития ТС), и как ЗРТС (закономерности развития ТС).   
Что касается второй ветви, то о ней пойдет речь ближе к концу этой статьи. А пока разговор пойдет, в основном,  о  специфике первой ветви тризовских исследований сущностных особенностей вещей.
И я напоминаю, что  в рамках этой ветви тризовского поиска     были разработаны  два особых (так сказать, чисто тризовских) способа-захода к анализу-описанию сущностных особенностей вещей, это:
·         функционально-структурный анализ
·         и вепольный анализ.
И чтобы раскрыть то, в чем специфика именно тризовского захода к анализу мира техники, я сейчас вновь поговорю про то,  в чем видится схожесть и различия этих тризовских способов-заходов к описанию сущностных особенностей вещей.
Сначала поговорю о схожести между собой этих заходов. И заранее предупреждаю, что этот разговор будет не очень-то короткий.
 
Оба захода-способа предназначены    для анализа-описания сущностных особенностей устроения (т.е. внутренней структуры) технических объектов. При этом:
·         оба они опираются на такое представление-умозрительность, выстроенную в ТРИЗе, как техническая система (ТС),
·         и в них обеих выстраиваются   типовые и сущностные описания особенностей  функционирования (самодействия) вещей – средств Д., или, как принято говорить, выстраиваются типовые  модели вещей – средств Д.,
причем, в каждом из заходов-способов такие модели вещей выстраиваются   уже на своем особом понятийном языке.
Подробнее об этом – в моей предыдущей статье. А здесь я  подчеркиваю следующее. Схожесть   обеих заходов в том, что в них основное внимание уделяется:
·         выявлению-описанию не чисто конструктивных (и статичных) особенностей устроения вещей – средств Д.,  
·         а выявлению-описанию того самодействия, той механики, тех внутренних процессов и сил, которые   задают-определяют    потребительские (полезностные) особенности вещей –   средств Д.
Наконец, еще одна (и основная!) схожесть их в том,  что   оба захода принципиально(!)отличаются от традиционных заходов к анализу-описанию динамических особенностей устроения таких вещей. В чем же именно отличаются?
Сначала сформулирую ответ на этот вопрос как можно короче.
Во-первых, вещи (технические объекты) с их помощью анализируются-описываются:
·         не предметно, т.е. не непосредственно в своей конструкторской и всякой иной наглядной ипостаси, 
·         а надпредметно-сущностно.  
Во-вторых:
·         вещи в них рассматриваются, как объекты, нами (нашей деятельностью) целенаправленно-намеренно создаваемые, нами творимые-созидаемые (причем, нами созидаемые, часто вопреки тем научным канонам, которых мы же (люди) придерживаемся!),
·         иными словами,  вещи рассматриваются, как объекты искусственные (не первоприродные-первичные, а, так сказать,   второприродные-вторичные).
Теперь попробую ответить поподробнее. И для этого обращаю внимание вот на какую тонкость. То, что мной сейчас было отмечено «во-вторых»,  вроде бы, все тризовцы понимают, так что в этом ответе нет, вроде бы, ничего нового. Но дело здесь не только в простой констатации того, что вещи нами сначала придумываются и лишь затем вещно выстраиваются. Дело тут еще и в том, что, исходя из такого понимания,  конструируется  (причем, в опоре на такие системные категории, как информация, деятельность и т.д.) та основная методологическая установка (та стратагема-онтологема), которой следует руководствоваться:
·         и тризовцам-теоретикам при исследовании-описании сущностных особенностей вещей (в том числе, и при выстраивании моделей вещей),
·         и тризовцам-практикам при планировании своих изобретательских целей-задач по разработке вещей и по их производству и использованию.
Эта методологическая установка (исходная онтологема-стратагема) в явном виде пока в ТРИЗе не была сформулирована. Больше того, многие об этом вообще не задумываются, хотя этот момент для ТРИЗа (для выстраивания ее инструментария, нацеленного на созидание новых вещей и поиск новых технических решений) очень важен. Так что ее сейчас следует специально обсудить.
 
ОБ ИСХОДНОЙ  СИСТЕМНО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКОЙ УСТАНОВКЕ, СЛЕДОВАНИЕ КОТОРОЙ ОБЕСПЕЧИВАЕТ ПРОДУКТИВНОСТЬ  ОПИСАНИЯ-АНАЛИЗА ТЕХНИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ
Эта методологическая установка (причем, установка: и исходная, и базовая, и, главное, не «наблюдательная», а деятельностная!) такая.  Технические объекты должны[8] анализироваться-описываться, исходя из системного понимания:
·         а) как особенностей деятельностной активности тех людей, которые созидают вещи,
·         б) так и тех функций, которые в любых деятельностных ситуациях выполняют эти самые вещи.
Что касается «б)», то, я думаю,  там сказанное   ни у кого из тризовцев не вызывает возражений.  К тому же,  про продуктивную классификацию технических объектов, отсюда следующую, я уже вел речь в своей предыдущей статье.
А вот что касается «а)», т.е. что касается особенностей деятельностной активности людей, то об этом следует сейчас специально поговорить. Вернее так.  Мне придется сейчас  проделать (пусть и очень эскизно) самое  общее (общеметодологическое и системное) обоснование (тем самым, и смысловое развертывание) указанной выше «путеводной» (стратегической) установки.  
 
ОБОСНОВАНИЕ (И СМЫСЛОВОЕ РАЗВЕРТЫВАНИЕ) ТОЙ ИСХОДНОЙ
МЕТОДОЛОГИЧЕСКОЙ УСТАНОВКИ, КОТОРОЙ ПРОДУКТИВНО СЛЕДОВАТЬ   РАЗРАБОТЧИКАМ ПРИ АНАЛИЗЕ ТЕХНИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ
Указанная выше  методологическая установка (которой следует руководствоваться при разработке вещей) не взята, так сказать, ниоткуда, она – есть один из выводов общей методологии системного подхода. Что собой эта самая  методология (составляющей которой выступает и ТРИЗ!) представляет, я не раз говорил в своих статьях. Говорил я об этом и в предыдущей статье. Но все же и сейчас я (для обоснования обозначенной выше методологической  установки) кое-что напомню из уже мной рассказанного, причем рассказанного:
·         как про саму общую методологию системного подхода,
·         так и про то, как сказывается на особенностях вещей то, что они есть продукт-результат деятельностной активности людей.
Но напомню  об этом очень-очень сжато, буквально в нескольких коротких тезисах (а по большому счету, чтобы основательно раскрыть сказанное, надо бы каждый из тезисов развернуть в целую книгу).
Первое. Самыми ключевыми системными категориями методологии системного подхода, позволяющими (впервые и очень продуктивно!) разобраться в сущностных и эмерджентных (к миру косному!) особенностях живых объектов, выступают такие категории, как: информация и информационная система (понимаемые по В.И.  Корогодину[9]– информация и информационная система, проделаю это дальше, при рассказе про модель «полная Сеть».).   Пока я не буду пояснять, что это за системные категории
Второе. Себеподобное и устойчивое дление (длительное существование, жизнь) таких «физически» крайне неустойчивых объектов, как живые организмы, а также:
·         и их воспроизведение (т.е. преемственное-себеподобное тиражирование  в сменяемых поколениях живых объектов),
·         и (одновременно!) их: как индивидуальная, так и   видовая эволюция-развитие, –
все это обеспечивается-задается огромной иерархией информационных процессов, протекающих,
·         как в самих живых организмах,
·         так и в их сожитиях.
Третье. Сущностные особенности собственно информационной механики[10] (особой механики живых организмов) продуктивно ухватываются посредством   таких исходно-базовых системных категорий (и типов процессов, присущих только живому миру), которые обозначаются, как организация и управление. О том, что представляют собой процессы этих видов-типов, я говорил в своей предыдущей статье.
Четвертое. Что же касается мира техники, созидаемого(!) людьми, то по ходу человеческой истории:
·         и активничание вещей,
·         и взаимодействия между вещами в актах Д., –
в чем-то все больше уподобляются отношениям между людьми и их группами. К такому (причем, по ходу человеческой истории все более сильному!) уподоблению приводит действие двух факторов-причин (в чем-то между собой «пересекающихся»).
Один фактор такой. Вещи – средства Д. предназначены (нами, людьми!) способствовать успешности Д. (этого особого, присущего на Земле только людям типа-вида активничания-действования, а именно, активничания, обусловленного стремлением людей к познанию, к Благу, к творчеству, к свободе и удобству и т.п.). Исходя из такого своего назначения, вещи – средства Д. выстраиваются-конструируются (людьми!) так, чтобы они уже в своем активничании были   функционально подобными (конечно не 100%-тно, а в той или иной степени) этой, чисто человеческой, активности.
Другой фактор следующий.    Если посмотреть, как развиваются по ходу человеческой истории уже возникшие в человеческом социуме виды Д., то мы увидим, что:    
·         по мере развития Д. некоего вида происходит (помимо иного-прочего!) уменьшение доли непосредственного участия людей в актах Д. этого вида,
·         и происходит это за счет увеличения доли участия в таких актах технических средств.
Иными словами, по ходу человеческой истории технические средства все более объемно, качественно и   полно выполняют те   функции в актах Д. (эпизодах Д.), которые первоначально   выполнялись людьми.
И я повторно напоминаю, что  обусловлен этот закон стремлением людей:
·         не только к Благу,
·         но и к свободе,
·         но и к удобству (и даже к лени).
Пятое. Из-за:
·         все большего участия вещей во взаимодействиях и во взаимоотношениях между людьми
·         и все большего функционального уподобления (создаваемого нами, людьми!) активничания вещей активничанию людей,
приходится все чаще прибегать при описании вещей (и их взаимодействий между собой) к категориям, используемым при описании активничания людей и их взаимодействиям между собой[11].
В завершение своего обоснования  хочу подчеркнуть следующее.
Обсуждаемая сейчас методологическая установка, это – не просто некое чисто теоретическое утверждение, выведенное из каких-то посылок-постулатов   системного подхода и теперь  навязываемое (откуда-то «со стороны»): и тризовским теоретикам, и тризовским практикам. Если всмотреться в жизнь людей, в их практику, то мы убедимся, что эта установка[12] там, в этой практике, имеет место быть. И сам этот факт  (его «по жизни» явление) формулируется   в виде закона «вытеснения людей из актов Д.», о котором я не раз говорил в своих статьях.  
 
ДВА ВАЖНЫХ ДОПОЛНЕНИЯ, УГЛУБЛЯЮЩИХ СМЫСЛОВОЕ СОДЕРЖАНИЕ ИСХОДНОЙ МЕТОДОЛОГИЧЕСКОЙ УСТАНОВКИ
Конечно, только что сказанное, в виду его «сжатости», порождает много вопросов и потому требует подробного (и потому многостраничного) обсуждения. Но все это увело бы нас очень далеко: и от темы данного раздела, и вообще от  темы данной статьи.
Все же хочу привести два очень важных дополнения, углубляющих смысловое содержание обсуждаемой методологической установки (и попутно раскрывающее некоторые особенности: как деятельностного активничания людей вообще, так и деятельного активничания разработчиков вещей в частности).
 
Первое дополнение
При описании особенностей активничания людей исследователи  исходят из того, что активность человека задается: как его хотениями-желаниями, так и ставящимися при этом целями.  
Причем,  традиционно это все пытаются описать исключительно через такую категорию, как потребность (потребности). Мы, дескать, активничаем для того, чтобы удовлетворять свои потребности. Причем, эту категорию удалось-таки превратить в достаточно эффективный инструмент анализа-синтеза. Удалось это сделать выдающемуся исследователю, психологу по профессии, А. Маслоу, а удалось ему это с помощью описания им так называемого треугольника потребностей (названного его именем).
Но сейчас я не буду о нем подробно говорить, хочу только  подчеркнуть следующее:
·         хотя я и сам его подход использовал[13] (да и дальше в статье использую),
·         но я использую его только в каких-то оговоренных случаях, но никак не применительно к анализу особенностей творения-творчества людей.
Почему? Дело в том, что:
·         хотя  такой  инструмент, как потребности, и продуктивен применительно ко многим ситуациям анализа,
·         но для ТРИЗа, как общей теории творчества-изобретательства, опираться  в своих построениях  только на  такую исходную основу – недостаточно.
Недостаточно потому, что только одна эта категория  не дает нам возможности:  
·         ни раскрыть сущностные особенности человеческого творчества,
·         ни найти для разработчиков-творцов именно стратегические  (т.е. путеводные), а не сиюминутные ориентиры.
Больше того,  даже если мы прибавим к «потребности» (этому аналитическому инструменту) еще и такой инструмент-категорию, как цели, все равно этого будет нам недостаточно.
Повторяю,  при анализе того, что движет людьми (в том числе, людьми,  творящими технику) крайне не продуктивно опираться:
·         только на потребности,
·         только на цели,
·         и даже только на то и то в совокупности.
Не продуктивно потому, что  главным отличием человека, как особого вида живого, является то, что определяющими (самыми приоритетными и ведущими) установками высшего органа управления у него (т.е. его психики-сознания) являются:
·         не собственно цели,
·         а ценностные ориентиры и идеалы (пусть у индивидов: и далеко не всегда явно осознаваемые и четко формулируемые, пусть и очень разные)[14].
Вот как раз это и  необходимо нам, тризовцам, иметь в виду:
·         и при обсуждении  потребностей и целей,
·         и при их использовании в  анализе творчества-изобретательства.
Еще немного поясню сейчас сказанное.
Что касается потребностей, то мне, конечно, можно возразить, указав на то, что  в треугольнике потребностей А. Маслоу все это (т.е. идеалы-ценности) как-то учитывается. Не спорю, там это учитывается (через представление о высших, о «духовных» потребностях),  но учитывается: и «глухо», и не инструментально.
А что касается недостаточности учета только целей, то дело тут в том, что цели в задании характера  (сущностных особенностей) нашего активничания, все-таки – вторичны. Сейчас и это я постараюсь проаргументировать.
Первый аргумент. Как ни крути, но именно ценностными ориентирами и идеалами задается-нормируется постоянно текущее у людей целеполагание, по ходу которого:
·         и  ассортимент,
·         и смысловое содержание 
всех без исключения целей: и нарабатывается, и корректируется.
Второй аргумент. Именно ценностными ориентирами и идеалами задается нарабатываемым нами целям та или иная степень приоритетности (и очередности, и обязательности-непременности) их исполнения.
 
Резюмирую сказанное в первом дополнении. Именно из анализа-описания идеалов и ценностных ориентиров людей следует (для адекватности-продуктивности) нам, системщикам, исходить:
·         не только при анализе сущностных особенностей активничания: и отдельного человека, и социума,
·         но и при анализе направлений творчества,
·         а также при анализе такого особого множества  продуктов творчества, как мир техники.
 
И  на это я сейчас   особо обращаю внимание читателей. Ведь отсюда вытекает следующая очень важная стратагема для  тризовских теоретиков.
Путеводные ориентиры для разработчиков вещей (скажем, те же умозрительные модели технических объектов и т.п.) должны тризовцами-теоретиками выстраиваться («должны» –  для продуктивности таких моделей):
·         не столько в рамках констатации того, что уже есть, что наблюдается (как это делается, скажем, физиками, географами и т.п. теоретиками-наблюдателями),
·         сколько  в принципиально иных рамках,
а именно, в рамках:
·         даже не столько желаемого-мечтаемого,
·         сколько чаемого-идеального (тем самым, должного!). 
Эта (вытекающая из исходной методологической установки!)  онтологема-стратагема для тризовских теоретиков – тоже  не досужая моя выдумка. Хотя Г.С. Альтшуллер в своих книгах явно ее и не сформулировал, но сам-то он ею   постоянно руководствовался. Именно этим объясняется:
·         и то, почему при разработке Г.С. Альтшуллером ЖСТЛ (жизненной стратегии творческой личности) им было сформулировано представление о достойной (т.е. соответствующей высшим человеческим идеалам и стремлениям!) цели,
·         и то, почему в ТРИЗе путеводные ориентиры для разработчиков (для творцов нового) выстраиваются в рамках должного-чаемого,
·         и то, почему в качестве одного из самых первых таких   ориентиров в ТРИЗе было разработано представление об ИТС (об идеальной  ТС, понимаемой как самая-самая высшая по своему «совершенству-развитости» ТС).
 
Второе дополнение
Как мы уже помним,  вещи всё более полно замещают людей в актах Д. А чтобы вещи с этим «справлялись», активничание вещей должно становиться все более функционально подобно активничанию людей в актах Д.
Иными словами,  внешние функции (т.е. ГПФ) вещей – средств Д. должны все больше уподобляться функциям, выполняемым в актах Д. человеком. А человеческая деятельностная активность:
·         не просто целесообразна (подобно активности тех же животных и этим   принципиально(!!) отличной   от активности, наблюдаемой в косной природе),
·         но и осмысленна-осознанна.
В связи с этим обращаю особое внимание читателей на такой очень интересный момент. Чем более вещи в своей внешней активности уподобляются человеческой активности, тем более их устроение становится:
·         не естественным, так сказать, не первоприродным,
·         а искусственным, в косной природе не встречающимся.
Чтобы развернуть порезче и поинтереснее сказанное в этом выводе, я приведу (в  отдельном замечании)  следующую мысль, уже высказанную в моей  предыдущей статье, а здесь уточненную.
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Создаваемая людьми намеренность и целесообразность в устроении вещей (тем самым, их (вещей) искусственность) распространяется до определенной «глубины» устроения вещества в этих технических объектах. Т.е., начиная с некоего   «глубинного» уровня и «глубже», силы и процессы в технических объектах остаются полностью «естественными» (т.е. свойственными силам и процессам у тел-веществ косной природы[15]).
А закономерность развития, обозначаемая тризовцами, как «уход на микроуровень», подчеркивает как раз то, что глубина целесообразной перестройки косного вещества в технических изделиях со временем возрастает (возрастает, благодаря творчеству, благодаря новым человеческим придумкам!).
Отсюда  становится гораздо понятнее, зачем тризовцам понадобилось:
·         и представление об идеальном веществе,
·         и представление о такой  закономерности развития (о таком варианте «ухода на микроуровень»), как: от цепочки ТС (от технологической линии) к единичной ТС, а от единичной ТС к идеальному веществу.
Причем, становится куда более понятным  то, что под идеальным веществом тризовцами подразумевается вещество:
·         не естественное (т.е. не «первоприродное», из косной природы»),
·         а вещество искусственное (т.е. «второприродное», техническое),
·         причем, вещество уже идеально техническое,
т.е. под этим понятием (идеальное вещество) подразумевается  такой технический объект,  который намеренно-целенаправленно нами перестроен (технизирован) «до самых своих корней». Таким образом, этим понятием обозначен предел постепенной и все более глубокой технизации (об'искусствлении) людьми «естественного» косного вещества.
Чтобы такое видение стало более «объемным-комплексным», обратимся к живым объектам, а конкретнее, к рассмотрению того, как там шло распространение  намеренности-целесообразности в устроении живых объектов. И мы увидим, что такого рода эволюция  там шла  совсем иначе:
·         первыми (по вполне понятным причинам) появились   целесообразные микрообъекты (сначала так называемее протобионты и лишь затем собственно  микроорганизмы),
·         а вот макроорганизмы появились  много позже (и уже на базе микроорганизмов).
И благодаря такому (так сказать, «естественному») ходу эволюции-развития живых организмов (и шире: эволюции-развития единиц (и видов) информации и информационных систем), намеренность-целесообразность перестроенного косного вещества в живых макроорганизмах с самого начала их появления была  распространена (несмотря на макро размеры таких организмов) вплоть до молекулярного уровня их структуры. Так что можно сказать, что   нарастание целесообразности шло здесь наоборот: от микро уровней структуры вещества к макро уровням его структуры. Но ниже-глубже молекулярного структурного уровня  вещество там все время остается «косным»!
И еще к слову. А мы находимся сейчас  вот на каком интереснейшем  этапе той самой, естественной, эволюции живой природы на Земле (к слову, эволюции, обусловленной особенностями такого первокачества живого, как информация).  Возникшие по ходу эволюции  живой природы такие макроорганизмы (макроорганизмы качественно особого их вида), как люди[16], уже сами, по своей уже воле-хотению (т.е., уже намеренно, уже искусственно) стали все глубже перестраивать косное вещество (и не только косное, но и живое, целесообразно выстроенное). Так что в настоящее время человечество (пусть и не очень-то осмысленно, не очень-то это осознавая) ставит своей целью целью-задачей (помимо иного прочего):
·         с одной стороны,  намеренно перестраивать те структурные слои косного вещества, которые в нынешних вещах (технических объектах)  все еще остаются «естественными»  (причем, перестраивать вплоть до не только молекул, но и до атомов и даже  до элементарных частиц!),
·         а с другой стороны,   намеренно перестраивать и  целесообразное устроение объектов живой природы (и даже свое собственное устроение!).
***
 
Как видим, опора на общеметодологические категории  системного подхода, в том числе, и на такую базовую системную категорию, как информация, приводит к очень интересным, красивым и многообещающим умозаключениям. Ну, а мне пора разговор о схожести тризовских заходов оборвать. Но в завершение этого разговора я еще раз обращаю внимание читателей на следующее.
Рассказ о схожести тризовских заходов поневоле  вылился в разговор о той специфике, которая вообще присуща тризовскому направлению в познании-описании мира техники. Причем,  для того, чтобы эту специфику описать-выделить, мне пришлось не раз выходить на очень обобщенные, системно-общеметодологические уровни рассмотрения этой проблематики.   И только благодаря:
·         и такому выходу,
·         и использованию результатов не только тризовских, но и других общеметодологических школ системного подхода,  
удалось сформулировать ряд принципиальных положений, ориентируясь на которые, можно куда более успешно обогащать-развивать тризовский  инструментарий творения-творчества.
Прошу читателей это взять на заметку. А я перейду к рассмотрению различий между собой тризовских заходов к анализу технических объектов. 
 
 
Сначала напомню про то, как я в предыдущей статье отвечал  на такой вопрос: а зачем в ТРИЗе разработаны не один, а два аналитических захода? Дело здесь в том, что перед разработчиками (в их деятельности) стоит огромное разнообразие задач. Их всех одинообразно не решить. Так вот, каждый из этих тризовских заходов (путей, способов)   служит (и успешен) для решения своего круга задач (из тех, которые встают перед  разработчиком). И как раз нацеленностью на решение разных кругов задач задается-определяется различие-специфика этих заходов.  
Вепольный анализ есть, так сказать, «физическое» (а именно: вещественно-полевое) обобщение инженерных подходов к описанию тех взаимодействий, которые встречаются (и шире – возможны): как между частями и элементами   технических устройств, так и между вещью – средством Д. (т.е. «инструментом») и вещью – материалом Д. (т.е. «изделием»). И потому получаемые  в этом направлении тризовского анализа-поиска методологические наработки используются, в основном, для решения задач, так сказать, тактическо-оперативного для разработчиков характера.
Что же касается функционально-структурного анализа, то он – есть описание того же (т.е. он – тоже писание действующих (внутри устроения технических объектов) процессов и сил), но описание, делаемое уже на качественно ином, аналитически  куда более мощном   уровне.   Дело в том, что понятия функция и функционирование (наряду с целым рядом других фундаментальных понятий системного подхода) предназначены для описания тех качественных (эмерджентных) особенностей, которые отличают устроение живых (да и технических) объектов от устроения объектов косного мира. И ввиду такой своей общности-мощности,  получаемые  в этом направлении тризовского анализа-поиска методологические наработки чаще всего используются разработчиками (но знакомыми с ТРИЗом!) при решении ими проектировочных и прогностических задач, так сказать, стратегического характера.
На сказанном разговор про различия я обрываю.
 
А подводя общий итог   состоявшемуся обсуждению схожести и различий обеих тризовских заходов к анализу технических объектов, хочу подчеркнуть   следующее.
Оба способа-захода:
·         хотя и сейчас очень продуктивны,
·         тем не менее, все еще  далеко не все их аналитические возможности (аналитический потенциал) раскрыты. 
Это (т.е. раскрытие их аналитических потенций-возможностей, тем самым, их развитие) удается достичь при системно-методологическом осмыслении:
·         как их самих,
·         так и добываемых с их помощью тех аналитических инструментов, которые предназначены для разработчиков-практиков.
К слову, попутно достигается еще и такой любопытный результат. Совершенствование подобных инструментов тризовского анализа  позволяет   проверить продуктивность высказанных мной относительно специфики и места ТРИЗа теоретических положений (их проверить, так сказать, на практике).
 Собственно, как раз этими соображениями я и в предыдущей своей статье руководствовался, когда там занялся  развитием-совершенствованием такой известной модели, полученной на путях тризовского функционально-структурного анализа, как «полная ТС». Ну, а в этой своей статье я в качестве иллюстрации продуктивности сказанного выше про специфику и место ТРИЗа и про пути развития ТРИЗа поведу разговор уже про другую «универсальную» модель (про «полную Сеть»), тоже получаемую на путях функционально-структурного анализа. 
Поведу, но попозже. А до того  мне необходимо поговорить  про значимость (и роли-функции) модели «полная ТС» в анализе мира техники. Это необходимо:
·         и для еще одного подтверждения значимости той исходной методологической установки, которая выше была сформулирована,
·         и для большей продуктивности последующего разговора уже про модель «полная Сеть»,
·         а также   потому, что уже сказанное мной в предыдущей статье  как-то не очень охотно воспринимается тризовским сообществом.
 
 
Напомню еще раз, что только благодаря:
·         не просто знакомству с рядом очень продуктивных   результатов исследований в области методологии системного подхода (причем, результатов, к сожалению, известных пока только в рукописном виде),
·          но и их использованию в своих исследованиях,
мне удалось:
·         не только и смыслово, и понятийно логически   уточнить назначение функциональных мест нижнего этажа модели «полная ТС» (что тоже важно),
·         но и описать полный (исчерпывающий) ассортимент функциональных мест ее органа управления,
тем самым,  сделать эту модель более мощной и технологичной.
И сразу стоит особо подчеркнуть, что основным достоинством усовершенствованной   модели «полная ТС» является то, что  она ухватывает собой самые сущностные (инвариантные) особенности той целесообразной  механики, того целесообразного самодействия:
·         которое имеет место («действует») в составе живых организмов, обеспечивая их эмерджентность, их качественное отличие от объектов косной природы)
·         и которое (т.е. целесообразное самодействие), будучи реализованным-воплощенным в устроении вещей – средств Д., позволяет таким вещам-ТС автономно и успешно выполнять заданную для них ГПФ[17]
А ухватывает модифицированная модель   механику целесообразности, благодаря описанию в ней (через функционально-структурное описание ОУ этой модели) таких видов-типов процессов:
·         не свойственных(!) косной природе,
·         но свойственных уже не только природе живой, но и многим современным вещам,
как управление и организация.
 Но прежде, чем развить эту мысль, мне нужно (нужно для лучшего взаимопонимания с читателями) сделать два замечания.
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ ПЕРВОЕ
Это замечание – о том, что понимается (с позиций системного подхода) под таким понятием, как «функция». А приходится об этом говорить из-за того, что, как я заметил, у читателей сайта Методолог большой разнобой в понимании смыслов-значений этого понятия.
Начну с того, что функция – это:
·         не нечто, автономно и вне нас само по себе длящееся,
·         а нами придуманная  характеристика  объекта (анализируемой нами некой отдельности).
Если же вдуматься в то, что именно в объекте она, как характеристика, ухватывает, т.е. если вдуматься в словоупотребление термина «функция» в современном анализе-синтезе, то можно увидеть, что эта характеристика  схватывает своим смысловым содержанием не одну, а две качественные особенности анализируемого целесообразного объекта (или его части), каждая из которых значима для анализа, а именно, схватывает:
·         а) с одной стороны, особенности той соотнесенности, которая усматривается между теми воздействиями, которые  наанализируемую отдельность (объект, часть объекта, ситуацию) направлены, и теми проявлениями внешней(!) активности этой отдельности, которые этими воздействиями вызваны («спровоцированы»),
·         б) а с другой стороны,  особенности направленности (назначения, назначенности) проявлений внешней активности анализируемой отдельности.
Немного смыслово разверну сказанное.
В первом своем значении (как соотнесенности чего-то с чем-то) понятие функция характеризует-описывает то, в какой окончательный вид преобразует анализируемый объект (или его часть) входное (т.е. на него) воздействие. Т.е. в этом своем значении функция:
·         характеризует-описывает соотнесенность (соответствие, зависимость) между многообразием «входных» воздействий на анализируемую отдельность (объект, систему или их часть) имногообразием ответов отдельности на эти воздействия,
·         тем самым, характеризует-описывает результаты преобразования анализируемой отдельностью «входного» на нее воздействия.
К слову, первыми термин «функция» в таком ее значении, ввели, по-моему, математики. Но ввели ее, так сказать, формально:
·         через значок «f», обозначающий собственно ту самую реагирующую на стимул отдельность,
·         и через перечисление тех формальных манипуляций, которые надо нам (мысленно или на ЭВМ) проделать с аргументом (входным стимулом), чтобы получить соответствующее значение функции (реакции на выходе).
И они уже создали и продолжают создавать удобные математические (формально-знаковые) технологии описания особенностей этих самых соотнесенностей (и этими технологиями все мы пользуемся).
А второе значение этого понятия (впервые появившееся, по-моему, в корпусе биологических наук) характеризует то, куда направлена (для чего назначена) внешняя активность объекта или его части (причем, провоцируется ли эта активность неким внешним фактором или нет – об этом речь уже не идет). При этом все мы понимаем, что внешняя активность объекта или его части обусловлена их внутренним устроением (особенностями их организации и функционирования). К слову, само назначение (функцию) анализируемого чего-то (объекта или его части) удается адекватно и быстро определить, исходя из НС этого чего-то.
Вообще-то говоря,   одновременное использование этих двух различающихся значений понятия «функция» при анализе чего-то – редкий случай, чаще «функцию» используют в конкретном анализе в каком-то одном своем значении, а второе держат "про запас". В данной статье (да и в тризовском функционально-структурном анализе) понятие   «функция» чаще всего используется в смысле: «назначение», «назначенность».
 
ЗАМЕЧАНИЕ ВТОРОЕ
Хочу в этом своем замечании обратить внимание читателей на следующее. Традиционно особенности самодействия (функционирования) вещей – средств Д. разработчики описывают с помощью свода тех знаний, которые выстроены в корпусе физико-химических наук. И описывают особенности самодействия вещей через такое представление, как принцип действия. Но беда-минус тут в том, что при этом способе-заходе к анализу-описанию технических объектов (вещей – средств Д.) ухватывается только, так сказать, чисто физико-химическая конкретика самодействия этих  искусственных объектов. А вот механика  целесообразности, собственно и задающая сущностные особенности вещей, при этом не ухватывается!  
В отличие от этого, в тризовской модели «полная ТС» ухватывается-раскрывается именно механика целесообразного самодействия, причем, она ухватывается-описывается функционально-структурно, т.е. описывается через ассортимент задаваемых (нами, разработчиками) назначений (иными словами, через ассортимент внешних функций, ГПФ) тех частей, которые входят (должны входить, для обеспечения целесообразного самодействия) в состав этой модели. К тому же, в модифицированном варианте модели «полная ТС» (описанном в предыдущей статье) функционально структурно прописана и такая,   важнейшая часть устроения современных  вещей –  средств Д., как ОУ (орган управления).
И в связи с этим обращаю особое внимание читателей на  то, что  таким заходом (а именно, заходом функциональным) к описанию сущностных особенностей устроения вещей усиливается (помимо иного прочего):
·         и общность-стратегичность,
·         и аналитическая мощь-продуктивность
описания устроений вещей.
Почему?  Дело в том, что благодаря вот такому  описанию особенностей устроения-функционирования вещей – средств Д. (а именно: описанию через функции-назначения тех частей, которые входят в состав (в устроение) вещей – средств Д.):  
·         с одной стороны,  мы точно знаем, каков тот результат, который  нам нужно-должно достичь-получить при проектировании-создании  каждой из частей,
·         а с другой стороны,  поскольку одну и ту же функцию-назначение можно реализовать с помощью разных(!) технических решений (т.е. с помощью  по-разному устроенных конструкций, с использованием разных принципов действия), то это открывает богатейший простор для творчества. 
К слову,  отсюда же (т.е. из описаний устроения вещей  через назначение входящих туда частей) в ТРИЗе появляются:
·         и тризовское представление о конкурирующих ТС,
·         и даже представление об идеальной ТС!
***
 
Теперь можно продолжить разговор-напоминание об аналитических достоинствах  модифицированной модели «полная ТС». Я уже говорил, что самое большое из ее достоинств – это то, что в ней функционально-структурно описано такое функциональное место в составе модели, как  орган управления (ОУ).
Спрашивается, а что дает нам ухватывание модифицированной моделью особенностей самоуправления вещей – средств Д. (тем самым, и ухватывание особенностей целесообразного самодействия таких вещей)?  Это обеспечивает модели    (при ее использовании, как инструмента анализа-синтеза):  и универсализм, и «стратегичность».  
Не поленюсь, и еще раз напомню, в чем заключается  стратегическая многоаспектность (многоплановость) использования  модели «полной ТС» в анализе особенностей мира техники.
 
Первый аспект стратегической (для разработчиков и управленцев) значимости модели полная ТС
Этот аспект как раз и иллюстрирует сказанное выше (при рассказе про исходную методологическую установку) про необходимость выстраивания тризовских моделей:
·         не столько ограничиваясь  только констатацией чего-то, уже наличествующего,
·         сколько в направленности к  чаемому и совершенному(тем самым, в рамках должного-требуемого).
Сейчас это поясню.
Мы (тризовцы!), отлично понимаем, что чем функциональнее, управляемее, автоматичнее, малозатратнее и безвреднее разрабатываемая ТС, тем ближе она к тому идеалу, к которому стремится  разработчик-тризовец в своей Д.[18] В то же время,  формулируя идеал любой разрабатываемой ТС, как такую ИТС:
·         которой нет,
·         а ее ГПФ выполняется, –
мы, тризовцы, отражаем-фиксируем этой  формулировкой лишь малозатратность и безвредность идеального (т.е. совершенного и безупречного) результата, достигаемого разработчиком. 
А модифицированный вариант   модели «полная ТС» дает нам (вдобавок(!)к ориентирам, задаваемым уже известным представлением об  ИТС) еще и другие ориентиры-подсказки. А именно, сверяя функциональное устроение нами разрабатываемой ТС с функциональным устроением (развернутой блок-схемой) этой модели, мы (уже как тризовцы-практики),   можем еще (вдобавок):  
·         а) объективно оценивать то, насколько разрабатываемая ТС управляема и автоматична,
·         б) а также определять то,   что же именно в устроении разрабатываемой ТС не хватает, причем, не хватает: как для образования-появления этих самых  ее полезных (функциональность, безвредность…) качеств, так и для  повышения этих самых качеств (если они уже наличествуют).  
Итак, первый стратегический аспект (стратегическая роль-значимость) модели «полная ТС» для разработчиков заключается в том, что  она может служить (и служит, если разработчики с ней знакомы)  универсальным критерием (эталоном, меркой) степени той функциональной полноты в устроении вещей – средств Д., которая обеспечивает их (вещей):  
·         автономность-автоматичность, 
·         самодействие-самость.
Но это же означает и то, что модель «полная ТС» выступает для разработчиков     эталоном-образцом развитости ТС (иными словами, выступает образцовой меркой-критерием для оценивания уровня  развитости любой вещи – средства Д.). 
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Прошу обратить внимание читателей на следующее обстоятельство. Формулирование в ТРИЗе того, что понимать:
·         и под ГПФ,
·         и под идеальной ТС, выполняющей эту самую ГПФ, –
происходило тогда, когда вещи – средства Д. практически не обладали органами самоуправления, так что потребительские возможности    вещей – средств Д. (иными словами, особенности их полезности-назначенности в Д.) были куда более простыми, чем сейчас.
Но сейчас, тем более в будущем, для характеристики полезности-назначенности вещей – средств Д. приходится, помимо характеристики-описания собственно специфики их назначения, вводить еще и такие характеристики потребительских качеств  вещей, как:
·         их управляемость (и уровни-градации управляемости),
·         их автоматичность-самодействие (и уровни-градации автоматичности) и т.д.  
Но не только это приходится делать. Еще приходится:
·         с одной стороны, модифицировать первоначальное описание такой модели, как «полная ТС» (теперь рассматриваемой, как  тризовский идеал применительно к устроению вещей – средств Д.),  
·         а с другой стороны, вводить еще и  такую закономерность развития ТС, как стремление к функциональной полноте ее устроения.
В связи с сейчас сказанным, хочу обратить внимание на следующий теоретический момент. Многие тризовцы в своем анализе особенностей назначения вещей используют такое различение, как: ГПФ и вспомогательные функции. Лично я считаю, что такое различение плохо продумано и потому часто запутывает анализ. Но  сейчас не буду это обсуждать, а только обращаю внимание на то, что управляемость, автоматичность и пр., это – качественные грани-стороны одной и той же ГПФ, а не какие-то вспомогательные внешние функции. К примеру, если вещь имеет несколько назначений, то по отношению к каждому из них можно говорить о степени «управляемости» этого назначения и т.д. 
***
 
Второй аспект стратегической  значимости  модели полная ТС  
 Рассматривая весь мир техники сквозь призму этой (уже модифицированной!) модели мы можем очень продуктивно упорядочивать-классифицировать мир техники. Почему?
Дело в том, что   при классификации, выстроенной в опоре на тот ассортимент функциональных мест, который наличествует в составе модели полная ТС, этой  классификацией будет охвачено  всё (без исключения!) множество вещей – средств Д.  Иными словами, для любой вещи – средству Д. можно найти свое место в том или ином классе функций, взятых из ассортимента функциональных мест модели «полная ТС», что, конечно же, очень помогает разработчику.
На всякий случай, я приведу  (но в особом замечании) дополнение к сейчас сказанному.
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
В  своей предыдущей  статье я вел  речь (в опоре на устроение модели «полной ТС») о классификации:
·         не простейших технических объектов,
·         а уже вещей достаточно сложных (сложных: и по своему составу-устроению, и по выполняем внешним функциям).
И потому я не стал подробно рассматривать функциональное устроение такой составляющей  ОУ полной ТС, как блок принятия решений (БПР),  лишь  упомянул, что этот блок:
·         тоже функционально сложно устроен
·         и во многом подобен функциональному устроению такого вида вещей (ТС), как «вычислители» (ЭВМ).  
Читатели могут сами заняться типовым (и сущностным!) описанием функциональной структуры современных цифровых вычислителей. И тогда они обнаружат, в частности, что:
·         поскольку ядерными процессами в вычислителях выступают процессы информационные,
·         то и РО в них – тоже, так сказать,  информационный,
·         т.е. он осуществляет (конечно же, с помощью тех или иных физических процессов) те последовательности вычислительных процедур, которые приводят к полезному для нас вычислительному результату. 
Короче, занимаясь вот таким тризовским описанием-моделированием вычислителей, попутно удается системно упорядочить-классифицировать те узко специализированные виды-сорта вещей[19], которые являются уже функциональными «под-частями» (под-подсистемами, ППС) той функциональной части (функциональной подсистемы, ПС) ОУ полной ТС, которая обозначена, как БПР (и мной в той статье не рассматривались).
И уж поверьте, занимаясь таким анализом, вы не пожалеете.
Во-первых, при этом отпадает необходимость в достаточно пустопорожнем умножении разных там модных терминов-понятий (попробуй, разберись в нынешней литературе со всё новыми и все умножающимися обозначениями одного и того же (по своим ГПФ) вида вещей).
Во-вторых, при анализе ЭВМ с системно-методологических позиций можно получить очень много интересного и нового даже для самых искушенных специалистов в области вычислительной техники и информатики!  Я так уверенно об этом говорю, что знаком с интересными рукописными материалами на эту тему.
***
 
Продолжая рассмотрение второго аспекта ролей-назначений «полной ТС» в анализе мира техники, стоит особо  отметить, что этот аспект сводится  не только к отмеченной выше возможности:
·         в опоре на ассортимент внутренних функций (внутренних функциональных мест-топов) полной ТС,
·         продуктивно и полно классифицировать современный мир техники.  
Дело здесь еще и в следующем.
Первое. Мы (как тризовцы-теоретики), имея теперь достаточно полное представление:
·         и о необходимом и минимально достаточном  ассортименте функций, обеспечивающих целесообразное самодействие вещей – средств Д.,
·         и о специфике каждой из функций этого ассортимента,
получаем возможность разрабатывать   продуктивные критерии-мерки уровня (степени) развитости каждого из функциональных мест модели.
Второе. Мы (уже как тризовцы-практики, занимающиеся разработкой вещей) можем эти критерии-мерки использовать для оценивания уровня-степени развитости   тех, уже реализованных вещей – средств Д., ГПФ которых отвечает какой-либо функции  из этого самого их ассортимента-списка.  
Проиллюстрирую это на таком конкретном примере.
 
ПРИМЕР ВВЕДЕНИЯ КРИТЕРИЕВ РАЗВИТОСТИ (ТЕМ САМЫМ, И ПЕРСПЕКТИВ-ГОРИЗОНТОВ РАЗВИТИЯ) ПРИМЕНИТЕЛЬНО К ОРГАНАМ САМОУПРАВЛЕНИЯ И БПР  ВЕЩЕЙ – СРЕДСТВ Д.
Казалось бы,  для оценки уровня развитости самоуправления (прежде всего, развитости того функционального места,  которое  мы называем  блоком принятия решений (БПР), можно  воспользоваться наработками, полученными в тех многочисленных исследованиях, которые заняты выяснением:
·         как смыслов такого качественного понятия, широко уже используемого, как интеллектуальность,
·         так и уровней  интеллектуальности.
Но в виду пока не очень-то большой методологической и логической основательности  таких исследований,  я этого делать не буду.  
Куда  практичнее и продуктивнее  те БПР, которые встречаются в ОУ ТС,  оценивать[20] по уровням сложности решаемых ими управленческих задач. Сейчас об этом тоже скажу пару слов.
В качестве одного из  уровней развитости БПР (заодно и всего самоуправления ТС) являются выполнение следующих требований:
·         а) обеспечение стабильности заданного режима функционирова­ния своей ТС (режима, постоянно сбиваемого "гулянием" воздействующих на функциональные места ТС многочисленных внешних и внутренних факторов);
·         б) обеспечение нужной (для выполнения ГПФ)    смены одного режима другим  и/или нужной  последовательности смены режимов;
·         в) обеспечение согласования, координации, соорганизации режимов функци­онирования (самодействия) подсистем-частей этой ТС.
Почему мной выделены именно такие критерии-требования к качеству самоуправления вещей – средств Д. (таких ТС)? Дело в том, что успешность (да и «полная» устойчивость) функционирования таких ТС обеспечивается только при условии успешного решения  текущих управленческих задач всех трех (указанных выше) классов. Ведь если какая-то часть задач из этого их перечня решается за счет внешнего управления, то вряд ли можно считать соответствующие БПР (да и сами органы само(!)управления ТС) более или менее развитыми.  
Но при этом нам необходимо  (необходимо для полноты и большей «аналитической мощи»  такого трехкомпонентного критерия развитости) ввести еще такие две его градации: 
·         а) низшая, это – когда все такого рода задачи решаются уже известными методами-способами, зафиксированными в их ОУМ (и этим, к сожалению, жестко ограничен сам круг решаемых задач),  
·         б) и высшая, –  когда их ОУМ (оргуправляющие модели) уже таковы, что решаются и такие задачи из этого же круга, решение которых заранее в ОУМ не заложено.
В свою очередь, каждая из градаций (и «а)», и «б)») может быть разбита (с помощью введения дополнительных критериев!) еще на несколько ступенек, отличающихся  степенью развитости. 
В итоге мы получаем для разработчиков не просто случайный набор оценок, а лесенку-систему шагов-ориентиров на пути   развития (разработчиками!) такого самоуправления, которое имеет пределом своего совершенства следующее:
·         обеспечение устойчивого  функционирования ТС при любой вариативности помех и флюктуаций (конечно, при условии отсутствия внешних катастроф).
К слову,  здесь, в таком направлении анализа качественности  самоуправления ТС, возникает много очень любопытных моментов, касающихся уже и составления  прогнозов развития самоуправления в технических объектах. К примеру,  ТС-управители, отвечающие уровню развитости «б)», обладают уже:
·         некими элементами собственной креативности,
тем самым, элементами:
·         и самообучения,
·         и саморазвития-самоусложнения.
Конечно, здесь из-за скороговорки очень-очень многого не объяснишь, к тому же, и упомянул я лишь один из проблемных аспектов, касающихся развития систем управления.  Но все-таки не удержусь и приведу небольшое дополнение  на эту тему (но вынесу его в отдельное  замечание).
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Я не коснулся, например, такой характеристики ОУ ТС, как его быстродействие. А эта характеристика – тоже один из критериев оценивания развитости ОУ (тем самым, критериев оценивания качественного уровня ОУ). Почему?  
Дело в том, что   качество самоуправления не сводится только к вопросу о том, умеет ли вообще БПР ОУ решать соответствующие управленческие задачи. Здесь очень большую роль играет и то, насколько быстро он:
·         и находит решение,
·         и превращает его в соответствующую последовательность команд.
Больше того,  проблема качественности управления сводится не только к быстродействию именно БПР. Более правильно вести речь шире и комплекснее, а именно, вести речь:
·         не только о быстродействии БПР,
·         но и о частоте полных циклов управления,
·         а также еще о целом ряде характеристик качества управления.
К примеру, большую роль в высококачественности самоуправления играет:
·         и то, как быстро сигнализаторы «выдают» сигналы,
·         и то, насколько «правильно» выбран: как ассортимент сенсоров, так и их чувствительность,
·         и то, насколько «правильно» выбран ассортимент регуляторов и насколько быстро и качественно регуляторы реализуют команды.
***
 
Я вынужден на всем, сейчас отмеченном и не отмеченном, все-таки больше не останавливаться (несмотря на важность всего этого для разработчиков), а продолжить общий перечень критериев-требований развитости самоуправления вещей, а заодно – и путеводных ориентиров для разработчиков при развитии ими самоуправления вещей – средств Д. О чем же сейчас пойдет речь?
Дело в том, что пока я вел речь  о том круге управленческих  задач, решаемых органами самоуправления, которые следует отнести лишь, так сказать, к первому (низшему) уровню сложности. Соответственно, и те самые ТС-управители (ОУ ТС), которые такие задачи решать умеют, имеет смысл тоже отнести   к первому (т.е. низшему) уровню развитости.
Почему их следует отнести лишь к первому уровню развитости? А потому (прошу очень внимательно к сказанному ниже  отнестись!), что мы (разработчики-тризовцы):
·         не только знаем о такой закономерности, как вытеснение человека из акта Д. за счет роста участия в акте технических средств,
·         но и стремимся(!)  к этому.
К тому же, мы знаем и о растущем функциональном уподоблении активничания технических средств активничанию человека. А по всему поэтому:
 функциональным идеалом самоуправления вещей – средств Д. выступает тот уровень самоуправления, который имеет место у людей, в их организмах!
Ну а там,  в высших (центральных) органах самоуправления в организмах людей (т.е. в психике-сознании людей) решаются, помимо указанных выше, и куда более сложные управленческие задачи[21]!
Вот почему   разработчикам можно (и страшно интересно!), усложняя-развивая ОУ-БПР (вкупе с другими функциональными частями), наделять  БПР, ОУ ТС (в общем, ТС-управителей)   еще и такими управленческими назначениями-функциями, как:  
·         г) гомеостатирование и защита своей ТС,
·         д) саморемонт,
·         е) тиражирование-воспроизведение этой ТС,
·         ж) самоусложнение-саморазвитие ТС! 
Вот теперь мы  получили достаточно четко прописанный:
·         как путь-стратегию  совершенствования органов самоуправления вещей – средств Д. (ТС),
·         так и увесистый клубок проблем, необходимость разрешения которых при этом встает перед тризовскими теоретиками и практиками.
Хочу немного подбодрить тех, кого это все может перепугать.
Во-первых,   функциональное устроение и таких ТС-ОУ будет описываться той же самой блок-схемой полной ТС!  
Во-вторых, могу заранее заверить, что, подходя ко всей подобной проблематике с позиций методологии системного подхода, можно куда продуктивнее решать очень многие проблемы, стоящие:
·         и перед теорией-методологией программирования, 
·         и перед теорией-методологией искусственного интеллекта,
·         и даже перед  мат-частью вычислителей!
Но тут я этот свой  пример обрываю, поскольку, думается, читатели  и на уже сказанном убедились, что:  
·         выстраивая шкалы-лестницы  уровней развитости функциональных мест полной ТС,  
·         мы получаем хорошие подсказки для перспективных разработок.
 
Третий аспект стратегической  значимости модели полная ТС
Функционально-структурное описание особенностей функционирования и внутренней организации (механики-динамики) вещей-средств Д., делаемое с помощью   модифицированной модели полной ТС, дает возможность (как это видно из только что приведенного примера) тризовцам (и теоретикам, и «прогнозистам») обнаруживать еще не реализованные, но возможные-мыслимые места-топы в той классификации мира техники, которая строится на основе того разнообразия  функциональных мест, которое имеет место в составе  модели «полная ТС», тем самым, подсказывая разработчикам-практикам  новые направления разработок (причем, делая это куда мощнее, чем это делается, скажем, с помощью «морфологического ящика», предложенного Цвикки).  
 
Итак, резюмирую:  
Модель «полная ТС», в ее модифицированном (т.е.: и в функционально более развернутом, и более стройном логически) описании, помогает разработчику (конечно, вкупе с другими тризовскими наработками) сформировать целостное и сущностное видение  как настоящего, так и будущего(!):
·         как всего мира техники,
·         так и устроения отдельных видов вещей.
Иными словами, эта модель может служить: и исходным концептом, и картой-лоцией в Д. разработчика вещей. К тому же, она дает мощный импульс нашим мировоззренческим размышлениям, в том числе, и размышлениям о том, какова природа человека, какова механика творчества-творения в нем и т.д.  
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Напомню еще, что,  так заостряя пояснение стратегической значимости этой модели (да и, заодно, свое пояснение специфики и места ТРИЗа, как особого направления познающего поиска), я  в предыдущей своей  статье (правда, только в ее варианте, предназначенном  для Саммита 2011[22]) особо  отметил, что   модель «полная ТС», наряду с системнымоператором (СО) и рядом других тризовских инструментов:
·         имеет (для того спектра направлений познающего поиска, который направлен на познание (и на интенсификацию) процессов творения-творчества) примерно такое же значение (и назначение),
·         как это имеет, скажем, Периодическая таблица химических элементов Менделеева для корпуса физико-химических наук.
Только нынешнее понимание этих инструментов (даже среди нас, тризовцев!), да и уровень развитости этих инструментов можно сравнить лишь   с тем уровнем понимания и с тем состоянием (с тем смысловым содержимым) Периодической таблицы, которое было в первые десятилетия с момента ее создания великим Менделеевым.  
Очень советую читателям, озабоченным судьбой и развитием ТРИЗа, над этим моим дискуссионным пассажем основательно подумать.
***
 
О НЕДОСТАТОЧНОСТИ ТОЛЬКО МОДЕЛИ ПОЛНОЙ ТС ДЛЯ АНАЛИЗА УСТРОЕНИЯ ВЕЩЕЙ – СРЕДСТВ Д.
А теперь следует обратить внимание на то, что, несмотря на всю стратегическую мощь модели «полная ТС», с ее помощью не удается полностью ухватить те особенности самодействия и взаимодействия вещей – средств Д., которые становятся все более характерны:
·         даже для сегодняшнего состояния мира техники,
·         не говоря уже про   «будущие» состояния этого мира.
Поэтому, для повышения комплексности и системности тризовского анализа мира техники   нужна разработка еще одной тризовской модели, причем, модели:
·         столь же универсальной, что и модель «полная ТС»,
·         но в то же самое время к ней в чем-то: и дополнительной, и как говорят щедровитяне, «ортогональной».
Собственно, этой своей мыслью я заканчивал предыдущую свою статью.
Вот почему  в этой своей статье в качестве иллюстрации (примера) продуктивности сказанного мной о специфике и места ТРИЗа я выбрал:
·         как построение-описание этой  самой (второй) модели,
·         так и обсуждение технологий ее использования в анализе технических объектов.   
Но предварить этот разговор   я хочу таким  вот замечанием.
  
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Мое предложение-намерение ввести в тризовский арсенал еще одну универсальную модель технических объектов, вовсе не означает, что я горячий сторонник достаточно модной сейчас манеры, присущей и некоторым  нынешним тризовским авторам, а именно,  манеры:
·         подвергать радикальной ревизии
·         или вовсе отвергать, –
 уже наработанные результаты тризовских исследований. Причем:
·         делается это по отношению даже к  таким результатам, которые являются в ТРИЗе самыми основополагающими,
·         а вместо них при этом предлагается что-то такое, которое очень слабо продумано-промыслено.
Должен честно признаться, мне эта  мода-манера: и очень не нравится, и очень тревожит, ибо ей следование лишает ТРИЗ:
·         и его глубины,
·         и преемственности (себе следования),
тем самым, эта мода способствует разрушению ТРИЗа, как самостоятельного направления исследований.
Эта мода-болезнь имеет свою давнюю историю (я, помнится, еще в журнале ТРИЗ (где-то в 1991 г.) об этом писал).  Вот и в последней  своей статье (в ее варианте для Саммита 2011) я специально отмечал, что если мы считаем ТРИЗ самостоятельным и фундаментальным направлением исследований, то нам следует заниматься:
·         не коренной ревизией тризовских заходов,
·         а дальнейшим развитием заложенных в них исходных и очень продуктивных идей-принципов.
Нам надо куда более бережно относиться  к уже добытым и проверенным долгой практикой тризовским инструментам, не спешить их выбрасывать на свалку, заменяя их непонятно чем.
 
Иными словами,  при тризовском теоретизировании нам следует постоянно помнить о принципе Оккама, а именно: не плодить без крайней необходимости новых сущностей.
 
Прошу меня правильно понимать.
Конечно же, я не против: ни изобретательства (назначение которого как раз противоположно принципу Оккама), ни развития ТРИЗа. Но развитие ТРИЗа, тризовского инструментария, вовсе не означает постоянную замену тризовских инструментов на все новые и новые, тем самым, забвение прежних.  Надо к уже наработанному арсеналу относиться бережно. В то же время бережное отношение к тризовским инструментам, конечно же,  не означает их, так сказать, полную консервацию. Оно, конечно же,  предполагает:
·         и рост умения пользоваться всем(!) их ассортиментом,
·         и дальнейшее осмысление каждого из этих инструментов,
·         и приведение   их  в соответствие с меняющимися реалиями нашей жизни,
тем самым, предполагает и их модернизацию-развитие.
Пример такого (и бережного и «развивающего»)  подхода к тризовскому арсеналу постоянно демонстрировал сам Г.С. Альтшуллер, не выбрасывая АРИЗ (в его первоначальном виде) на свалку, а постоянно его развивая  (при этом,  к старому  названию лишь присваивая дату этой самой модернизации, пусть и самой серьезной).  К слову, в своей предыдущей статье я продемонстрировал (на примере модели «полная ТС»), насколько продуктивно именно «бережное» развитие уже имеющихся в ТРИЗе наработок (да и раньше, скажем, в своей статье о системном операторе).  
Так вот, мой разговор о необходимости построения второй модели вовсе не означает, что я очень непоследователен и вообще отказываюсь от принципа Оккама. Мое предложение ввести в уже имеющийся тризовский арсенал инструментов анализа-синтеза еще одной  универсальной модели технических объектов продиктовано именно крайней  необходимостью, а именно, заботой о том, чтобы тризовские подходы к анализу сущностных особенностей технических объектов были адекватны:
·         не только реалиям прошлого,
·         но и  реалиям настоящего и реалиям будущего мира техники.
К тому же, как увидит дальше читатель, эта модель –  не взамен, а в дополнение. Причем, эта (т.е. вторая) модель:
·         с одной стороны, тоже, как и другие инструменты ТРИЗа: и «надпредметна», и смыслово увязана(!) с другими его инструментами,
·         а с другой стороны,   обогащает смыслами и уже известную модель «полной ТС».
***
 
 
В самом начале рассказа о второй модели мне необходимо  более основательно обосновать необходимость ее введения в тризовский арсенал. Сейчас я этим и займусь.
Прошу  читателей    обратить внимание на такие виды технических объектов (ТС), как: дороги, трубопроводные системы, электрические сети, телеграф-телефон и т.п. Относительно них  можно сразу же сказать, что те ГПФ, которые они выполняют, –  в чем-то одинаковы (точнее, подобны), а именно: все такие технические объекты  заняты транспортировкой чего-то (передачей чего-то из одного места в другое). Но можно посмотреть на ГПФ таких объектов и  с других, более системно-комплексных (тем самым, и более сущностных и продуктивных) позиций.
Для этого нам следует пообсуждать соотнесение смыслов таких понятий, как связь, трансмиссия (Тр.) и транспортная ТС. Пообсуждать потому, что тризовцы до сих пор мало уделяли внимание вопросам такого рода.   В своей предыдущей статье[23] я постарался восполнить (но очень кратко!) этот пробел. В частности, в той  своей статье обратил внимание читателей на следующее:
·         а) смыслы, вкладываемые в такое функциональное место, как Тр., восходят к смыслам такой фундаментальной системной категории, как связь,
·         б)  «трансмиссия (Тр.), этотоже связь, только связь между пространственно  разнесенными между собой частями технических объектов и потому оформленная в виде некоего специального технического устройства.  
И там же я сразу   уточнил, что под  трансмиссией (под такой функцией и под теми организованностями, которые такую функцию-назначение  выполняют) понимается адресная передача чего-то (т.е. понимается передача чего-то: из места-адреса «А» в место-адрес «Б»). И потому трансмиссия  в каких-то своих конструктивных решениях необходима: и между ИЭ и Дв., и между Дв. и РО, и между ОУ и блоками исполнительного этажа ТС, и т.д.  
Более подробно говорить об этом в той статье у меня не было возможности, поскольку это сильно отвлекло бы от рассказа о других, не менее значимых особенностях, касающихся модели «полная ТС». А здесь и сейчас имеет смысл немного развернуть там сказанное о Тр., поскольку это имеет прямое отношение  к рассказу о второй модели.  
Пояснение там сказанного начну с того напоминания, что связь (связность, связывание) –  есть одна из самых исходных-базовых (общеметодологических) категорий, используемых при описании ситуаций и устроений (структур). Но беда в том, что при всей своей привычности и вроде бы очевидности, смысловое содержание этого категориального понятия у многих исследователей очень размыто, неопределенно. 
Первыми, кто серьезно и с системно-методологических позиций подошел к раскрытию смыслов этого понятия («связь»), были, как я понимаю, А.А. Зиновьев и Г.П. Щедровицкий (к слову, огромной заслугой А.А. Зиновьева было то, что он первым размежевал смыслы таких понятий, как связь и отношение). Есть глубокие исследования понятия «связь» и у других методологов-системщиков. Но, к сожалению, они до сих пор не опубликованы. Достаточно подробно об этом говорить   в этой статье я не могу, поскольку это бы заняло слишком много места. Так что  буду очень кратким.
Начну с того, что объект (т.е. некая, нами анализируемая, «отдельность-выделенность») может представлять собой:
·         и какую-то рассыпчатость,
·         и какую-то связность,
хотя далеко не всегда мы отдаем себе в этом отчет.  Так вот, качественные (эмерджентные) особенности любого объекта-связности (т.е. особенности некой «системы») зависят:
·         не только от ассортимента и числа входящих в данный объект-связность частей,
·         но(!!) и от характера-конфигурации связей между этими частями (вспомним, к примеру, про молекулы-изомеры, обладающие разными свойствами только и исключительно из-за   различий в конфигурации связей между одними и теми же атомами).
Теперь пойдем дальше. Можно утверждать (опять же, с  системно-методологических позиций), что связь между чем-то и чем-то, это –  длящееся, т.е. не кратковременное, а долговременное (во временных масштабах рассмотрения нами анализируемой ситуации) взаимодействие.   
Чтобы, пусть и поверхностно, но побыстрее,  разобраться с тем, как все это понимать, предлагаю  вспомнить про то, как физики описывают связь (ее особенности, ее механику) в микро-нано-фемто-…) мире. Так вот, наличие связи между некими элементарными частицами они описывают, как наличие между ними обмена теми или иными порциями-квантами,  т.е. физики описывают связь, как длящуюся взаимо-передачу этих самых квантов.
Такой подход можно методологически  обобщить, определив связь (такое системное понятие-категорию) следующим образом: связь чего-то с чем-то есть длящийся  процесс обмена-передачи между ними порций некоего агента, связывающего ихмежду собой.  И сразу же добавлю, что субстанциональным  содержимым того самого, т.е. связующего чего-то с чем-то,   агента может выступать определенная порция («отдельность»):
·         и вещества,
·         и энергии,
·         и информации,
а также могут выступать некие комбинации-комплексы из только что перечисленных субстанциональных разновидностей транспортируемых (и связующих)  агентов.  
Не буду дальше во все эти огромные непривычности-сложности углубляться, а обращаю внимание читателей на  то, какие очень для нас значимые умозаключения следуют из сейчас  сказанного.
Первое. Из ссылки на то, что  Тр. есть разновидность того, что понимается под связью, становится понятным, что функцией-назначением  этого места (части) модели полной ТС по отношению к другим ее местам-частям является:
·         не просто транспортировка,
·         а, по сути, связывание между собой других функциональных частей-мест.
Второе. Указание на то, что Тр. есть связь между пространственно разнесенными частями модели –  вроде бы достаточно тривиально. Ведь  связь (нечто связующее что-то с чем-то) всегда – «между» (между двумя отдельностями). В то же время указание на  наличие пространственной разнесенности частей, связываемых трансмиссией, – необходимо, это указание необходимо для того, чтобы в проводимом нами анализе устроения технических объектов:  
·         во-первых, зафиксировать то, что речь идет о таких связях чего-то с чем-то, которые нами (людьми) организуются, тем самым, речь идет о связях, намеренно нами создаваемых, т.е. «искусственных»,
·         во-вторых,  особо подчеркнуть то, что трансмиссии-связи между функциональными местами модели «полная ТС» (точнее, длящиеся взаимодействия между организованностями, исполняющими соответствующие функции) осуществляются с помощью специальных технических (т.е. намеренно нами организованных) устройств.
При всей продуктивности-комплексности такого понимания Тр.,  оно – слишком общо, и потому для разработчика не очень-то технологично и инструментально. Вот почему в той же статье  я привел относительно такого функционального места полной ТС, как Тр., то уточнение-конкретизацию, что функция Тр. – есть адресная передача чего-то. Тем самым, подчеркивалось то важное для разработчика обстоятельство, что для осуществления-реализации этого самого связывания частей ТС (т.е. для осуществления длящегося и связующего взаимодействия между ними) нам необходимо организовать(!) передачу-транспортировку порций какого-то связующего  агента. И  этим уточнением  в той статье была задана уже вполне определенная конкретика, иными словами, это  давало хорошую подсказку:
·         как для понимания, так сказать,  принципа действия таких составляющих (ПС) устроения ТС, как  Тр., так и для понимания принципа действия  автономных ТС с такой ГПФ,
·         так и для придумывания технических решений, обеспечивающих такое их назначение (связывать-транспортировать).   
Теперь обратимся к таким терминам, как Тр. и «транспортная ТС». Зададимся вопросом, в  чем смысловое различие (различие аналитических назначений) их, как понятий, ведь то, что в нашем техническом окружении под этими именами подразумевается, обладает одними и теми же внешними функциями (передавать-транспортировать)?
Для различения смыслов этих понятий, следует вспомнить, что такие понятия, как Тр. и «транспортная ТС», помогают нам разобраться с особенностями таких реалий нашего технического окружения, как   вещи, технические объекты. Таково назначение этих понятий, как средств (инструментов) анализа.
Итак, в реальности мы имеем дело  именно  с вещами, а вещи обладают:
·         и каким-то устроением,
·         и какими-то внешними проявлениями,
к тому же,  современные вещи – средства Д. обладают еще:
·         и каким-то внутренним функционированием
·         и каким-то внешним активничанием.  
Теперь пойдем дальше.
Когда мы анализируем функциональное устроение вещей, представляющих собой, пусть и искусственные,  но тела (автономии-целостности), то для этого  мы используем такие имена и понятия, как Тр.,  РО, ОУ и т.д., вкладывая в каждый из них определенный куст смыслов. В частности, под Тр. мы понимаем каналы связи между Дв., РО, ОУ и т.д.
А вот когда мы переходим к рассмотрению особенностей взаимодействия между собой уже технических тел, то мы обнаруживаем, что для организации-реализации такого (т.е. «группового») взаимодействия приходится прибегать к созданию уже специальных автономных ТС (ТС с   особым устроением). Вот такого вида ТС   мы:
·         и обозначаем, чаще всего, как транспортные ТС,
·         а сейчас  строим сетевые модели их устроения.
Чтобы лучше понять сказанное,  давайте   посмотрим на ТС, занятые транспортировкой,  из их НС (аналогично тому, как смотрят на Тр. в  модели «полная ТС»).  В качестве НС таких ТС  могут выступать:
·         как «весь мир техники»,
·         так и НС этого «всего мира техники», а именно, «мир людей» (а там, в частности, такая категория, используемая для описания особенностей мира людей, как Д.). 
И что мы увидим, так посмотрев?
Первое. Рассматривая  с фокуса  «всего мира техники», мы начинаем понимать, что с помощью таких (т.е. транспортирующих что-то) ТС осуществляется  связывание автономных  технических образований в некие   новые  технические целостности.
Второе. А, рассматривая с фокуса «мира людей», мы начинаем понимать, что с помощью таких (т.е. транспортирующих что-то) ТС осуществляется  связывание(!) людей в те или иные сообщества.
Вот мы и нащупали более глубокое, более сущностное (родовое)назначение любой транспортной ТС. А именно,  родовую  ГПФ у всего такого («сетево-связывающего») множества транспортных ТС теперь можно определить (сформулировать) следующим образом:
·         быть связующими техническими средствами,
·         иными словами, быть адресным передатчиком порций чего-то, связывающего одно автономное нечто (из данного множества) с другим автономным нечто (из этого же множества).
Но такое понимание ГПФ  этих ТС:
·         хотя и приводит нас к той мысли, что это – не просто «транспортировка», а связывание в целостность какой-то до того «рассыпчатости»,
·         но этого нам все еще недостаточно.
Недостаточно:
·         для понимания того, зачем все-таки нам нужна еще и вторая модель,
·         для понимания того, какие сущностные (инвариантные) особенности мира техники такая модель должна(!) собой «ухватывать».
Попробую (для закрепления такого, более сущностного, понимания)  обратиться к истории появления (по ходу общей человеческой истории) технических объектов с такой ГПФ.  
Нужда в ТС с ГПФ такого вида-типа появилась на достаточно раннем этапе эволюции-развития человечества. И, судя по все­му, она появилась для удовлетворения двух разных потребностей.
Про первую потребность. По мере расселения людей по земным просторам их изначаль­ное стремление к благу и удобству проявилось и в желании (пот­ребности):
·         передвигать с помощью технических средств: как себя, так и грузы,
·         а также передавать друг другу сообщения,
не утруждая при этом, скажем, свои собственные  ноги или свои голосовые связки. В результате соответствующих разработок появились (во всех, даже в самых отличающихся друг от друга по своей социальной организации социумах)  транспортные и почтовые ТС.
Про вторую потребность. Она появилась позже, а именно, появилась тогда, когда были созданы  уже такие сложные технические объекты (вещи – средства Д.), которые для своего функциони­рования:
·         нуждались в снабжении их: сырьем, энергией, полуфабрикатами и т.п.,
·         иными словами, нуждались в установлении вещественных, энергетических и информаци­онных связей с другими техническими объектами. 
Итак,  именно   для удовлетворения и первой, и второй потребностей созданы и (что для нас сейчас главное!)  развиваются-усложняются  в мире людей ТС по транспортировке как людей, так и продуктов их деятельности (Д.). К примеру, те же дороги, трубопроводы и пр. усложняются, обрастая, к примеру, так называемыми станциями-узлами (либо «пересадочными», либо «перекачивающими») и пр. Но я пока не буду обсуждать:
·         ни вопрос о том, в чем заключаются характерные особенности жизненных траекторий ТС с такой ГПФ,
·         ни вопрос о том, как по ходу такого развития работали известные тризовцам закономерности развития ТС,
так как  это отвлекло бы нас от главной темы. Нам сейчас куда важнее обратить  внимание на то, что есть здесь (т.е. в такого рода технических объектах, причем, в их уже нынешнем, т.е. достаточно развитом-усложненном  состоянии!) что-то такое, весьма существенное:
·         что моделью «полная ТС» (ее устроением) практически не ухватывается,
·         но что становится все более характерным для всего  мира техники. 
Частично это «особенное и существенное» собирается в таком, достаточно уже распространенном, понятии, как «инфраструктура». Но куда более полно это «особенное и существенное» собирается в одно качественное целое с помощью: 
·         и такого качественного понятия, как «сетевость»,
·         и такого представления-категории, как «сеть»,
·         и такого представления, как «сетевой принцип организации» технических устройств.
Вот мы и подошли к такому,  очень емкому и злободневному   категорийному понятию, смыслы-значения которого  кладутся в качестве основы  для  выстраивания второй универсальной модели технических объектов.  
Дело в том, что хотя само это слово (сеть) – издавна людьми используется, но в последнее время оно стало использоваться не только в быту, но и в науке и технике, и там оно стало обозначать достаточно  новый и сложный куст значений-смыслов. Разговор об этом – разговор очень объемный, так что и он должен бы вестись особо. Но поскольку в данной статье без этой темы – не обойтись, я и здесь скажу об этом, но скажу очень усеченно-редуцировано.
По отношении к миру техники   Сетями (сетевыми ТС) стали называть:
·         и достаточно развитые транспортные ТС,
·         и достаточно развитые ТС по передаче сообщений. 
Но при этом в слово-прилагательное «сетевые» стали вкладывать новые (по сравнению с «транспортировкой» и даже со «связыванием») смыслы, наработанные  в корпусе социальных наук.
Ну а в корпусе социальных наук это понятие (сеть) ввели в научный оборот тоже сравнительно недавно, причем,  его стали  использовать для характеристики особенностей государственного устроения в той или иной стране. В частности, сетевые принципы организации взаимодействий (организации связей) между различными социальными организованностями-группами  стали одной из характеристик степени демократичности (да и эффективности!) государственного устройства той или иной страны (того или иного человеческого социума).  
Строго говоря, процесс наработки «сетевых» смыслов в социальных науках еще продолжается и идет он  с оглядкой на современный мир техники. Но не будем сейчас этого касаться. А зададимся таким вопросом: почему исследователи именно так стали подходить к изучению социума? Или еще такой вопрос:  почему разговоры про сетевые способы организации социума до сих пор очень туманны и неопределенны?
Обстоятельно это объяснять – долго, поэтому отвечу на этот вопрос лишь частично и «телеграфно». Одна из причин заключается в том, что очень многие исследователи не владеют базовыми категориями системного подхода, в том числе, не обладают системным пониманием таких категорий, как управление и организация (в предыдущей моей статье о них шла речь, поэтому не буду это еще разъяснять). А только в опоре на эти категории удается вести анализ человеческих социумов куда более продуктивно, чем раньше. В частности, становится понятным то, что   анализ различий в особенностях государственного устройства тех или иных стран сводится к анализу (к фиксации и описанию) различий  в особенностях процессов социального управления у них (в частности,  к фиксации различий в особенностях властных отношений между людьми в этих странах).
Если сейчас начать обстоятельно отвечать на вопрос: «а все же, как более продуктивно, чем сейчас,  т.е. как  более системно-комплексно подходить к описанию таких  различий?», то это сильно бы отвлекло нас от темы данной статьи. Поэтому, отмечу здесь лишь такой момент, имеющей к нашей теме непосредственное отношение. Здесь, в таком анализе, приходится говорить  о различении:
·         так называемого централизованного (вертикального) социального управления (характеризуемого отношениями соподчинения нижестоящих контуров управления вышестоящим),
·         и так называемых «горизонтальных» и  «стохастических» видов социального управления (характеризуемых, к примеру, отношениями координации-кооперации, сотрудничества-соперничества (и даже противоборства) и т.д.).
Так вот,   некоторые характерные особенности процессов социального управления второго типа-вида («горизонтального») удобно схватываются с помощью сетевых представлений-понятий.
 
Тут же повторю, что темы про особенности:
·         связывания чего-то с чем-то
·         организации чего-то и управления чем-то, –
очень сложные темы, и я их сейчас лишь слегка затронул. Но сказанное  сейчас все-таки позволяет мне хоть как-то пояснить: и  специфику второй модели, и необходимость ее создания.  
Это пояснение (конечно, пояснение  очень конспективное (свернутое) в своих смыслах и привязанное к миру техники), я сейчас приведу.
Начну с того напоминания, что функционирование    вещей (т.е. то самодействие, та совокупность процессов в них, которая обеспечивает их ГПФ,  причем, имеются в виду вещи уже достаточно сложно устроенные) нами (людьми) специально выстраиваются-организуются нужным (нужным для обеспечения заданной им ГПФ) образом. При этом устроение вещей выстраивается (нами!) так, чтобы иметь возможности:
·         как текущей коррекции постоянно возникающих  «рысканий»  заданного режима функционирования,
·         так и возможности перехода из одного режима функционирования в другой.  
Иными словами,  функционирование организованных нами  вещей (и целостных их комплексов)  выстраивается так, чтобы быть управляемым. Собственно:
·         только благодаря введению нами управления,
·         только благодаря  процессам управления, нами в вещах организуемыми,
те самые, достаточно сложные и состоящие из множества автономных технических объектов, технические комплексы:
·         и представляют собой целостности-связности,
·         и действуют-функционируют нужным нам образом.
Так вот:
·         если модель «полной ТС» ухватывает своим описанием  (помимо иного прочего!!) особенности «вертикального» принципа  управления функционированием и активничанием вещей,
·         то вторая модель призвана ухватывать собой (тоже помимо иного прочего!)  особенности «горизонтального»  принципа управления таким функционированием и активничанием.  
Вот почему они, как описания устроений, по отношению друг к другу должны быть: и в чем-то дополнительны, и в чем-то, как говорят щедровитяне, ортогональны.
К слову,  мое пояснение того, в чем заключаются (должны заключаться) различия этих моделей,  опирается на сказанное выше (пусть и очень коротко):
·         и про особенности системного подхода к анализу мира живой природы, мира людей и мира созидаемой людьми техники,
·         и про функциональное уподобление активничания вещей активничанию людей.
И если о там сказанном вспомнить, то многие (хотя и не все) недоумения, сейчас возникающие у читателя, исчезнут. Еще более понятным сказанное  станет дальше, по ходу рассказа уже про вторую модель. А пока я обращаю внимание на свою  оговорку «помимо иного прочего». Она намекает  на  то, очень важное, требование к разработке второй модели, что:
·         при всем том богатстве и новизне смыслов, которые представление-понятие под именем «вторая  модель» должно в себе нести,
·         очень важно еще и выстроить это представление (умозрительную модель)  функционально-структурно,
·         причем, сделать это так, чтобы те вещи, которые  устроению этой умозрительности-модели соответствуют, успешно выполняли те самые, очень важные и вечные функции «транспортировки» и  «связывания».    
Итак,  резюмирую. К настоящему времени:
·         с одной стороны,  известно и успешно функционирует множество технических объектов, которые организованы так, что их устроение-организация  отвечает  так называемому  сетевому принципу,
·         а с другой стороны, есть достаточно много исследований, посвященных раскрытию смыслов, вкладываемых в  сам этот  принцип («сетевой»).
Иными словами,  уже накопилось достаточ­но информационного «материала» (знаний) для выстраивания-конструирования (для разработки)   такой умозрительной функционально-структурной модели, ассортимент функциональных мест которой:
·         ухватывает собой все сущностные особенности сетевого принципа устроения технических объектов,
·         точнее, ухватывает собой все сущностные особенности сетевого принципа организации (разработчиками!)  самодействия и взаимодействия технических объектов.   
Накопилось-то материала достаточно, но хочу особо  подчеркнуть следующее:   
·         только с тризовских позиций
·         и только разобравшись, как следует, с моделью «полной ТС»[24],
можно эти (т.е. сетевые) особенности мира техники (особенности сущностные!) системно и продуктивно ухватить и описать в виде единой-целостной умозрительности, обозначаемой пока, как  вторая универсальная  модель технических объектов.
Для определенности пора присвоить второй модели собственное имя-название. Назову  вторую модель так: "полная техни­ческая Сеть" или просто "полная Сеть" (с той оговоркой, что, называя эту модель просто «полной Сетью», мы будем помнить, что данная умозрительность-модель – есть модель вполне  определенных (сетевых) сторон самодействия-взаимодействия не людей, а технических объектов).
Хотя, как увидит дальше читатель, применительно к информационным Сетям уже трудно различать, что здесь что.
 
 
Приступая к разработке (описанию) такой умозрительной модели, как «полная Сеть»,  зафиксируем для начала кое-что из сказанное выше.
В мире техники уже появились (а в будущем еще больше разовьются-усилятся) некие качественно новые тенденции, учет которых разработчиками просто обязателен для успешности их Д. Многие из этих (качественно(!!) новых и сущностных) особенностей ухватываются такой тризовской моделью, как «полная ТС» (в ее модификации, описанной в моей предыдущей статье). Ухватываются многие, но не все. Есть ряд сущностных особенностей, не ухватываемых этой моделью. И выше по тексту было описано (пусть и очень бегло и телеграфно) в чем именно заключаются эти самые особенности:  
·         не ухватываемые моделью «полной ТС»,
·         но ухватываемые такими понятиями, как «сеть» и «сетевой принцип организации».
Так что мы можем теперь двинуться дальше. А куда?
Во-первых, мы теперь можем с куда большей уверенностью  выделить в мире техники такой особый класс технических объектов, где сетевые принципы организации выражены в наибольшей степени, и обозначить этот класс, как класс сетевых ТС.
Во-вторых, мы теперь можем построить (в помощь разработчикам) такую модель, которая будет ухватывать собой именно сетевые сущностные   особенности технических объектов (ТС) из этого их класса. 
Причем, при проектировании-конструировании модели «полная Сеть» мы теперь можем (можем  в качестве основы и даже в качестве общеметодологического(так сказать, предпроектного) задания к последующему разговору о второй модели) взять следующий вывод, сделанный выше по тексту:   
·         если модель «полной ТС» ухватывает собой (помимо иного прочего!!) особенности «вертикального» способа-принципа управления активничанием вещей,
·         то вторая модель призвана (должна) ухватывать собой (тоже помимо иного прочего!) особенности «горизонтального» способа-принципа управления таким активничанием. 
 
 
Итак, уже обозначены  смыслы-идеи, кладущиеся в основу второй модели,  а также сформулировано  «предпроектное ТЗ» для этой модели и даже имеется для нее название.  
Теперь нам следует (как это и полагается для культурных разработчиков-тризовцев) более конкретно сформулировать основное  назначение (так сказать, ГПФ) модели «полной Сети», рассматриваемой уже, как тризовский инструмент  анализа-синтеза.  Это послужит уже прямым исходным «техническим заданием» при проектировании-конструировании этой модели, как некой особой умозрительной организованности-устроенности.
Если подходить к формулированию этого назначения (ГПФ)  не из системно-методологических «заоблачных высот», указанных выше и очень важных для нашей общей ориентировки в мире техники, а подходить прагматично и утилитарно, то ГПФ второй модели, могла бы звучать так:
·         "быть передатчиком порций чего-то",
·         причем, быть таким передатчиком: а) как от одного внешнего по отношению к Сети адресата к другому, б) так и между множеством внутренних адресатов.
Но такая формулировка ГПФ применительно к выстраиваемой сейчас второй модели нас не очень-то устраивает, поскольку она, хотя и вполне характеризует потребительские особенности вещей из рассматриваемого нами класса сетевых ТС, но для разрабатываемой сейчас «путеводной» модели – не очень-то качественно высока. Еще раз подчеркну, что  модель с такой ГПФ:
·         хотя и позволяет нам выделить в общем множестве технических объектов, такой их класс, как сетевые ТС («Сети»),
·         но она не может служить для разработчиков именно долговременным и путеводным (как это имеет место для модели «полная ТС»)   ориентиром.
Как же быть? Выход здесь такой. При формулировке назначения (ГПФ) второй модели следует исходить из того, что эта модель – «полная», что  означает, что функциональное устроение (ассортимент-список функциональных мест) этой модели «полон» (исчерпывающ), т.е. он таков, что те технические объекты, устроение которых отвечает этому ассортименту, смогут выполнять свои транспортирующие-связывающие функции с самым(!) высоким «сетевым» своим качеством.
И следуя таким соображениям-требованиям,   можно высшую по такому качеству, как «сетевость» ГПФ (т.е. ГПФ  для таких сетевых ТС, которые устроены так «хорошо», что обладают   высшей сетевой  полезностью) сформулировать так:  
·         адресная передача (транспортировка)
·         из одного   пространственного места в дру­гое (но в пределах вполне определенного   множества мест!)
·         порций некоторого агента,
причем, транспортировка (этих самых порций), делаемая:
·         а) с возможностью «выдачи» этих порций вовне,
а также с возможностьювнутри этой же Сети:  
·         б) и временного хранения этих порций,
·         в) и их тиражирования,
·         г)  и их (в чем-то) переработку-преобразование,
·         д) и их для своих нужд использование. 
Причем,  транспортируемым агентом (т.е. ядерным-сущностным содержимым передаваемых порций) может выступать определенная порция («отдельность»):
·         и вещества,
·         и энергии,
·         и информации,
а также могут выступать некие комбинации-комплексы из только что перечисленных разновидностей транспортируемых агентов.
·         которая может обеспечивать выполнение такой ГПФ
·         и которая нами обозначается, как универсальная модель «полная Сеть».  
Причем, приведенная только что развернутая  формулировка  ее ГПФ послужит нам хорошей подсказкой.
 
 
Я не буду приводить разные промежуточные «проектировочные» рассуждения, а поведу сразу разговор про результаты этих рассуждений.
Визуально (графически) структуру такой типовой формы технической организованности, как «полная Сеть», можно представить в виде плоской (а можно и в виде трехмерной) картинки, представляющей собой какое-то множество кружочков (или точек), соединенных (скрепленных) линиями в единое целое (т.е.представить  в виде графа, как говорят в математике). Причем:
·         кружочки (квадратики, точки) отображают собой некое множество «адресов» (представляющих собой те или иные функциональные части (подсистемы) модели,
·         а линии – отображают собой такие специфические функциональные части модели, как каналы связи.
Как видим,  подобная графическая картинка мало что нам дает, она дает нам  лишь некий визуальный образ того, как любая Сеть (сетевая ТС) устроена. Конечно, можно было бы  исхитриться и эту примитивную картинку как-то усовершенствовать, скажем, изобразить вместо точек-узлов и линий-каналов  квадратики с обозначениями тех функций, которыми данные места обладают, тем самым превратить ее в блок-схему, но это мало что прибавит в понимании функционального устроения этой модели (модели, ухватывающей момент сетевости-распределенности (тем самым, без наличия четких границ) устроения вещей. Поэтому я перейду к словесному описанию функционального устроения модели «полная Сеть».
 
ОБ АССОРТИМЕНТЕ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ МЕСТ МОДЕЛИ
В функциональный состав  такой умозрительности-модели, как «полная Сеть», следует включить  пять принципиально различающихся типов функциональных мест-блоков. Вот их полный(!) ассортимент (список): ОУМ, УЗЕЛ, ПОРТ, КАНАЛ СВЯЗИ и ПОРЦИЯ СВЯЗИ.  
Сразу же подчеркну, что  перечисленный ассортимент функциональных мест полной Сети – полный, т.е. он: и необходим и достаточен для того, чтобы те вещи-ТС, которые в своем функциональном устроении ему соответствуют, обладали таким самодействием, которое достаточно для автономного исполнения ими любых разновидностей связывающих и транспортирующих функций.
То, что такой список-ассортимент необходим и достаточен,  я не буду   специально доказывать, но добавлю еще следующее.
Первое. Каждое из перечисленных мест представлено в составе   ТС, относимых к сетевым, каким-то множеством  своих вещных реализованностей (ПС с такой их ГПФ).
Второе. То специфическое  самодействие, которое необходимо для выполнения указанной ГПФ, обеспечивается:
·         не только тем ассортиментом функциональных мест, который перечислен выше,
·         но и рядом  общих (единообразных, общетиповых) особенностей в устроениях каждого из этих мест.
И давайте сначала поговорим о том, что это за общие для всех функциональных мест (ПС) модели  особенности.
 
ОБЩИЕ ОСОБЕННОСТИ  УСТРОЕНИЯ В КАЖДОМ ИЗ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ МЕСТ ПОЛНОЙ СЕТИ
Если  посмотреть на те (самые разные!) организованности, которые реализуют-осуществляют  функции того или иного функционального места модели полная Сеть, то мы увидим, что все они:
·         представляют собой ту или иную разновидность того класса вещей  (технических объектов, ТС), которые относимы к  средствам Д.,
·         и содержат (уже в своем устроении) ту часть из ассортимента функциональных блоков полной(!) ТС, которая необходима и достаточна для осуществления в  сетевых технических объектах  такого самодействия, которое необходимо для выполнения ими любой разновидности функций связывания-транспортирования.   
 
Подробнее все это пояснять я пока не буду, читатель сам в этом может разобраться.  А займусь  описанием специфических особенностей каждого из тех типов функциональных мест (подсистем-блоков) "полной Сети", список которых я указал выше.
 
КАНАЛ СВЯЗИ
Начну с того, что канал связи, это:
·         не сама связь, понимаемая как собственно само взаимодействие, как собственно сам процесс передачи-обмена порциями связи,
·         а техническое средство (устройство, ТС), обеспечи­вающее возможность обмена взаимодействиями (агентами) меж­ду разнесенными в пространстве (и времени?) частями Сети (тоже представленными в виде ТС).
Повторяю, когда мы говорим, что между функциональными частями Сети есть канал свя­зи, то этим своим выражением мы подразумеваем, что, помимо иного прочего,  есть некое техническое устройство, обеспечи­вающее саму возможность специального взаимодействия (обмена чем-то, передачи чего-то) именно между этими частями. Здесь я немного отвлекусь, чтобы сделать такое замечание
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Разговор о том: что такое связь и что такое канал связи, – важен для тризовцев, причем важен: и в практическом, и в теоретическом отношениях. В теоретическом плане здесь мы выходим на очень много тонкостей, значимых для ТРИЗа, как теории. О смыслах связи, как категориального понятия, я уже говорил выше по тексту, когда дополнительно пояснял назначение-функцию  Тр. в модели «полная ТС». А здесь хочу на эту тему еще кое-что добавить,  сравнив подходы к описанию связи в вепольном и функционально-структурном анализе.
Как известно, технический объект (ТС) в вепольном анализе описывается в виде простого или сложного веполя, т.е. в виде целостной вепольной схемы (графа), частями-элементами которой выступают:
·         и вещество (обозначаемое значком «В»),
·         и поле (обозначаемое значком «П»),
·         и «линия» (или «черточка»).
А вот давайте спросим себя, что именно  обозначает в вепольной схеме эта самая «черточка-линия» (прямая, «кривая», и т.п.) между «В» и «П»:
·         обозначает ли она собственно связь
·         или что-то иное?   
Если начать с этим разбираться, но ограничиться в таком разбирательстве областью, так сказать, только  физики, то мы быстро поймем, что этот самый значок («черточка», «линия»)  лишь:
·         указывает направление действия чего-то на что-то,
·         а также указывает на удовлетворительность-неудовлетворительность (слабость-силу и т.п.) этого действия.
Т.е. этот значок  позволяет, помимо указания направления действия, давать еще оценочные характеристики этого   самого действия (точнее, взаимодействия) и только. А вот:
·         что касается собственно механики связи, т.е. собственно особенностей связующего взаимодействия частей,
·         т.е., что касается   ассортимента действующих там связывающих сил и пр.,
·         иными словами, что касается  особенностей нами анализируемого с помощью вепольного анализа принципа действия чего-то на что-то, –
то это все  раскрывается не через собственно саму черточку-линию, а с помощью конкретизации того, что из себя представляют соединяемые черточкой «В» и «П» в анализируемой ситуации.  
Не удержусь и еще кое-что добавлю по поводу этой самой  конкретизации разработчиком того, что собой представляют «В» и «П» в анализируемой ситуации. Здесь я  хочу обратить внимание читателей на такую тонкость.  Для успеха в проведении вепольного анализа той или иной ТС важно:
·         с одной стороны, владеть знаниями, скажем, о физэффектах и т.п.,
·         а с другой стороны, вовремя остановиться в конкретизации особенностей анализируемого взаимодействия, конкретизации того, что это за «В» и «П» между собой взаимодействуют.
Про необходимость знания физических и иных эффектов, думаю, разъяснять не надо. А вовремя остановиться разработчику  в дотошности анализа особенностей взаимодействий физических веществ и полей важно потому, что в противном случае мы рано или поздно начинаем упираться в такие неразрешимые и чисто физические проблемы, как проблема близко- и дально-  действия  и ряд других.
Итак, со знаком-черточкой и с тем, как ухватываются связи в вепольном анализе, мы разобрались. Теперь обратимся к функционально-структурному анализу. В нем используется (при анализе особенностей взаимодействий внутри целого, т.е. при анализе собственно связей):
·         либо представление о трансмиссии (Тр.),
·         либо представление о канале связи,  
к тому же под  этим (т.е.: и под Тр., и под каналом) подразумевается не что-то абстрактное, а подразумевается вполне конкретное   техническое устройство с заданной ему ГПФ.
Как видим, черточка-линия в вепольном анализе несет в себе иное смысловое содержание, чем канал связи в анализе функционально-структурном. И снова  не удержусь, чтобы  и здесь не сказать пару слов еще вот о чем.
Первое. И построение веполей (вепольный анализ), и анализ с помощью привлечения тех или иных отдельных функциональных мест «полной ТС» и «полной Сети»,  – все это помогает разработчику решать задачи, встающие перед ним, так сказать, в «оперативной зоне» разработки. И каждый из таких заходов к поиску решений хорош по своему.  
Второе. В то же самое время,  представления-понятия  о «полной ТС» и о «полной Сети» помогают разработчику не терять общие ориентиры, удерживать «стратегические» горизонты в своих оперативно-тактических маневрах, в конкретике поиска технических решений
***
 
Возвращаюсь к теме. Что касается устроения таких функциональных мест, как каналы связи, а, говоря точнее, что касается   особенностей устроения тех частей-организованностей, с помощью которых это функциональное место выполняет свою функцию, а именно, функцию передачи-обмена порциями тех или иных связующих агентов), то скажу об этом так. Для конструирования каналов связи в разрабатываемой сетевой ТС можно разработчикам воспользо­ваться следующими (уже известными) путями-стратегиями наработки   технических решений.
Первый путь (первая стратегия), это – использование некой физической среды (конечно, если в эту физическую среду "погружены" связываемые части разрабатываемой сетевой ТС и эта среда уже нами технически освоена!). В каких-то случаях такая среда может быть даже  однородной по всем своим направлениям. Но и при этой ее особенности можно в ней намеренно-направленно (адресно)  перемещать «порции» связующего агента.    Адресность связи в таком случае достигается тем, что техническое средство, обеспечивающее адресность, "си­дит" на каждом из множества "порций" агентов связи в виде особой метки, а именно, в виде "крючка", цепляющегося только к тому связываемому таким каналом связи элемен­ту-части Сети (или к тому пользователю), который имеет нужный адрес.
Второй путь, это –  использование  специальных "канализированных" (уз­конаправленных) технических устройств, по которым могут пере­даваться порции связи. На этом пути разработок  адресность обеспечивается именно  самими  каналами, а сама порция связи здесь адресной метки  не содержит.
Но разработчики могут воспользоваться и  комбинациями этих двух путей наработки технических решений, что чаще всего и встречается.
У многих наверняка сразу же возникает такой вопрос: а зачем так мудрено все это, нам вроде бы хорошо знакомое, описывать? Дело в том, что подобное (т.е. достаточно абстрактное и надпредметное) описание каналов связи (да и других функциональных мест полной Сети) обеспечивает:
·         с одной стороны, универсализм подхода к анализу самых разных сетевых ТС,
·         а с другой стороны, позволяет продуктивно упорядочить (восходя от общего к конкретному) все  множество ТС (как уже известных, так и возможных-мыслимых) с такой родовой ГПФ. 
 Правда, для продуктивности такого упорядочивания каналов связи  необходимо еще ввести их обобщенные характеристики. Ради краткости, отмечу сейчас лишь часть  таких характеристик.
Так, в разнообразии каналов связи различают:
·         однонаправленные и двунаправленные,
·         прис­пособленные для передачи агентов одного типа или прис­пособленные для передачи агентов нескольких типов.
Причем, любой канал связи характеризуется своей пропускной способностью (максималь­ным числом порций связи, которых он может передать в единицу времени)[25].
Добавлю еще следующее. Один канал соединяет между собой: либо два узла, либо узел с портом. А вот к одному и тому же узлу или порту могут подходить несколько каналов связи.
 
УЗЕЛ
Узлы (такие функциональные места), как правило, активны и многофункциональны. Среди ГПФ, реализуе­мых узлом, можно указать, прежде всего, следующие:
·         неуправляемая и/или управляемая коммутация (соединение между собой) кана­лов, подходящих к этому узлу (благодаря которой осуществляется прием (в узел) и отправка (из узла) порций связи);
·         обработка порций связи, скажем: сортировка поступающих порций свя­зи, формирование из порций связи стандартных пакетов ("контейне­ры", "поезда"), снабжение порций и пакетов соответствующими мар­керами, несущими информацию об адресах и содержании порций и т.п.;
·         "маршрутизация" порций, полная или локальная (т.е. прокладывание траекторий (графов) движения адресных пакетов (порций) по из­вестным узлу каналам и узлам Сети для оптимизации нагрузок на каналы и убыстрения "доставки" пакетов;
·         временное "хранение" (складирование) порций связи.
Что касается особенностей устроения тех организованностей, которые реализуют такие функции, то об этом уже сказано выше. На всякий случай, повторю: узел в своем устроении содержит ту часть из ассортимента функциональных блоков полной ТС, которая необходима и достаточна для осуществления соответствующей функции-назначения. А подробнее об этом устроении имеет смысл говорить уже применительно к той или иной разновидности Сети.
 
ПОРТ
Порты (а еще: «порталы» и т.п.) принимают и/или отдают порции связи "сторонним" или «внешним» адре­сатам («абонентам», пользователям, потребителям). Но в то же самое время они – тоже узлы, но узлы  – особые, "оконечные".
Функциональная особенность такого «оконечного» узла (его отличие от других узлов) – быть "переводчиком", т.е. переоформлять адреса, запросы, а также агентов связи:
·         с внешних потре­бительских структурных форм и языков
·         в "свои" (своей Сети) потре­бительские структурных формы и языки,
·         а также производить и «обратные» операции.
При этом порт (портал), как разновидность узла, "по совместительству" может выполнять (и обычно выполняет)  все (или часть) функций, свойственных каждому узлу.
К слову, примеры всем известных односторонних (т.е. только "выдающих" транспор­тируемые агенты пользователям) портов, это:
·         телевизор (он же – выходное уст­ройство такой вида сетевой ТС, как телевизионная сеть),
·         кухонная плита (она же – выходное уст­ройство таких видов сетевых ТС, как газовая и электрическая). 
Но и они со временем становятся более «узловатыми».
 
ОУМ (ОРГУПРАВЛЯЮЩАЯ МОДЕЛЬ) СЕТИ
В любой современной функционирующей ТС (в том числе и относимой к Сетям), конечно же, есть  внешнее и  внутреннее (само-) управление. А, как нам уже известно из предыдущей моей статьи,  в состав самоуправления входит тот ассортимент функциональных блоков, который указан в блок-схеме органа управления (ОУ) модели «полная ТС». И я уверен, что у читателей возникает вполне резонный вопрос: почему это я при рассказе о функциональном устроении модели «полная Сеть» особо выделяю ОУМ, а про остальные функциональные части того же органа самоуправления лишь упоминаю?
Подробнее я об этом скажу позже, а пока лишь отмечу, что речь идет лишь о тех функциональных местах модели «полная Сеть», которые для нее ядерны-сущностны, т.е. которые задают-обеспечивают ту самую «сетевость» (такое эмерджентное качество) рассматриваемой модели.
ОУМ, используемая  для самоуправления полной Сети (сетевая ОУМ), – сложно устроена. Она содержит, в том чис­ле, такие информационные части, которые обеспечивают:
·         а) и функционирование Сети в целом,
·          б) и функционирование отдельного узла, порта и канала,
·         в) и согласование и синхронизацию функционирования разных узлов, портов, каналов и порций связи,
·         г) и взаимодействие с внешними контурами управления.
Причем, сетевая ОУМ  содержится целиком или частично   в органе управления (ОУ) каждого узла, порта (в виде своих копий, сидящих в таком функциональном месте ОУ, как память) и там же (т.е. в каждом из узлов, портов и т.д.)  в нужном объеме используется.
Иными словами, сетевая ОУМ   распределена на таком множестве функциональных мест «полной Сети», как узлы и порты. Но(!) при этом частично ОУМ  может содержаться: и в каналах связи, и даже  в порциях связи.   
 
ТРАНСПОРТИРУЕМЫЕ АГЕНТЫ (ПОРЦИИ-ПАКЕТЫ СВЯЗИ) И ИХ УПАКОВКА
Как уже говорилось, транспортируемые агенты по своим "ядерным" свойствам могут быть вещественными, энергетическими и информационными.
Надо бы на этих различиях остановиться поподробнее, но это нас отвлекло бы от сейчас рассматриваемой темы, к тому же эти различия станут понятнее из последующего разговора. А здесь и сейчас я обращаю внимание читателей на  такое свойс­тво порций связи, как их "упакованность". Обращаю внимание на это потому, что именно надлежащая упаковка  (т.е. специфическое оформление-организация порций) позволяет им транспортировать­ся в пределах данной Сети.
Скажу про это чуть-чуть подробнее. Прежде всего, отмечу, что по мере развития сетевых ТС появляется и получает развитие  технологии  (и ТС), осуществляющие это самое  упаковывание транспортируемых агентов.  А уже в рамках развивающихся  технологий   упаковывания появляется все более хитрая специальная "одежда" для транспортируемых агентов, так называемая "УПАКОВКА" (скажем, это: контейнеры, ящики, вагоны, конверты, маркеры, знаки и пр.).
Причем, сами упаковывающие устройства (т.е. ТС с такой ГПФ) могут:
·         и/или входить в ту или иную сетевую ТС (точнее, в ее узлы и порты),
·         и/или находиться у пользователей данной сетевой ТС (входить в их структуры).
Стоит  отметить следующие характерные особенности любых упаковок.
Первое. Каждая из упаковок несет на себе сообщение. Так что даже  вещественные и энергетические агенты связи являются в чем-то и агентами информационными[26].
Второе. Появление упаковки позволяет делать "комплементарными" к данной разновидности Сети раз­ные (по своей субстанции) агенты, что увеличивает возможности сетевых ТС по транспор­тированию. Т.е. упаковка  "маскирует", а точнее, «комплементирует», придает требуемую для данной разновидности Сети внешнюю форму разным агентам связи (конечно, не любым, а  из некоторого их ограниченного разнообразия).
Отмечу также следующие очень интересные и важные моменты, касающиеся уже  не упаковок, а собственно агентов связи.
Первое. Принципиальное отличие транспортировки агентов, несущих порции  информации, заключается в том, что в Сети могут оставаться частичные и/или полные копии этих самых единиц информации. Они могут оставаться,  скажем:
·         для документирования (отчетности, контроля и т.п.);
·         для пополнения ин­формационных банков   и ОУМ Сети и т.п.
Этот момент очень важен для развития и саморазвития информационных Сетей, и о нем еще будет речь ниже.
Второе. В некоторых разновидностях сетевых ТС (технических Сетей) порции связи так внутренне организованы, что обладают собственной активностью(!), позволяю­щей им осуществлять некоторое виды внешних действий (скажем: самим передви­гаться по каналам связи, самим выбирать маршрут движения по узлам и т.п.)[27].  
 
О ВНЕШНИХ  ПОЛЬЗОВАТЕЛЯХ СЕТИ
Для полноты рассмотрения скажу пару слов о внешних пользователях Сети (о пользователях сетевых ТС). Внешними пользователями (внешними адресатами) Сети могут быть самые разные объекты (и люди, и технические устройства).
Причем, человеку-пользователю совсем не обязательно знать подробности устроения  Сети, поскольку, как правило, порт так организован (разработчиком), что сам обеспечивает необходимое взаимодействие пользова­теля с Сетью и другим пользователем.
Правда, пользователям при­ходится заниматься (в том или ином объеме) "упаковкой" транспор­тируемого агента, т.е. приведением его формы в требуемый для данного порта вид).
 
Уже приведенными короткими заметками про особенности каждого из функциональных мест модели «полная Сеть» я ограничусь. И перейду к обсуждению следующего смыслового аспекта модели «полная Сеть».
 
 
Я напоминаю, что «Сеть» (сетевая ТС), это:
·         и нарицательное имя для вполне определенного (и достаточно уже «развитого») множества-класса (типа-вида) технических объектов,
·         и способ  описания сущностных особенностей: как «активничания» таких объектов, так и их устроения,
и это все собирается в одну целостность-умозрительность, в одно категориальное понятие (модель), как  под именем «полная Сеть». И она становится эффективным инструментом тризовского анализа мира техники, путеводным (одним из путеводных) ориентиров разработчиков.
И нам пора от  разговора про отдельные функциональные составляющие этой модели перейти к разговору  про характерные особенности устроения этой модели, как целостности-связности. Иными словами, сейчас речь пойдет  про те характерные особенности устроения, которые позволяют техническим объектам, относимым к сетевым ТС (к Сетям), функционировать, как единое целое, не  рассыпаться  на свои только что описанные   функциональные части.
 
КАКИЕ ЖЕ ОСОБЕННОСТИ СЕТЕВЫХ ТС  ИНВАРИАНТНЫ И ХАРАКТЕРНЫ-СУЩНОСТНЫ?
Число элементов («адресатов», «узлов») и число их связующих каналов в тех ТС, что относимы к сетевым ТС и описываются-анализируются с помощью такой модели, как «полная Сеть», может быть самым разным. К тому же,   сетевые ТС могут быть по разному организованы, т.е.:
·         в их устроении могут быть по-разному организованы каналы связи между портами и узла­ми,
·         у них может быть разное количество портов и узлов и соединяющих их каналов связи,
·         порты, узлы и каналы связи могут быть по-разному специализированы и т.п.
Что же тогда для каждой из сетевых ТС  общехарактерно, одинаково-типово?
Обязательным и неизменным (инвариантным) для устроения любой-каждой из сетевых ТС (тем самым, и для модели «полная Сеть»), является:
·         наличие таких  специфических типов функциональных мест как: а) каналы связи, б) узлы, в) порты,
·         наличие единообразной  упакованности транспортируемых агентов (пакетов) связи,
·         наличие единого адресного пространства для всех узлов и портов, в свою очередь организованное по доменному (по "странам", "облас­тям", "районам" и т.д.) признаку,
·         наличие единого свода правил и протоколов (они входят в состав ее ОУМ), регу­лирующих функции как элементов и подсистем Сети, так и ассорти­мент и оформление порций связи (иными словами, единого, т.е. общего для всех частей сетевой ТС) знаниевого «языка»).
 И эти особенности выступают для разработчика сетевой ТС обязательными техническими требованиями. Только выполнение указанных только что  требований (конечно же, вкупе с наличием процессов самодействия-самоуправления, ухватываемых-описываемых с помощью модели полная ТС) обеспечивает успешность функционирования разрабатываемых сетевых ТС.
Особо стоит пояснить, как происходит подсоединение к уже функционирующей сетевой ТС (к данному сетевому техническому объекту) новых сетевых фрагментов (т.е. как происходит рост данного экземпляра Сети).
Рост размеров-объемов сетевой ТС совершается:
·         а) в случае наличия комплементарности этих новых частей  с данной Сетью – просто путем вхождения их (как частей) в общее адресное пространство;
·         б) в случае различий в их структуре и организации – подсоединение идет через узел-"шлюз", который полу­чает свой адрес в обеих сетевых ТС  и который осуществляет нужный ор­ганизационный "перевод", переоформление, пакетов связи.
Резюмирую. Все узлы, порты и каналы связи, входящие в состав одной и той же сетевой организованности-целостности, должны быть (сколько бы их ни было)  комплементарны: и друг другу, и транспортируемым по Сети порциям связи, иначе единой целостности-связности не получится.  
Выполнение этого требования для разрабатываемой сетевой ТС обязательно для успеха разработки. Но выполнять его очень даже не просто. Дело в том, что проблема комплементарности-взаимосогласованности частей Сети сложна и многогранна.  И обсуждать  ее  следует особо (это – не просто работоспособность каждой из частей).
Но и здесь я это попробую проиллюстрировать на примере информационных Сетей, где этот момент: и не очень-то «явен», и сложен.  
Для начала обращаю  внимание читателя на то, что каждый из узлов (и портов) информационной Сети может рассматриваться, помимо иного прочего, как:
·         «открытая» информационная система,
·         информационно же взаимодействующая с другими (узлами, портами, каналами).
Так вот,   наличие многих уровней взаимодействия – одно из отличий именно информационного вза­имодействия (его специфика). И потому взаимодействие, скажем,  между двумя узлами информационной Сети (тем самым, взаимодействие между собой двух открытых информационных систем через канал связи) требует, помимо всего прочего, жесткого нормирования способов и видов служебной упаковки сообщений-текстов (т.е. информацион­ных порций связи). Например, уже давно известный стандарт взаимодействия "открытых» информационных систем (стандарт "OSI") для разработчиков информационных сетей предусматривает нормиро­вание семи(!) уровней такого взаимодействия (отметим, что лишь самый низший уровень является реальным, "физическим", остальные являются опосредованными, знаковыми, их еще называют "виртуаль­ными"), эти семь уровней охватывают все аспекты взаимодействия функциональных мест, входящих в информационную Сеть (все аспекты взаимодействия ее портов и узлов).
 
Обращаю внимание читателей еще на парочку характерных особенностей развитых сетевых ТС (рассматриваемых, как целостности).
 
О ВНУТРЕННЕЙ «ЖИЗНИ» РАЗВИТЫХ СЕТЕВЫХ ТС
Пользователи обращаются к сетевым ТС, когда им это надо. Но во все то время, когда Сеть «ожидает» оче­редного пользователя, она (как функционирующий технический объект) должна сохранять готовность к передаче и к обмену транспортируемых агентов, т.е. при этом своем ожидании она все равно как-то функционирует, т.е.:
·         она пот­ребляет-расходует энергию,
·         в ней идут сложные процессы поддержания на должном уровне ее эксплуатационных характеристик (в том числе обеспечивается, скажем, гомеостатирование),
·         больше того, в это время мо­жет происходить ремонт и даже «самообучение» и саморазвитие.
Все это позволяет говорить уже не просто о функционировании технических объектов, относимых по своим особенностям к такой разновидности, как Сеть, а о некой в них «внутренней» жизни:
·         пусть и очень примитивной по сравнению с внутренней жизнью у живых организмов,
·         пусть и без чего-то, схожего с тем, что именуется психикой, 
·         пусть и без много другого, –
тем не менее, уже и не просто функционирования, не просто внутренней активности[28].
 
ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ И РЕАЛЬНЫЕ ЭКСПЛУАТАЦИОННЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ СЕТЕВЫХ ТС
В связи с наличием: и многих пользователей, и некой хаотичности их «подключений» к  сетевым ТС, я обращаю внимание читателей еще на следующие моменты, характерные для сетевых ТС.
Для пользователей (потребителей) важны такие характеристики   качественности (уровня-высоты качества) функционирования сетевых ТС, как:
·         скорость передачи порции связи,
·         быстрота ввода пользователем в  порт порции транспортируемого агента,
·         ассортимент "до­полнительных услуг" и т.п.
При этом следует различать:
·         "потенциальные" («проектные») ха­рактеристики сетевых ТС, проявляющиеся в специальных условиях эксплуатации ТС (ее использования)
·         и «реальные» (фактические).
Если оценивать функционирование Сети, скажем, реальной средней интен­сивностью передачи порций, то она будет ниже проектной, ведь в какие-то промежутки времени Сеть:
·         либо может быть не использована (причем, не по ее "вине"),
·         либо может быть «перегружена», и потому отказывает в своих услугах какой-то части пользователей.
 
Я думаю, уже сказанного достаточно для целостной  характеристики:
·         и устроения модели «полной Сети»,
·         и  типовых особенностей объектов-ТС, относимых к сетевым их видам,
так что разговор на эту тему я обрываю и перехожу к другой теме, теме о путях использования модели «полная Сеть» разработчиками вещей.
 
 
Уже состоявшийся разговор:
·         про назначение такой модели, как «полная Сеть», в анализе мира техники,
·         про  функциональные особенности ее устроения,
при всей его беглости и отрывочности, все-таки позволяет считать, что данная модель (такая умозрительность-представление) уже выстроена. И я сразу же добавляю, что  она достаточно технологична для того, чтобы ее   использовать в анализе (т.е. ее уже можно использовать, как аналитический «инструмент»)[29].   К примеру, по поводу   «аналитических» возможностей этой модели:
·         как в анализе сущностных особенностей отдельных технических объектов,
·         так и в анализе всего мира техники –
можно повторить многое из того, что было сказано относительно модели «полная ТС».
Чтобы не быть голословным, расскажу про некоторые пути использования представления о полной Сети в анализе (правда, расскажу и о них очень коротко). Но предварю этот разговор очередным напоминанием о смыслах сетевого принципа организации ТС (реализацией-описанием которого модель «полная Сеть» является).
 
ЕЩЕ РАЗ О СПЕЦИФИКЕ: И «СЕТЕВОГО» АНАЛИЗА МИРА ТЕХНИКИ, И СЕТЕВОГО ПРИНЦИПА ОРГАНИЗАЦИИ ТЕХНИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ
Как уже выше говорилось, использование умозрительной модели «полная Сеть» в анализе особенностей мира техники (это же можно назвать и  сетевым функционально-структурным анализом) призвано раскрывать те качественные особенности организации технических объектов и их взаимодействия между собой, которые не удается раскрыть, используя представление о «полной ТС».
Разговор  о том, что это за особенности, собираемые в таком понятии-качестве, как «сетевость», был уже выше по тексту, но он был очень короткий,  а потому – не очень-то внятный. Внятнее он был бы, если бы предварительно состоялся разговор про подходы к системному анализу социума (т.е.  анализу «долговременных» человеческих обще-житий). Но это увело бы нас слишком далеко от темы статьи. Все же имеет смысл, опираясь на уже состоявшийся рассказ про устроение модели «полная Сеть», добавить пару слов и на эту тему. Но предваряю это следующим общеметодологическим замечанием.
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
При анализе-описании: и взаимодействий, и устроений объектов, хотим мы этого или не хотим, но нам приходится прибегать к использованию той или иной системы категорий (к тому или иному понятийному языку).
Причем, выбранный нами понятийный язык обычно ухватывает лишь какую-то сторону изучаемых явлений-феноменов (взятых из некоего их класса). Так что, для большей системности-комплексности   анализа приходится прибегать к разным понятийным языкам, каждый из которых продуктивен при анализе того или иного аспекта изучаемых явлений-феноменов. К слову: в связи с этим обстоятельством в СМД-методологии вводится представление об ортогональных плоскостях рассмотрения явлений-феноменов.
И еще один момент. Большая роль в анализе принадлежит не одиночным категориям, а их парам, причем, таким парам (из выбранной нами системы понятий), в которых каждая из категорий одной и той же пары несет в себе смыслы, противостоящие смыслам другой категории из этой же пары.
***
 
Для чего я привел это достаточно абстрактное замечание? Дело в том, что  модели «полная ТС» и «полная Сеть» в своем смысловом наполнении (да и в своем аналитическом назначении) друг другу:
·         и в чем-то ортогональны,
·         и в чем-то полярны (противоположны).
Сейчас это поясню. Обе модели   построены так, что ухватывают собой процессуально-динамические особенности в устроении современных (сложно устроенных) технических объектов. В этом заключается схожесть их назначений-функций в анализе. Но есть при этом и различие, даже полярность-ортогональность в их аналитических назначениях.  В предельно обобщенной формулировке это различие  можно сформулировать  следующим образом.
Назначение «полной ТС» заключается (помимо иного прочего!) в ухватывании того, что именно обеспечивает в сложной технической организованности такие качества-свойства, как:  
·         моноцентризм в самоуправлении,
·         иерархичность-соподчиненность частей, входящих в состав устроения, и т.п.  
А  назначение модели «полная  Сеть», помимо иного прочего, заключается в ухватывании того, что именно в  анализируемой технической организованности обеспечивает такие ее качества, как:
·         полицентризм  (т.е., хотя и распределенность, но в то же время связность, а не «рассыпчатость»!) в самоуправлении,
·         «равноправное» взаимодействие частей целого,
тоже встречающиеся  в технических комплексах-целостностях (точнее, то же нами организуемые-создаваемые при разработке таких комплексов).
А вместе они позволяют более успешно, чем раньше,  разбираться с тем, что сейчас происходит и что можно ожидать в будущем в так называемом «мировом хозяйстве» человечества.
 
Вернемся к теме и подытожим сказанное в этом параграфе.
Первое, на что я хочу обратить внимание читателей.
Продуктивность и перспективность такой модели, как   «полная Сеть», заключается в том, что ее функциональное устроение ухватывает  сущностные особенности  той технической (искусственной, нами постепенно созидаемой!) среды, которая еще только складывается в настоящее время в мире техники. Иными словами:
·         хотя в  мире техники пока имеют место лишь зачатки этой среды (так что они для многих даже и не видны),
·         но  эти зачатки все шире в мире техники распространяются-развиваются[30],
и вооружившись таким  инструментом, как «полная Сеть», мы можем все это продуктивно анализировать.
Второе. В опоре на обе модели удается теперь  выстраивать целостное и инвариантное (по отношению ко всем происходящим там изменениям)  описание мира техники.  А поскольку инвариантность описания достигается благодаря тому, что моделями ухватываются сущностные особенности той механики, тех действующих (со стороны социума, мира людей!) факторов, которыми обеспечивается:
·         и воспроизводство мира техники,
·         и его эволюция-развитие,
то использование этих моделей в анализе мира техники оказывается очень продуктивным и долговременным.
И я еще раз напоминаю, что  различать  в множестве известных ТС такие их виды, как узлы, порты, каналы, хотя и полезно, но такое различение решает частные, локальные задачи. Куда мощнее (и стратегичнее!) оказывается  анализ мира техники в опоре на собственно модель полной Сети.
Сейчас я это попробую проиллюстрировать на нескольких примерах.
 
ПРИМЕР ПЕРВЫЙ: ПРОДУКТИВНОЕ УПОРЯДОЧИВАНИЕ-КЛАССИФИКАЦИЯ ТОГО МНОЖЕСТВА ТЕХНИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ, КОТОРЫЕ ОТНОСЯТСЯ К СЕТЕВЫМ ТС
Рассматривая-анализируя весь мир техники в опоре на  модель «полная Сеть», мы можем продуктивно упорядочивать-классифицировать  всё известное множество ТС. Но при этом, конечно же, будет сказываться:
·         и общая смысловая специфика данной модели,
·         и вытекающая из этого смысловая специфика тех функциональных мест, которые входят в ее состав.
Так что имеет смысл ограничиться классификацией с ее помощью   только множества сетевых ТС (в то время как в опоре на модель полная ТС и на ассортимент ее функциональных мест можно  классифицировать-упорядочивать  все множество технических объектов).
Наибольший интерес представляет собой классификация-разбиение множества известных (да и мыслимых) сетевых ТС по различиям транспортируемых ими агентов. При этом  все множество сетевых ТС разбивается на такие разновидности-классы, как:
·         Сети по транспортировке: а) людей, б) вещей и в) технических веществ (материалов, топлив и т.п.),
·         Сети по транспортировке энергии,
·         Сети по транспортировке единиц информации.
Каждый их этих классов может быть разделен, в свою очередь,  на те или иные подклассы и т.д.
Читатель может сразу  указать, что здесь никаких Америк не открывается, именно так это уже давно  делается. Делается, да не совсем на таких основаниях. И потому  при классификации  в опоре на такую модель, как полная Сеть: 
·         многое в мире техники поворачивается иной стороной,
·         к тому же можно теперь нацелено  искать и новые разновидности ТС, и многое другое.
И дальше читатель это увидит.
 
ПРИМЕР ВТОРОЙ: СРАВНЕНИЕ МОДЕЛИ ПОЛНОЙ СЕТИ И РЕАЛЬНЫХ (Т.Е. УЖЕ ВОПЛОЩЕННЫХ) СЕТЕВЫХ ТС
Поскольку ассортимент функциональных мест модели «полная Сеть» является исчерпывающим (полным), то сама эта модель:
·         с одной стороны, инвариантна применительно к прошлому и будущему мира техники,
·         с другой стороны,  универсальна в своей применимости ко всему множеству сетевых ТС.
Что касается ролей-возможностей универсальных моделей в анализе, то  я это уже пояснял на примере модели «полная ТС». Сейчас это еще чуть-чуть поясню, только уже на примере модели «полная Сеть».
Так, «полная Сеть»  может служить (и служит) универсальным критерием функциональной полноты устроения анализируемых (и/или разрабатываемых) сетевых ТС. Ну, а если еще поработать над этой моделью и описать наиболее развитые (тем самым, совершенные) образцы-эталоны всех ее функциональных мест, то тогда эта модель становится путеводной звездой, идеалом    развитости сетевых   ТС.
К примеру, сравнивая реальные виды ТС-Сетей  с моделью «полная Сеть», мы  увидим, что многие из них имеют меньший ассортимент функциональных блоков  и/или суженный спектр функциональных возможностей этих блоков. И исходя из такого анализа, станут яснее видны перспективы развития этих ТС.
К слову, особенно  недоразвитость частей сетевых ТС характерна для  реальных вещественных и энергетических Сетей. Они по своим функциям и даже по своей конструкции больше соответствуют такому функциональному месту  полной ТС, как Тр. (т.е. они выполняют ту или  конкрет­ную функцию по перемещению-транспортировке (скажем, по перемещению воды, отходов, топлива и т.п.), только отличаются от Тр. тем, что выполняют эту функцию по отношению не к одному, а к  нескольким "адресам").
Понятно, что для  некоторых из таких сетевых ТС большего (исходя из их НС), и не требуется, но для многих сетевых ТС такая недоразвитость связана с отсутствием соответствующих разработок в области ассортимента их функциональных блоков. Поясню этот момент на конкретных  примерах.
Возьмем, скажем,   электросети. В них неполнота выражается:
·         в разделении, как правило, портов на: либо только входные, либо только выходные,  
·         а также в том, что узлы, как правило, не обладают возможностью временного складирования электроэнергии.
А вот когда в   узлах-портах (тех же электроподстанциях и т.п.) электросетей:
·         появятся эффективные об­ратные преобразователи электрической энергии, причем, преобразователи электроэнергии в такую, которая способна долго храниться (скажем: или в виде потенциальной механической энергии, или в виде энергии гравитационного поля и т.п.),  
·         или появятся эффективные и емкие ее «склады» (скажем, емкие и эффективные ТС типа "электроаккумуляторы"), –
только тогда   электросеть (использующая уже  подобные универсальные узлы и порты, вку­пе с органами управления):
·         будет об­ладать куда более высокой функциональностью и развитостью,
·         тем самым, значимо приблизиться к своему идеалу - к полной Сети.
Аналогично можно проанализировать на полноту и Сети по транспорту вещей. Проблема продвижения к идеальности здесь кардинально разрешилась бы:
·         либо  с созданием универсального (пригодного для любой ТС, изготавливающей вещи) технического материала (выступающего в таком случае и  универсальным транспортируемым агентом),
·         либо с созданием некой универсальной (т.е. пригодной для любого вещественного агента) упаковки.
Вот тогда бы  боль­шинство вещественных Сетей тоже значимо приблизились бы к сетевому идеалу.
Впрочем, сказанным я немного забежал вперед, поскольку  о путях развития сетевых ТС пойдет в конце статьи  особый разговор.
 
ПРИМЕР ТРЕТИЙ: О МАСШТАБАХ СЕТЕВОЙ ВЫРАЖЕННОСТИ, НАБЛЮДАЕМОЙ В СТРУКТУРЕ-ОРГАНИЗАЦИИ РАЗНЫХ ТЕХНИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ
Сетевые черты можно увидеть в структуре ТС с самыми разными ГПФ. Эти черты  можно  увидеть, хотя бы по наличию в составе  многих современных ТС таких   ка­налов связи, которые:
·         и оформлены в виде отдельных конструктивных частей,
·         и осуществляют транспортировку неких агентов,
·         тем самым, связывают между собой другие  части таких ТС.
Особенно ярко сетевые  черты-свойства выражены в  таких ТС, как ЭВМ, компьютеры и т.п. Но прежде, чем об этом сказать чуть подробнее, хочу предупредить о следующем. Если взять класс так называемых информационных ТС (т.е. таких ТС, ГПФ которых – манипулирование единицами информации), то в такой класс войдут:
·         а) не только ТС по транспортировке единиц информации,
·         б) но и такие ТС, как вычислители (ЭВМ, компьютеры и т.п.).  
Так вот, я сейчас веду речь только о таком подклассе информационных ТС, как ЭВМ. И я хочу обратить внимание читателей на то, что та самая сетевость  – характерная черта и для таких ТС. Причем, эта характерная черта  присуща для разных уровней организации таких ТС. Скажем, даже если взять такой, достаточно подсистемный уровень организации компьютера, как его отдельная интегральная  схема (скажем, та же «материнская плата»), то мы увидим, что и для нее характерной чертой является ее «сетевость».
Все это следовало бы обсудить основательней (потому что в таком анализе мы добираемся до обсуждения уровня сетевости не только БПР и ОУ ТС, но  и  уровня сетевости таких сложнейших естественных информационных организованностей-управителей,  как психика-сознание).
Но я ограничусь лишь тем замечанием, имеющим отношение только к миру техники, что современные мощные ТС-«вычислители» (ЭВМ) аналогичны во многом модели Сеть по своей структуре (по внутреннему устроению), так что  можно успешно использовать сетевые представления  в анализе-синтезе новых разработок тех же вычислителей. К примеру,   сетевые представления оказываются очень полезными при разработке так называемых  ней­ронных (сетчатых, ретикулярных) ТС-вычислителей.
 
ПРИМЕР ЧЕТВЕРТЫЙ: ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РАЗРАБОТЧИКОМ УЖЕ РЕАЛИЗОВАННЫХ  И ФУНКЦИОНИРУЮЩИХ СЕТЕВЫХ ТС, КАК ЧАСТЕЙ ВНОВЬ РАЗРАБАТЫВАЕМЫХ  ИЗДЕЛИЙ
По отношению к пользователям следует обратить внимание на то, что уже воплощенные и функционирующие сетевые ТС  могут обеспечивать (и обеспе­чивают) "опосредованное" взаимодействие между их пользователями.
Причем,  помимо роста возможностей общения для пользователей (роста таких возможностей, благодаря  такому (т.е. опосредованному) взаимодействию-общению) есть здесь и еще одна сторона, имеющая непосредственное отношение к разработчику.
Дело здесь в том, что та или иная, уже реализованная и функционирующая, сетевая ТС   может включаться разработчиком  в состав(!) разрабатываемого изделия, выступая при этом:
·         либо как то или иное функциональное место разрабатываемой ТС (как тот же орган управления, например),
·         либо как развитый и уже «готовый» канал связи между ПС  (подсистемами) разрабатываемой ТС и т.п.
Такое использование уже функционирующих сетевых ТС (т.е. их использование, как некой части в составе  разрабатываемой ТС)  порождает много новых возможностей, как полезных, так и вредных.
Но углубляться в это я не буду, читатель может сам об этом поразмышлять.
А я сейчас, считая, что пути использования разработчиками модели «полная Сеть», мной уже обрисованы,    вновь отойду от «разработческой» конкретики и немного поговорю  о другом, а именно, поговорю (но лишь чуть-чуть!) про те общеметодологические знания и умения, которые необходимы разработчику (необходимы для большей эффективности своей Д.).
 
 
Как читатель уже сам успел заметить, для успешности сетевого анализа (да и вообще для проведения тризовских: и функционально-структурного, и вепольного анализов) необходимо овладение знаниями-умениями, наработанными не только в рамках ТРИЗа, но и в других системных общеметодологических направлениях.
К сожалению, хорошей литературы о технологиях сетевого функционально-структурного анализа пока не имеется, есть исследования на эти темы  в рукописях, но они малодоступны. Так что приходится заниматься самообучением.
В помощь такому самообучению я сейчас попробую разъяснить некоторые уже найденные пути-подходы-способы разрешения  встречающихся здесь, при проведении сетевого анализа (да и вообще при проведении тризовского функционально-структурного анализа) трудностей-проблем.  
 
УЧАСТИЕ ЛЮДЕЙ В ФУНКЦИОНИРОВАНИИ МНОГИХ ТЕХНИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ  –   УЧАСТИЕ ВРЕМЕННОЕ
Конечно,  для тризовцев пользоваться:
·         категорией Д. (деятельность),
·         представлениям об акте Д. и об гомотехническом автомате,
·         а также законом о так называемом «вытеснении» людей из акта Д.,
все еще достаточно непривычно. Зато с их  помощью очень многие вопросы (особенно стратегического и прогностического характера) разрешаются очень продуктивно.
В начале статьи я немного про все это упоминал, а более подробно это было  освещено в статьях о категории деятельность (Д.) и в моей предыдущей статье. 
А здесь я хочу повторно обратить внимание на такой момент. Если мы взяли на свое вооружение   представление о гомотехническом автомате, который:
·         осуществляет акты Д. того или иного вида
·         и развивается (по ходу человеческой истории) в направлении к чисто техническому автомату,
то   нас, в частности, перестает смущать участие людей в работе некой технической организованности (выполнение там ими той или иной функции). Мы уже  понимаем, что подобного рода  участие людей – участие вынужденное, связанное с тем, что:
·         а) либо еще нет технических объектов, могущих выполнять такую функцию,
·         б) либо по каким-то соображениям  выгоднее использование именно людей для выполнения таких функций,
и потому такое явление, как включение людей в некие машинные организованности в качестве исполнителей тех или иных функций (из ассортимента функций полной ТС) – есть явление в масштабах человеческой истории, так сказать, преходящее. Иными словами, мы можем при анализе тех или иных тенденций развития технических объектов:
·         как от этого отвлекаться,
·         так и в опоре на выявляемые нами «не субъектные» функции людей разрабатывать новые ТС с такими же ГПФ.
 
О НЕОБХОДИМОСТИ ПОСТОЯННОГО ОТСЛЕЖИВАНИЯ ТОГО, КАКОВ МАСШТАБ  РАССМОТРЕНИЯ АНАЛИЗИРУЕМЫХ ПРОБЛЕМ-СИТУАЦИЙ
Здесь пойдет речь вот о чем. Чтобы не запутаться в дебрях-разветвлениях аналитической конкретики, очень важно  постоянно отдавать себе отчет в том, каковы цели-задачи проводимого анализа. Сюда же относится и необходимость отдавать себе отчет в том, каков масштаб и фокусы (углы зрения) того аналитического рассмотрения, который ты ведешь, иными словами, необходима постоянная саморефлексия всего этого.
Все это помогает и выбирать для анализа данной ситуации продуктивные  аналитические инструменты и не сбиваться со своей темы.  Об этом я достаточно подробно вел разговор в статье о таком тризовском инструменте, как системный оператор (она есть  на сайте Методолог).  Но и здесь скажу об этом пару слов.
Что касается важности отдавать себе отчет в том, каков   фокус рассмотрения выбран,   приведу такой пример. Те же вещи можно рассматривать: не только как ТС, но  и как товар, и как произведение искусства. И если хочется повести анализ вещи, как товара или как произведения искусства, то следует использовать соответствующий категорийный арсенал средств анализа-синтеза (либо «экономический», либо   «эстетический»).
Что же касается   роли масштаба рассмотрения, то  я эту роль чуть поясню на таком примере из области физики. В зависимости от «пространственного» масштаба рассмотрения косного вещества физиками берутся разные «элементарные» кирпичики-отдельности. Это: и молекула, и атом, и элементарные частицы, и  «заряды» и т.д. Причем, на каждом из масштабов «кирпичики-элементы» вещества наделяются своим особым набором свойств-характеристик и т.д. Тоже можно сказать и относительно временного масштаба рассмотрения. Скажем, такое явление, как дрейф материков на планете Земля обнаруживается при таком временном масштабе рассмотрения, при котором сам факт существования человечества является каким-то не существенным (пока?) эпизодом-мгновением.
Учет масштаба анализа особо важен  при анализе живого мира, а также мира людей и  мира творимой людьми техники. Причем, здесь мы сталкиваемся с еще более сложными для анализа ситуациями, связанными:
·         как с наличием в таких ситуациях, помимо вещественно-полевых, еще и информационных взаимодействий,
·         так и с наличием особой специфики информационных взаимодействий (по сравнению с взаимодействиями «физическими»).  
В частности, здесь куда быстрее приходится вводить и использовать представления:
·         об иерархии устроений и процессов (особенно процессов организации и управления),
·         об их матрешечности и т.д.
И все эти моменты необходимо постоянно отслеживать.
Причем, если уж пошла речь о масштабах рассмотрения, то следует иметь в виду, что чем больше погружаешься в конкретику, тем больше привлекаешь знания:
·         уже не столько из сферы собственно тризовской,
·         сколько из сферы научно-прикладных, а также проектировочных и контрукторских знаний.
Причем, по большей части, для решения возникающих в такой своей конкретике задач (задач по развитию-совершенствованию вещей) вполне хватает этих самых традиционных инженерных знаний, а тризовские знания при этом обеспечивают «стратегическое» видение своей ситуации. А вот когда упираешься в такой своей работе в критическую ситуацию, тогда в полной мере используешь   тризовские знания.
 
О КАТЕГОРИИ ИНФОРМАЦИЯ
В данной статье уже было сказано несколько слов про такую исходную и базовую категорию (первоначало) системного анализа, как  информация. Сейчас необходимо там сказанное развернуть. Это поможет:
·         и лучше понять уже рассказанное,
·         да  и последующий разговор про пути развития информационных Сетей будет более понятным.
Напомню, что первооткрывателем  того:
·         что это за системная категория,
·         что представляют собой информационные процессы,
·         какова роль всего этого в живой природе и т.д., –
был В.И. Корогодин. И обстоятельный разговор про все это должен вестись особо (ведь это –  одно из фундаментов-оснований системного подхода!). Но и здесь я об этом немного расскажу (расскажу для хоть какой-то маломальской ориентировки читателей в  тех темах, о которых дальше пойдет речь).
Первое. Информация (единицы информации) – есть планы достижения цели, ну а целью  выступает (самом общем плане и применительно к человеку об этом говоря):
·         либо познание нашего окружения,
·         либо повышение (понижение) вероятности некоего события, встречающегося в нашем окружении,
·         либо сотворение такого события, появление которого само-собой, без соответствующих планов (т.е. без единиц информации)  практически невероятно.
Второе. Реализуются-достигаются цели с помощью специфических вещественно-полевых образований (нами  называемых живыми организмами), специфичность которых, в том числе, и в том, что сами они – тоже выстроены-организованы согласно плану,  т.е. опять же выстроены с помощью единиц информации.   
Кто хочет разобраться в том, как впервые зарождаются такого рода образования в каких-то областях косной природы, может почитать об этом у В.И. Корогодина. Я об этом тоже рассказывал в своей статье[31].
Третье. Особо обращаю внимание читателей на то, что:
·         и дление-активничание таких образований (целесообразных),
·         и их производство-воспроизводство,
·         и их эволюция-развитие, –
все это осуществляется, благодаря информационным системам (ИС), наличествующим в таких образованиях. Что же касается собственно той механики, которая обеспечивает такое разнообразное самодействие, то она ухватывается с помощью таких процессуальных категорий, как организация и управление (о них шел рассказ в моей предыдущей статье).
Четвертое. В ИС осуществляются-происходят, в том числе, так называемые информационные процессы. Эти процессы отличаются огромным разнообразием, но все это разнообразие можно свести к таким их видам-классам, как:
·         создание-генерация единиц информации,
·         их считывание-запись,
·         их передача-трансляция,
·         их переделка-трансформация,
Пятое. Единицы информации длятся-сохраняются, будучи зафиксированными на своих носителях. В зависимости от особенностей своих: как носителей, так и ИС, следует (для продуктивности анализа) различать такие виды информации, как:
·         генетическая,
·         поведенческая,
·         знаниевая (понятийно-логическая).
Шестое. По отношению к знаниевому виду информации следует различать, согласно В.И. Корогодину,  четыре(!) уровня-слоя носителей информации, это:
·         два уровня-слоя вещественно-полевых («подложечных») носителей, как-то: а) сам материал подложки и б) выбранная структурная особенность подложки,
·         и два уровня-слоя знаковых (семиотических) носителей, как-то: в) алфавит и г) словник-словарь[32].
Я упоминаю об этом для того, чтобы обратить особое внимание читателей на следующее.
Одна и та же единица информации (сообщение) может быть зафиксирована:
·         как на самых разных подложках,  
·         так и на разных структурных особенностях одной и той же подложки.
Одно и то же сообщение (даже при использовании одной и той же структуры подложки!):
·         может быть зафиксировано с помощью  разных алфавитов,
·         к тому же, и при использовании одного и того же алфавита, может быть зафиксировано  на разных языках!
И потому в мире людей в настоящее время существует:  
·         и огромное разнообразие: носителей-подложек, алфавитов-нотаций, естественных и искусственных языков,
·         и огромное разнообразие процессов-способов перенесения (трансляции) сообщений  с носителя на носитель.
Причем, когда мы говорим о семантике единиц информации, то речь идет об их информационном содержимом (отвлекаясь при этом от оформительских (знаковых)  особенностей этих единиц). А когда говорим о семиотике, то речь идет, в основном, о   знаковых (оформительских) особенностях единиц информации. 
К слову, из сказанного также следует, что в любой из ИС (соответственно, и в органах управления) необходимо наличие устройств:
·         как записи единиц информации,
·         так и их считывания.
Седьмое. Такая системная базовая категория, как информация,   имеет ряд принципиальных отличий от таких базовых категорий, используемых для описания косной природы, как: тело, поле, энергия, сила. Про одно из отличий (а именно: возможность фиксации одних и тех же ее единиц на разных носителях) я уже только что указал. Отмечу еще такое. При выдаче (вовне) единиц информации той или иной ИС-ой, содержащееся в этой ИС множество таких единиц – не убывает (выдаются «копии»). Так что при обмене информацией между двумя ИС происходит обогащение информацией обеих этих ИС. К тому же, ИС (при соответствующей их организации) могут сами нарабатывать(!!) новые единицы информации.    
Восьмое. Единицы информации сами по себе пассивны, они просто длятся, будучи зафиксированными на своих носителяхЮ разделяя со своими носителями все их перепитии. А начинают они «работать», только находясь в составе «своих» (т.е. им комплементарных) ИС.  
Девятое. В живых организмах протекают разнообразные информационные процессы всех перечисленных выше видов. Но есть по отношению к видам живых организмов и отличия в многообразии этих процессов. Какие? Излагаю эти различия по В. Корогодину. В «первичных» (т.е. в самых эволюционно ранних) видах организмов (в «одноклеточных»)  протекают информационные процессы только в рамках генетического  типа-вида информации. В развитых видах животных появляются уже единицы информации (и соответствующие информационные процессы) поведенческого их вида-типа. Причем,  высшие по развитости информационные процессы поведенческого вида-типа нами ухватываются в рамках категории «психика» (т.е. они нами ухватываются-описываются, как процессы психические). Наконец, принципиальным отличием людей от других развитых видов животных на Земле является наличие  у них такой (уже надпсихической и к психике эмерджентной) информационной организованности, как сознание, где ведущую роль играют уже информационные процессы знаниевого вида. Причем, сознание (этот могучий информационный самоусложняющийся  реактор), выступая в качестве высшего органа управления индивида:
·         с одной стороны, может генерировать-творить все более сложные знания-смыслы-представления, словом, все новые единицы информации знаниевого вида-типа (что позволяет сознанию все более адекватно отображать-ухватывать особенности человека и его окружения),
·         а с другой стороны, может оперировать  уже такими очень сложными смыслами, как ценности, идеалы  и т.д.
А все это позволяет людям (в том числе!) себе в помощь:
·         выстраивать уже технические информационные системы (информационные ТС), вкладывая туда соответствующие базы знаний и программных средств (ОУМ),
·         причем, выстраивать информационные ТС все более развитые-сложные.
Десятое. Механика-механизмы информационных процессов   ухватываются-описываются  людьми (их сознанием) с помощью таких процессуальных категорий, как организация и управление (а наиболее продуктивно это делается-описывается  исследователями только с позиций системного подхода). Причем, о том,  каким именно ассортиментом функциональных мест оргуправленческие  процессы реализуются-осуществляются, подробно шла речь в моей предыдущей статье. А здесь можно добавить (внимание!), что в рамках процессов оргуправления может идти (и происходит в развитых ОУ), помимо иного прочего, и наработка новых фрагментов-единиц информации(!!).
Чуть-чуть это поясню (но только чуть-чуть). Вспомним  про блок-схему ОУ модели «полная ТС» и про то, как с ее помощью осуществляются циклы управления. Если все это поглубже проанализировать, то мы поймем, что:
·         новые фрагменты единиц информации (в виде сигналов) появляются там в таких функциональных блоках, как сигнализаторы,
·         а новые уже единицы информации (к примеру: новые управленческие решения) могут нарабатываться там в блоках принятия решений (для чего там используются такие, скажем, функциональные организованности, как технические вычислители).
Одиннадцатое. Для живых организмов наиболее сущностным является информационное между собой взаимодействие. Если обратиться  к человеку, где такие процессы наиболее развиты, то там такое взаимодействие  осуществляется с помощью приема-передачи знаниевых сообщений (скажем, в форме: и устной речи, и мимики, и жестов, и текстов, и т.п.). Причем,  при так называемом письменном (опосредованном, в виде автономно длящихся текстов) общении сами эти сообщения:
·         фиксируются на том или ином внешне явленном   (т.е. вне человека) и устойчиво длящемся  носителе,
причем, они фиксируются:
·         с помощью вполне определенного набора знаков (алфавитов-нотаций)
·         и  по определенным сводам  правил (следуя тем или иным грамматикам).
Двенадцатое. По ходу своего познающего поиска человечеству удается:
·         все больше формализовывать и объективировать свои представления-знания,
·         в том числе, формализовывать и объективировать и представления о тех  особенностях информационных процессов, которые протекают в наших головах.
И вот на что здесь я обращаю внимание читателей. Именно благодаря такому направлению (такому аспекту) эволюции-развития человеческих знаний  (т.е. благодаря их постепенной формализации-объективации, происходящей в сознании индивидов (причем, происходящей, благодаря: и размышлениям, и общению с другими индивидами, и рефлексии всего этого)), разработчикам удается (используя полученные там по ходу формализации-объективации результаты) реализовывать (уже и в технических объектах!):
·         и все более сложные ИС,
·         и все более сложные информационные процессы.
Я имею при этом в виду такие  ТС, которые носят названия: ЭВМ (вычислители), блоки принятия решений (БПР), органы управления (ОУ), устройства искусственного интеллекта и  пр.
Тринадцатое. Наличие у людей сознания (а в нем – множества взаимодействующих между собой представлений-знаний) приводит, помимо иного прочего, и к тому, что  у людей (в их сознании) многие представления-знания выступают (внимание, это – очень-очень существенный момент!) в двух ипостасях:
·         и как описания чего-то,
·         и как повеления-предписания (планы-команды).
Причем, продуктивно множество повелений-предписаний  различать-классифицировать:
·         по степени долженствования,
·         по степени непременности их исполнения.
При такой их классификации мы видим, что  среди повелений (внимание!) есть особая группа-класс, имеющая высшую степень долженствования. Эта группа входит в состав веры-убеждений индивида (представляет собой его идеалы и т.п.). И человек готов (так уж устроен высший орган его самоуправления!) пожертвовать своей жизнью ради исполнения таких повелений.  
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Конечно, я в этом параграфе:
·         и  очень-очень бегло,
·         и очень-очень отрывочно
перечислил лишь  некоторые знания-умения, позволяющие разработчику:
·         отрешиться от ряда стереотипов традиционного рационализма,
·         взглянуть на многие ситуации с нового (системно-методологического) фокуса
·          и, тем самым, вести анализ куда более продуктивно.
Обстоятельный разговор об этом принципиально новом и куда более продуктивном знании, добытом с позиций системного подхода,  занял бы (да и занимает в известных мне рукописях) не один толстый том.  Но и это, очень телеграфное, перечисление  (конечно, если читатель в сейчас сказанное как следует  вчитается, а не просто пробежит его глазами) – его значительно продвинет.
Да! Особая реплика у меня на счет того «если как следует вчитается»! Хочу специально отметить, что:
·         знание о каком-то умении
·         еще не означает владение этим умением.
Владению каждым из умений нужно обучаться, нужно оттачивать свои умения, недаром же говорят об уровне мастерства.
***
 
В завершение рассказа про некоторые методологические знания-умения стоит еще остановиться на проблеме собственно упорядочивания-классификации (с позиций системного подхода!) того множества сетевых организованностей (ТС), которые традиционно именуются   информационными Сетями. Точнее, я поговорю сейчас о таких двух проблемных вопросах:
·         один  – собственно вопрос классификации сетевых информационных ТС,
·         а второй –   необходимость разделения социального и технического при рассмотрении информационных ситуаций и процессов. 
 
ПРО ИНФОРМАЦИОННЫЕ СЕТЕВЫЕ ТС И  ИХ КЛАССИФИКАЦИЮ
Формально к информационным сетевым ТС следует относить любые сетевые  ТС, занятые транспортировкой (передачей) единиц-порций информации.   Но это – очень формальное различение,  это нас мало в чем продвигает. Объясню, почему.
 Вспомним про то, что единицы знаниевой информации длятся-сохраняются (вне человека!), будучи зафиксированными на неких своих вещественных носителях. А поскольку первоначально в человеческой истории  такая фиксация осуществлялась на таких  вещах, как  глиняные дощечки, кусочки бересты, папируса и т.д., то транспортирование-передача таких сообщений практически ничем не отличалась от транспортирования других вещей.
Так что даже ту социальную организованность, которую мы именуем почтой, назвать именно информационной Сетью можно с большим натягом. Ведь даже современные  почтовые сетевые организованности служат лишь средством адресной доставки к потребителям-пользователям именно вещей (имеющих лишь то отличие, что главное у таких вещей это то, что на них зафиксированы (точнее, могут быть зафиксированы!) те или иные тексты-сообщения). Мы такие вещи называем: письмами, газетами, книгами и т.д.
Такая ситуация с передачей на большие расстояния порций информации   начинает качественно  меняться с появлением телеграфа, телефона, радио. Сетевые ТС, на таких принципах выстроенные,  уже вполне продуктивно относить к классу  собственно информационных Сетей, но, так сказать, низшего их уровня. Можно относить потому,   что они уже куда больше функционально соответствуют модели «полная Сеть» (соответствуют  такой ее разновидности, где  транспортируемым агентом выступает порции информации).
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
К слову, в связи с появлением телеграфа-телефона  появляется и такое представление-понятие, как количество информации.    Представление о количестве информации понадобилось исследователям для характеристики-оценивания (с ее помощью) быстродействия каналов по передаче текстов (сообщений, оформленных с помощью формальных знаков). Формулу для определения этого самого количества информации в том или ином передаваемом по каналам связи тексте (последовательности знаков), вывел знаменитый К. Шеннон.
А для нас  очень важно отдавать себе отчет в том, что так называемое  количество информации (т.е. величина, получаемая согласно формуле К. Шеннона)  характеризует:
·         не столько собственно содержание-смыслы информационного сообщения, зафиксированного в виде текста,
·         сколько   сам этот текст,
т.е. оно больше характеризует знаковую упаковку (знаковое оформление) передаваемых сообщений. 
Вообще-то я сейчас затронул вопрос достаточно сложный. Подробно его  рассматривает В. И. Корогодин в своей книге, так что читатель там об этом может почитать. А здесь я в качестве пояснения сказанному  приведу такой пример (в свое время этот пример  поставил в тупик тех, кто занимался проблемами связи с инопланетными цивилизациями). Если подсчитать количество информации в таком известном и содержащем огромное богатство смыслов тексте (текстовом сообщении), как формула эквивалентности Эйнштейна (E = mc2), то мы получим мизерную величину.
А зачем я на  это сейчас обращаю внимание читателей? Чтобы напомнить о том печальном факте, что нашлись таки горе-теоретики, которые, увидев сходство формулы Шеннона с формулой Больцмана для подсчета энтропии, начали на этом сходстве выстраивать целые мировоззренческие теории, надолго затормозившие наше познание особенностей живого мира и мира людей.
***
 
Спросим себя, а что все-таки  позволяет нам относить такие ТС, как телеграф-телефон, к информационным? Дело в том,  что у   сетевых ТС этого вида-сорта уже появляются:
·         и внутренняя функция хранения в узлах Сети транспортируемых сообщений,
·         и внутренняя функция «преобразования» этих сообщений из одного знакового оформления в другое (не меняя информационного содержания) и т.п.  
Но все подобного рода внутренние функции, характерные для полной Сети,  находятся в таких ТС в своем зачаточном состоянии. 
И лишь после появления цифровых вычислителей с большим объемом памяти (ЭВМ, компьютеров)  подобного рода примитивные информационные Сети стали: и бурно развиваться, и достаточно полно отвечать функциональному устроению модели полная Сеть.
Так что к настоящему времени мы имеем дело с разнообразными информационными сетевыми ТС, взаимодействующими между собой.
Разбираться и классифицировать все нынешнее множество сетевых информационных ТС  очень интересно, но заниматься всем этим следует особо (и потому ниже я к этому возвращаюсь). А здесь   я перейду к другой подтеме, тоже указанной выше.
 
О  НЕОБХОДИМОСТИ РАЗЛИЧЕНИЯ МЕЖДУ СОБОЙ: СЕТЕВЫХ ОРГАНИЗОВАННОСТЕЙ СОЦИУМА  И   ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНИЧЕСКИХ СЕТЕЙ
Эта подтема – тоже подтема многогранная.
Связанно это с тем, что в социуме информационное взаимодействие есть основной (ядерный) тип взаимодействия между людьми. Ведь только и исключительно благодаря такому (т.е. информационному) взаимодействию-общению (обеспечивающему, в том числе: как   трансляцию культурных норм и образцов в сменяемых поколениях людей, так и достижение взаимопонимания между людьми) человечество:
·         и преемственно-устойчиво длится,
·         и эволюционирует-развивается.  
Причем, общение (информационное взаимодействие) между людьми многогранно и многофункционально. К примеру, оно необходимо:
·         и для личностного становления в социуме взрослеющих индивидов (для чего специально в социуме организуются школы, вузы и другие учебные (т.е. обучающие знаниям и умениям) заведения),
·         и для осуществления в социуме любых видов Д. (скажем: для выработки и реализации планов Д., для согласования действий людей, участвующих в актах Д., и т.д.).
Для анализа подобных сторон жизни социума разрабатывается и применяется специальный категорийный аппарат. И говорить об этом следует особо.
А здесь и сейчас   обращаю  внимание читателей на следующий момент. В настоящее время (тем более, в будущем) растет доля так называемого опосредованного общения-взаимодействия между людьми, т.е. такого (информационного!!) взаимодействия, которое осуществляется с помощью привлечения технических средств-посредников. Подробный разговор об этом пойдет в четвертой части статьи. А здесь я только обращаю внимание на то, что  в виду уже для нас привычности таких посредников, к тому же в виду все большего функционального уподобления активничания подобных технических посредников  человеческому активничанию, необходимо особое умение  для  «вычленения» технической составляющей (а это нужно для последующего ее продуктивного-адекватного анализа уже с помощью «своего» (для нее специфического) категорийного аппарата).
В качестве  примера подобного «вычленения» рассмотрим такой вопрос: продуктивно ли относить так называемые средства массовой информации (СМИ) к такой разновидности технической сети, как Сеть информационная?
Такой феномен-явление, которое мы называем СМИ, есть феномен-явление не из мира техники, а феномен-явление, относящееся к НС мира техники, к социуму. Иными словами, СМИ – социальное феномен-явлениеи его именно в таком разрезе-плане удается анализировать продуктивно. А уже по ходу такого анализа возникает более частный вопрос, вопрос  о технических средствах доставки добываемой в рамках СМИ информации адресатам. Вот тут нам помогают уже наработанные подходы к анализу информационных сетевых ТС.  
Так же (т.е. различая социальные и технические аспекты) следует анализировать и так называемые торговые сети и многое другое, тоже «сетевое», встречающееся в жизни социума.
 
***
Следовало  бы продолжить рассказ про методологические знания-умения, ибо    я затронул разговором  лишь малую их толику, но  ведь статья – не резиновая, это – не монография, обстоятельно обо всем рассказывающая. Так что я ограничусь уже сказанным.
***
 
Кстати, на уже рассказанном можно было бы и  вообще эту  статью  закончить. Ведь основополагающие  соображения относительно того, в чем видятся:
·         и место ТРИЗа в общем спектре направлений познающего поиска человечества,
·         и перспективы развития ТРИЗа, –
 уже высказаны. К тому же, я эти свои соображения:
·         с одной стороны дополнил рядом полезных сведений, взятых из других школ системного подхода,
·         а с другой стороны, проиллюстрировал продуктивность-полезность мной сказанного: а)  введением в тризовский арсенал такой модели технических объектов, как  «полная Сеть», б)  а также примерами использования этой умозрительной модели в анализе особенностей современного  мира техники.
Закончить-то статью уже можно, но при этом  далеко не все цели-задачи, которые ставились мной перед этой статьей, будут  достигнуты. Почему?
Дело в том, что   уже сказанным в статье далеко еще не исчерпана та сложная тема, которой она посвящена.  И в виду такой ее «недоисчерпанности» (да и «скороговорки») для читателей эта тема, скорее всего:
·         все еще как бы эфемерна, не очень-то задевает,
·         уже рассказанное может  казаться не очень уж важным и полезным.  
Но в статье-то:
·         речь идет, по большому счету, о будущем ТРИЗа,
·         т.е. речь идет о том, быть ли ТРИЗу  особым и продуктивным направлением  познания, или захиреть, перейти в разряд постепенно ветшающих методик творчества.
И  мне надо  эту мысль сделать достаточно убедительной.  Вот  я и решил статью    продолжить. И я надеюсь, что мой последующий рассказ о том, как уже рассказанное в данной (да и в предыдущей) статье можно использовать разработчикам-тризовцам для прогнозирования будущего технических организованностей (тем самым, и  для выстраивания эффективных стратегий   разработок в этой области):
·         не только заставит читателей всерьез задуматься о будущем  самого ТРИЗа,
·         но и позволит увидеть вполне определенные перспективы ее развития.
 
Взятая мной сейчас  тема, вроде бы,  вполне конкретная-прикладная.  Но сразу предупреждаю, что и тут  разговор будет  не простой. Почему?
Дело в том,  что в такой области исследований и разработок, как выстраивание прогнозов, имеет место большой разнобой в тех исходных установках-основаниях, которыми следует руководствоваться при выстраивании прогнозов. И мне надо предъявить (для основательности-убедительности) те самые исходные основания, на которые я буду опираться в своем рассказе. И первая сложность как раз в этом. Тут простой ссылкой на литературный источник, где все это описано, мне обойтись не удается, поскольку сам я опираюсь на те основания, которые наработаны в рамках системного подхода. А  нарабатываемые в рамках системного подхода  знания (как я в этой статье уже не раз говорил):
·         мало того, что в какой-то своей части смыслово противостоят знаниям традиционным,
·         но еще и в большей своей части находятся в рукописях, не опубликованы.
Как пояснял в свое время момент этого противостояния знаний  Г.П. Щедровицкий, системный подход (методология системного подхода) задает-придаетиную логическую структуру знаниям, моделям, методам, даже проблемам и задачам.  Зато(!) добываемые в таком подходе  знания  (т.е. уже добытый инструментарий   системного подхода) обладают куда большей  силой-мощью, что позволяет, в том числе, куда более продуктивно заниматься:
·         не только прогнозированием (о чем сейчас должна идти речь),
·         но и многими другими темами-проблемами (из тех, что постоянно обсуждаются тризовцами).  
К слову, большая аналитическая сила-мощь появляется, благодаря введению и использованию в размышлениях-объяснениях системных (т.е. новых, не традиционных) исходно-базовых категорий, в том числе:   
·         такой системной (т.е. понимаемой В.И. Корогодину) категории, как информация,
·         а также, таких типов процессов, свойственных только живой природе, как управление и организация.
А читатель, думается, уже убедился в том,  что  эти системные  категориальные понятия очень хорошо совмещаются с изначальной логикой ТРИЗа, т.е.   введение этих понятий в  теорию решения изобретательских задач:
·         ее (т.е. ТРИЗ) не ломает-искажает-ослабляет,
·         а усиливает-обогащает[33].
Итак, мне сначала придется охарактеризовать то, в чем  именно видится (видится в принципе, в самой своей основе-сути) новизна тех подходов к прогнозированию, которые развиваются в рамках методологии системного подхода (включая сюда и ТРИЗ).     
Лишь после этого я  поведу речь про открывающиеся при этом возможности по составлению прогнозов будущего технических объектов.
 
 
В  начале обещанного «охарактеризовывания» вводимой системным подходом новизны в  подходах к составлению прогнозов, прошу читателей  обратить внимание на следующее очень важное обстоятельство (видимое, опять же, с позиций системного подхода).  
При выстраивании:
·         как целей-планов нашего деятельностного активничания,
·         так и  прогнозов-догадок относительно  нашего будущего, –
мы (люди) всегда(!) исходим  из того множества представлений-знаний (из того свода знаний), который уже сидит в наших головах. Причем, в этот, в нас сидящий, знаниевый свод (внимание!) входят  и уже добытые наши знания о будущем, т.е. входят наши знания-мысли  о том:
·         что еще только ожидается-мечтается-планируется,
·         чего еще нет, но нами уже мыслится-воображается.  
Теперь пойдем дальше. В свою очередь, эти наши пестрые и противоречивые   знания-представления о будущем тоже  выступают предметом наших же (т.е. людей) исследований, причем, есть  специальные направления исследований, призванные познать-изучить (так сказать, возвести в «науку»):
·         как сами  представления-прогнозы о нашем будущем,
·         так и пути-способы продуктивного выстраивания-творения  этих самых прогнозов-представлений о нашем будущем[34].  
И потому мне надо бы сейчас, перед разговором про особенности тризовского подхода к прогнозированию:
·         проделать общий обзор  состояния дел в этой сфере познания,
·         в том числе, рассказать  про имеющиеся здесь проблемы.
Но ради краткости я не стану в данной статье  это проделывать, ибо это очень уж объемно. Я поступлю иначе. Для начала я повторно выскажу следующее свое соображение:
только в рамках системного подхода, только в рамках складывающейся в нем в настоящее время новой общей методологии (составляющей которой является и ТРИЗ) удается продуктивно разбираться и в этой (т.е. «футурологической») проблематике.   
Это положение  я уже не раз пояснял-обосновывал в своих статьях[35]. Но я сейчас не ограничусь только ссылкой на там сказанное, а   кое-что из там сказанного сейчас: и напомню, и в чем-то дополню (это я сделаю не из страсти к самоцитированию, а для того,   чтобы последующий разговор о тризовском прогнозировании был более аргументированным и обоснованным).    
Первое напоминание. Как и в этой статье уже говорилось,  в живой природе (внимание!):
·         помимо детерминистской причинности (т.е. помимо обусловленности сегодняшнего состояния прошлыми-прошедшими состояниями), что свойственно и косной природе,
·         имеет место еще и целесообразная причинность (т.е. обусловленность  сегодняшнего состояния будущим, а именно, уже сформулированными, но еще не реализованными целями)[36], что в косной природе не имеет места[37].
К сожалению, это важнейшее обстоятельство:
·         мало кому из исследователей, занимающихся прогнозами, приходит в голову,
·         а если кому это и известно, то им еще, как правило, очень слабо усвоено.
Второе напоминание. Особенно сильно эта особенность  (т.е. наличие целесообразной причинности) выражена в такой части живого мира на Земле, как мир людей. Причем, в мире людей целесообразная причинность выражена уже на качественно более высоком (чем у всех(!) других земных видов живого) уровне. А, говоря конкретнее,  применительно к миру людей то самое целесообразное активничание проявляется:    
·         уже не только в форме поведения,
·         но уже и в таких, качественно новых (по отношению к формам активничания  остального земного живого) формах, как познание[38]  и  деятельность (Д.).
Третье. Про качественное отличие этих (т.е. деятельностных) форм активничания от тех форм, что мы называем поведением, я тоже уже вел речь в своих статьях[39]. Все же и здесь напомню,   что:
·         активничание в форме Д. (этой особого вида активности, присущей на Земле только людям) руководствуется-направляется осознанными целями и сформулированными планами их достижения,
·         при этом формулирование: как самих целей, так и путей-планов их достижения – тоже не  произвольно-случайно, а задается-проистекает из ценностных приоритетов (т.е. в ориентировке на идеалы).
А теперь прошу обратить внимание на следующее. Из того, что сейчас (в этих трех пунктах) так бегло было обозначено,   вытекает очень много следствий, в том числе, и следствий методологического (общемировоззренческого) характера. Но я затрону сейчас лишь некоторые из них, касающиеся  нашей темы –  прогнозирования.   Причем, для большей основательности («научности»):
·         мне следовало бы в самом начале пообсуждать (с позиций системного подхода!) смыслы   такой фундаментальной  категории, используемой всеми людьми, как время (а так же пообсуждать  такие спекуляции, как стрела времени и др.),
·         и лишь затем приступать к обсуждению таких, используемых уже в рамках категории «время» понятий,   как: прошлое, настоящее и будущее.
Но тогда до нашей темы  удалось бы добраться очень не скоро. Поэтому я начну, так сказать, с середины обсуждаемых сейчас  следствий-выводов, а именно  с вопроса о том, что же это такое: прошлое и будущее, играющее огромную роль:
·         и в формулировании целей Д.,
·         и в выстраивании планов Д.
И хочу сразу же предъявить (опуская массу предварительных суждений) следующий вывод, полученный в рамках  методологии системного подхода:
и прошлое, и будущее реально существует-длится только в нашем сознании.
Т.е.:
·         только благодаря сознанию  (такой особой информационной организованности с наличием в ней памяти и т.п.) мы: и прошлое и будущее –    «видим-умозреем»,
·         только благодаря сознанию прошлое и будущее  для нас наличествует-существует здесь и сейчас.  
Но это еще не весь вывод-суждение. Мы должны учитывать еще и то, что:
·         хотя и прошлое и будущее для нас (людей) –   одинаково реально-действительно,
·         но  каждая из этих для нас реальностей  –    принципиально отлична  от другой.  
Немного поясню  сейчас сказанное.
Что касается прошлого, то   прошлое уже состоялось-прошло, его уже(!)нет. А что тогда есть здесь и сейчас? Есть  только:
·         как  его «последствия», нами наблюдаемые,
·         так и наши представления-знания об этом прошлом (благодаря которым мы это прошлое как бы здесь и сейчас видим-умозреем).
Причем, эти наши представления-знания:
·         нами же событийно (т.е. с привлечением  такой категории-понятия, как время) упорядочиваются,
·         к тому же, выстраиваются (нами же!) по поводу этих событий разного рода: и обобщения, и зависимости-законы, и оценки,
и все это:
·         и воспринимается людьми, как историческая реальность-действительность, 
·         и транслируется-передается в сменяемых поколениях людей в виде исторических знаний.
И я  особо обращаю внимание на то, что, поскольку собственно само прошлое:
·         уже кануло в Лету,
·         уже прошло,
·         его уже нет,
то его– невозможно изменить. Это только  наше видение прошлого, а точнее, только наши представления-знания о прошлом, – нами же (по ходу жизни сменяемых поколений) изменяются. Изменяются (исследователями) в сторону их вроде бы все большей адекватности (или, как любят многие выражаться, эти знания  эволюционируют-развиваются).
Что же касается будущего, то оно, как и прошлое, нами:
·         тоже событийно воображается-описывается,
·         тоже обобщается и оценивается и т.д.,
причем, и эти наши воображения-знания:
·         тоже транслируются в сменяемых поколениях людей,
·         тоже воспринимаются, как реальность-действительность,
·         и тоже  со временем эволюционируют-развиваются.  
В чем же тогда принципиальное отличие будущего (для нас реального) от прошлого (тоже для нас реального)?
Во-первых, принципиальное отличие будущего от прошлого заключается  в том, что будущего  –  еще(!!) нет.
Во-вторых,  в отличие от такой человеческой реальности-действительности, как прошлое (где если что-то и можно изменить, то только наши о нем знания), такая реальность, как наше  будущее:
·         есть реальность возможностей
·         и потому она – «многовариантна»,
к тому же, именно от нас во многом зависит то, во что именно это воображенное будущее выльется-реализуется (когда станет настоящим, когда его можно будет здесь и сейчас «пощупать»).
Можно только что сказанное сформулировать еще более резко. Будущее человечества строит само человечество, причем, строит (пусть и не очень-то успешно), исходя:
·         не столько из того, что было в прошлом,
·         сколько из того, каким это будущее желательно-должно быть.
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Насчет выстраивания нами будущего, как желаемого-чаемого-должного, чуть поясню.
Вчера мы что-то предпринимали, чтобы сегодня что-то изменилось в желаемую для нас сторону.
Сегодня мы какие-то действия предпринимаем, чтобы: и исправить то, что вчера неудачно сделали, и продолжить то, что вчера сделали удачно. И все это мы делаем:
·         благодаря каким-то своим придумкам (инновациям)
·         и следуя каким-то своим мечтам-планам.  
И вся эта последовательность вчерашне-сегодняшних:
·         и  действий,
·         и изменений-событий –
 нами представляется-описывается, как исторический процесс, как история человечества. Причем, обычно эта история оценивается, как история прогрессивная (как прогресс, т.е. как изменение со временем состояния человечества в лучшую сторону). И это многими возводится в основной закон эволюции человечества, причем:
·         не только по отношению к прошлому, к уже состоявшейся истории,
·         но и по отношению к будущему.
Не буду это мнение подробно комментировать, но только хочу по этому поводу кое-что напомнить.
Первое. Сам собой прогресс не происходит, ведь в истории активничают не законы, а люди.
Второе. Люди не обладают всезнанием, к тому же, они имеют разные ценностные ориентации.
Третье. С ростом человеческого могущества растут и возможности отдельного человека, причем, растут:
·         не только его возможности что-то улучшить,
·         но и его возможности что-то испакостить.
***
 
Ну а все же, почему будущее человечества – многовариатно? Основательное обсуждение этого потребовало бы очень много места. Ну а самый короткий (так сказать,  «тезисно-телеграфный») ответ такой: к многовариантности будущего приводит целый ряд постоянно и одновременно действующих факторов. Все же намекну, что это за факторы.
Во-первых, само все сущее, существующее (т.е. все Мироздание, Универсум-Мультиверсум) – переменчиво, причем, эта переменчивость в чем-то – стохастична.
Во-вторых, повторяю, человечество, хотя и само строит, во-многом, свое будущее, но будучи:
·         хотя и демиургом,  
·         но не Богом,   
оно (человечество):
·         и многого относительно себя и мира еще не знает,
·         и, к тому же, переменчиво-противоречиво в своих хотениях-желаниях[40].
 
Конечно, только что рассказанное провоцирует много вопросов. Тем не менее,   можно считать, что я уже более или менее обрисовал  то, что понимается в системном подходе под прошлым и будущим. И вот на таком  общетеоретическом основании, т.е. в опоре именно на такое  (т.е. с позиций системного подхода) понимание прошлого и будущего, и строятся системные подходы к прогнозированию.
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Должен сразу же отметить, что  у многих людей совсем иные воззрения на человеческое будущее.
К примеру, по другому смотрят на это люди религиозные.
Но не только. Достаточно много и таких людей, мировоззрение которых вроде бы светское, но все-таки с элементами-реликтами теистичности. В частности, они в понимании особенностей будущего придерживаются взгляда, идущего еще из античности, от Платона (да и от Гераклита, как ни странно). Этот вопрос подробно исследовал известный философ К. Поппер и он тех, кто таких воззрений на будущее придерживается, называл историцистами. И он много и убедительно писал о том, что подобные взгляды – не продуктивны, приводят, в том числе, к тоталитаризму.
Я понимаю, что ссылка на К. Поппера мало что поясняет (далеко не все его читали). Поэтому повторно отмечу, что подобного вида-типа взгляды на будущее можно охарактеризовать, как взгляды теистические. А чтобы еще пояснить, что здесь имеется в виду, приведу несколько примеров  историцистских (тем самым, и теистических) взглядов, встречающихся  у исследователей.
Так, в последние столетия наиболее ярким и самым известным представителем историцистских взглядов (сторонником, так сказать, «железных» законов истории) был К. Маркс. К тому же, он считал, что открыл генеральный закон человеческой истории, позволяющий однозначно предсказать будущее человечества. Самое любопытное здесь то, что, будучи при этом деятелем, он отнюдь не полагался только на железную поступь законов, он сам начал бурную Д. по изменению текущего состояния человечества, тем самым, сам стал выстраивать-творить будущее в угоду своим представлениям об этом будущем (а свои представления он считал самыми-самыми «научными»).
Ярким примером историцистских взглядов является пресловутая физическая теория Большого взрыва, согласно которой все Мироздание внезапно появилось из ничего, а затем глобально-тотально и в строго определенном направлении эволюционирует.
Еще одним примером является   следующий из теории Большого взрыва  и не менее пресловутый антропный принцип.
Ну, а если обратиться к взглядам житейским, бытовым, то те самые житейские разговоры о наличии судьбы, рока и т.п. – они тоже яркие примеры историцистских воззрений.
***
 
Вообще-то, я  коснулся в этом параграфе лишь одной футурологической темы-проблемы, а их много  в этой сложнейшей  общетеоретической  (общеметодологической и мировоззренческой) проблематике. Тем не менее, повторяю, что  и уже сказанного вполне достаточно для того, чтобы  понять:
·         и то, на каких основаниях  строятся системные подходы к прогнозированию,
·         и то,   что эти подходы заметно  отличаются от светских, но традиционных (тем более, отличны  от подходов чисто     историцистских, теистических).  
И полагаясь на то, что  хотя бы    такой уровень взаимопонимания с читателями уже имеет место, я перехожу  на более конкретный  уровень  рассмотрения, а именно, перехожу к разговору об особенностях  составления  прогнозов  тризовцами, причем, к составлению ими прогнозов применительно только     к будущему мира вещей (т.е. применительно только     к тому миру, который уж точно  именно нами (людьми), а не сам по себе, творится-созидается!).  
 
 
Не побоюсь сказать, что высказанные чуть выше системные суждения  уже содержатся (пусть и в не явной форме, пусть и не очень-то последовательно) в тех исходных установках, которыми тризовцы руководствуются при прогнозировании будущего технических объектов.
Ради краткости, я сейчас обсуждение того:
·         в чем именно мне видится и последовательность, и непоследовательность тризовцев (при выстраивании ими прогнозов) по отношению к обозначенным выше системным установкам,
·         а также то, в чем видятся перспективы развития  ТРИЗа, –  
проведу «новеллистически», т.е. это обсуждение представлю в виде  нескольких   более или менее самостоятельных по своим сюжетам «новелл», в каждой из которых речь пойдет о том или ином злободневном  моменте, связанном:
·         как  с системной новизной и продуктивностью тризовских  подходов к прогнозированию (да и к планированию),
·         так и с   наличием там (в уже практикуемых тризовцами  подходах) реликтов историцизма.
Ну, а дальше поговорю о том, что нового здесь привносит введение и использование:
·         как известной, но модернизированной модели «полная ТС»,
·         так и модели новой («полная Сеть»).
 
ПЕРВАЯ НОВЕЛЛА: О ЖИЗНЕННОЙ ТРАЕКТОРИИ ТС
Разработка представлений о ТС, в том числе, разработка представлений:
·         о жизненной траектории ТС,
·         о выборе тех значимых событий, которыми может быть охарактеризована-описана эта самая история «жизни» вещей некоего сорта (техно-графия некой ТС),
·         о способах графического (визуального) изображения этой истории,
·         о значимых для разработчиков этапах жизненной истории-траектории ТС,
·         а также об особенностях  смены поколений(!)  ТС[41],  и т.д.,
все это – есть целый блок  выдающихся метологических(!)  результатов, полученных Г.С. Альтшуллером и постоянно используемых нами, тризовцами (в том числе, и при  выстраивании  прогнозов).
В момент их публикации они (да и многие другие  результаты, полученные  Г.С.) имели «пионерский» уровень новизны. И я отлично помню то упоение, с которым читал только что изданные произведения нашего Учителя.
В чем же все-таки заключается методологическая новизна  этих представлений, в чем они нас  уже продвинули и продолжают помогать продвигаться? Напомню, но  очень кратко:
·         с помощью этих представлений структурируется-упорядочивается в продуктивном ключе анализ того океана изменчивостей-переменчивостей (актов изменений, т.е. событий), которые имеют место в мире техники,
·         иными словами, эти представления  выступают (при анализе  этого «океана», при наших мысленных по нему путешествиях и в прошлое и в будущее), как опорные и надежные маячки-реперы.
Итак, эти представления-понятия помогают  (конечно, лишь при их  усвоении, при приобретении достаточного уровня мастерства!):
·         как  приобрести упорядоченное  видение изменяющегося мира техники, его прошлого и будущего,
·         так и начать нарабатывать уже  новые продуктивные и сущностные тризовские  инструменты-понятия.
В частности, в опоре именно на эти представления начали разрабатываться тризовцами-теоретиками: 
·         и представления об ИТС,
·         и ЗРТС,
·         и подходы к выработке путей-траекторий и стратегий-тактик проведения разработок,
·         и подходы к составлению  прогнозов и т.д.    
А вот что касается нынешней практики применения тризовцами этих представлений (т.е. их использования при составлении конкретных прогнозов), то у меня относительно этой практики есть такое серьезное: и замечание, и предложение.
На мой взгляд, в настоящее время в области составления прогнозов, делаемых в опоре на    эти самые представления, следует  тризовцам (для продуктивности!) значимо сместить исследовательские акценты, а именно:  
·         следует не сосредотачиваться, как раньше, на поиске так называемых точек перегиба S-образной кривой (с целью обнаружения тех или иных этапов жизненной траектории и т.п.),
·         а руководствуясь представлениями об ИТС, о «полной ТС», о «полной Сети»,
·         сосредотачиваться на поиске-формулировании того комплекса требований, которому должны    отвечать следующие (за сейчас применяемыми)  поколения ТС с заданной ГПФ.
Почему следует придерживаться в составлении прогнозов именно такой (т.е. в чем-то новой) исследовательской стратагеме? Поясню пока очень тезисно (а ниже по тексту еще к этому вернусь).
Первая причина. Графическое отображение (с помощью двумерной системы координат) жизненной траектории ТС в виде   S-образной кривой есть, по большому счету, метафора, призванная подчеркнуть-выпятить значимые этапы-стадии «жизни» вещей некоего сорта. И как метафора она отлично работает. А вот выражать  эту траекторию в виде некой строгой математической функции, аргументом которой выступает время (что  позволяло бы однозначно находить (математическими же способами) на этой кривой точки (временные даты) перегиба и пр., тем самым, вроде бы обнаруживать «возраст» анализируемой ТС и т.д.) – не очень-то продуктивно. Сейчас слегка поясню, почему я это считаю малопродуктивным.
Дело в том, что такая математическая формализация этой замечательной метафоры волей-неволей сопровождается   исключением  из рассмотрения  (не учету) многих факторов, значимо влияющих на будущее анализируемой  ТС. Тем самым, это только ухудшает качество нашего анализа.  
К тому же, кропотливое прописывание жизненной траектории ТС заставляет погружаться в такую детализацию-конкретизацию этой траектории-истории, которая является уже слишком прикладной, узко-предметной, т.е. уже свойственной масштабам и методам обычного инженерного проектирования-конструирования.  Таким образом,  это – уже не тот масштаб и направленность рассмотрения, где нужен именно ТРИЗ, а тот масштаб и направленность, где уже хорошо срабатывают те знания, которым уже обучают каждого будущего инженера (знания: проектировочные, конструкторские и т.д.).
Вторая причина. Смена поколений ТС происходит все быстрее, поэтому тот из конкурирующих между собой хозяйствующих субъектов, кто раньше сформулирует комплекс требований к следующему поколению производимых им изделий, – тот и будет в выигрыше. И задача ТРИЗа – совершенствовать такой инструментарий, а именно инструментарий, который помогает вот такому, т.е.:
·         и опережающему время,
·         и при этом  не столько тактическому, сколько  стратегическому, –
прогнозированию-планированию.
 
ВТОРАЯ НОВЕЛЛА: КАК ПРОДУКТИВНЕЕ ОТНОСИТЬСЯ (НАМ, ТРИЗОВЦАМ) К ЗРТС
Такие чисто тризовские инструменты, как законы развития ТС (ЗРТС), тоже служат нам (тризовцам-практикам) маячками и реперами  при наших мысленных путешествиях по  океану изменчивостей в мире техники (путешествиях, с целью спрогнозировать то, что будет с той или иной ТС (точнее, что в будущем может с ней произойти), ибо это помогает определиться с выбором направлений-планов  своих будущих разработок).
Но сразу же отмечу, что некоторые из тризовцев:  
·         и при трактовке ЗРТС,
·         и при их использовании в своих размышлениях, –   
все-таки грешат историцизмом, а именно, они приписывают найденным в ТРИЗе законам-закономерностям некий сверхповелительный, сверхобязательный (слишком уж категорический) характер.
В чем непоследовательность и не продуктивность такого взгляда на законы-закономерности развития вещей (на ЗРТС)?
Чтобы основательно  ответить на этот вопрос,  надо бы начать с рассказа о том, что же это такое:
·         и сам общетеоретический (общеметодологический) принцип детерминизма, явно и неявно используемый людьми в своих размышлениях-объяснениях,
·         и такая категориальная форма его описания-конкретизации, как закон,
·         и такая категория, применяемая нами для характеристики(!) череды происходящих изменений, как развитие.
Но вести такой рассказ,  по понятным причинам,  не буду (пусть читатели, если захотят, сами на эти темы поразмышляют), а начну и здесь «с середины».
В методологии системного подхода   исходят (при анализе-описании той череды  изменений, что наблюдается в некой ситуации, или в неком объекте) из следующих исходно-базовых соображений.
Первое. Наше окружение – активно, а потому – переменчиво. Причем,  объекты косной и живой природы, длятся, активничают и  изменяются сами по себе. И это происходит независимо от того, есть ли мир людей или его нет.   
Второе. В то же самое время мы, люди, изучая в нашем окружении  цепочки (последовательности) происходящих изменений, обнаруживаем в них (в таких цепочках):
·         и некие инварианты (постоянства),
·         и некие постоянные и неизменные зависимости,
·         на основе чего выстраиваем те или иные картины мира (картины его настоящего, прошлого и будущего).
Третье. Все эти накапливаемые человечеством (по ходу его истории) знания (и «научные», и «житейские») мы используем при планировании и осуществлении той или иной своей Д. В том числе, мы их используем:
·         и при создании-сотворении вещей,
·         и при   использовании уже созданных вещей в той или иной Д.
Причем, те самые,  найденные нами (людьми), законы-зависимости  косного и живого мира мы используем в таких хитрых (и нами же придуманных-изобретенных)  сочетаниях(!):
·         которые нам позволяют (в том числе) добиваться таких целей-событий,
·         которые  до того в нашем окружении были практически невероятны(!!).
Возьмем, к примеру, тот же компьютер. Хотя в самой его основе и лежит косное вещество, но он  обладает уже свойствами-качествами, практически невероятными для объектов косного мира. Или такой пример.   Используя созданные (придуманные) нами и сравнительно простые по своему устройству парус и руль, мы можем без особых собственных энергетических затрат («бесплатно»):
·         не только перемещаться по «ветру»,
·         но и  перемещаться против «ветра».
Четвертое. Обратимся  теперь к миру  вещей:
·         тоже нас (людей) окружающему
·         и тоже переменчивому,
но миру (в отличие(!)  от всего остального окружения):
·         лишь благодаря нам длящемуся,
·         и лишь благодаря Д. разработчиков переменчивому (эволюционирующему-развивающемуся!).
Так вот, обращаясь к миру техники и анализируя    множество самых разных историй создания и модификации (нами же!) вещей, мы и в этом множестве искусственных (т.е. нами намеренно создаваемых) актов самых разных изменений (нами!) вещей:
·         тоже выявляем некие зависимости и инварианты,
·         тоже находим устоявшиеся тенденции развития-совершенствования этих вещей (ТС).
И я вовсе  не против того, чтобы эти устоявшиеся тенденции развития (нами!) вещей называть законами и их использовать: как при выстраивании прогнозов, так и при планировании своей Д.
Но только не надо здесь звериной серьезности! 
Куда продуктивнее закономерности-тенденции, нами усмотренные в эволюции-развитии ТС, понимать:
·         как когда-то и в каких-то конкретных ситуациях людьми найденные, а сейчас нами обобщенные-типизированныевозможности развития ТС,
·         как способы-приемы совершенствования-развития разрабатываемых нами ТС.
Ведь достичь желаемого результата можно, используя разные закономерности!
 
***
К слову: в связи с появлением таких «предельно-инвариантных» моделей, как «полная ТС» и «полная Сеть», можно ввести и такие закономерности развития ТС, как:
·         стремление к повышению функциональной полноты (тем самым, к все большему самодействию и управляемости),
·         а также стремление к повышению своей «сетевости».
***
 
Повторяю, ЗРТС (и уже найденные, и те, что найдутся) продуктивно рассматривать:
·         как спектр нами уже найденных-описанных возможностей развития ТС,
·         как спектр возможных (и продуктивных, как показала практика их использования!) направлений-способов развития ТС.
К слову, именно поэтому применительно к тому или иному разработчику можно говорить:
·         о мастерстве применения им того или иного закона (приема, стандарта) и т.д.,
·         об излюбленных его приемах и т.п.
 
Подводя итоги сказанному в этой новелле, хочу в очередной раз обратить внимание читателей на следующие два очень значимых момента  системной   трактовки уже нами усмотренных  закономерностей развития ТС (эти моменты очень значимы для продуктивного использования разработчиками ЗРТС в своей Д.).
 
Первый значимый момент. Уже найденные (да и те, что еще найдутся) закономерности развития вещей продуктивно рассматривать, как инструменты нашей (разработчиков) тактики, как разнообразные приемы-способы развития-совершенствования разрабатываемых нами вещей (к примеру: повысить управляемость, придать большую динамичность, отправить исполнение этой ГПФ в НС  и т.п.).
 
Второй значимый момент.  Особняком здесь (и в ЗРТС, и вообще в ТРИЗе) стоит вопрос о наших неизменных (инвариантных во времени) хотениях-чаяниях в отношении:
·         и путей-способов разработки ТС,
·         и устроения и внешних функций продуктов разработки – разрабатываемых ТС.
Эти гуманистические (точнее, отвечающие самой-самой сущностной человеческой сути и потому вечные) хотения-чаяния сформулированы в ТРИЗе в виде целого ряда тризовских идеалов (в виде тризовских категорических императивов), в частности, в виде представлений  об ИКР и об ИТС[42]. Вот они-то  уже выступают для тризовцев (в отличие от ЗРТС!):
·         как стратегические (путеводные) ориентиры,  
·         как ведущее-руководящее правила «на все времена»[43].
Об этом в начале статьи уже шла речь и ниже я еще к этому вопросу вернусь.
 
НОВЕЛЛА ТРЕТЬЯ: О НЕОБХОДИМОСТИ РАЗЛИЧЕНИЯ ПРОГНОЗИРОВАНИЯ И ПЛАНИРОВАНИЯ
Теперь поговорим на тему более сложную.
Выше по тексту я уже говорил, что  будущее человечества многовариантно и оно само во многом  строит свое будущее, исходя:
·         не столько из того, что было в прошлом (что уже случилось),
·         сколько из того, каким это будущее желательно-должно быть.
В связи с этим прошу читателей обратить внимание на  следующие обстоятельства.
Первое. Поскольку само собой то, что нам в нашем будущем так желательно-должно свершиться, может и не произойти, нам приходится:
·         так намеренно и осознанно-осмысленно воздействовать на происходящие здесь и теперь изменения (иными словами, осуществлять такое ими управление[44]),
·         чтобы вероятность свершения (в будущем!) события, выбранного нами в качестве своей цели, изменялась в нужную нам сторону.
Второе. А чтобы такое управление происходящими изменениями было результативно, необходимо (внимание!) включение в состав управления (точнее, в состав процессов принятия управленческих решений) таких процессуальных составляющих, как прогнозирование и планирование.    
Я не буду это специально доказывать, поскольку из дальнейшего текста это и так станет понятнее. А заговорил я об этом потому, что   большой минус в исследованиях ряда тризовских теоретиков, посвященных прогнозированию, мне видится в том, что они не отдает себе отчет в необходимости четкого различения этих видов-типов мыследеятельности.
А без четкого различения прогнозирования и планирования (к слову: а также без четкого различения проектирования, конструирования и изобретательства) легко запутаться, заниматься не столько прогнозированием, сколько гаданием. Вот я и решил целую новеллу посвятить  различению прогнозирования и планирования[45].  
Сначала почетче обозначу то, в чем видится сходство (общность) этих видов Д. (и мыследеятельности). Их общность-сходство:
·         во-первых, в том, что и то, и то – есть, по своей сути,  выстраивание описаний будущего,
·         во-вторых, в том, что и то, и то – есть те процессуальные компоненты, которые необходимы для эффективного  управления сложными видами деятельностного активничания.
Ну, а в чем их различие?
Такое выстраивание описаний будущего, которое мы называем  прогнозированием, делается с позиций наблюдателя.
А такое выстраивание описаний будущего, которое мы называем  планированием, делается с позиций деятеля, т.е. с позиций человека:
·         и осознанно-осмысленно ставящего перед собой какие-то цели (о том, что понимается под целями, сказано выше по тексту),
·         и строящего планы их достижения,
·         и эти планы реализующего, тем самым, добивающегося достижения поставленных целей. 
Это их принципиальное различие сейчас сформулировано мною излишне академически, а можно и попроще.
Начну с прогнозирования. Любые прогнозы, т.е. описания таких событий:
·         которые состоятся (вроде бы) в будущем,
·         точнее, которые нами ожидаются (в привязке к некой дате) в будушем, –  
есть просто некие наши предположения-воображения, наши придумки-догадки. Причем,  таких придумок-прогнозов уже изготовлено огромное количество. А вот вероятность того, что та или иная наша догадка-прогноз сбудется (действительно произойдет) – самая разная. Иными словами,  среди прогнозов-догадок:
·         есть и, так сказать, догадки-придумки   100% невероятные, так сказать, они –  чистейшие  фантазии,
·         а есть и логично очень аргументированные догадки-прогнозы, к тому же, спрогнозированные в них события оценены, как события с очень высокой вероятностью их свершения именно в указанный срок[46].  
Ну а планирование? Мы здесь имеем дело уже:
·         не с составлением прогнозов,
·          а с целями и с планами их достижения.
А цели и планы – это уже совсем другая песня. В чем другая, сейчас немного поясню.
Начну с того, что,    хотя цель (такое будущее событие)  тоже:
·         либо  придумана-сформулирована самим деятелем,
·         либо им выбрана из множества уже спрогнозированных (уже кем-то «воображенных») событий,
но в то же самое время цель – это уже особое будущее событие. Почему? Дело в том, что  в отличие от некоего  спрогнозированного нами события,  цель, это – такое будущее событие (к примеру:  взлететь как можно выше (в космос), выжить в одиночку в океане, победить  инфекции и т.д.), которое необходимо осуществить-реализовать (это необходимо-должно, исходя из наших стремлений-чаяний, исходя из наших идеалов). 
Теперь перейдем к планам действий по достижению цели. Планирование (такой вид-тип думания) подразумевает:
·         а) как собственно  заблаговременное прописывание тех последовательностей действий (будущих!), которые приведут к достижению цели, несмотря на всевозможные (и часто неожиданные) препятствия (в том числе, несмотря на препятствующие этому и постоянно действующие законы),
·         б) так и текущую корректировку уже составленных планов, производимую, исходя из оценки итогов-результатов уже проделанных (согласно плану) действий.
И я хочу сейчас подчеркнуть такие два аспекта, характерных именно для планирования (и вообще для Д.).
Первый аспект. По большому счету, мы (т.е. люди: и волеющие, и творящие, и дерзающие) хотим достичь цели, часто не считаясь:
·         ни с уже спрогнозированной оценкой вероятности ее достижения,
·         ни с размерами затрат (любой ценой!).
Второй аспект. Пусть «наблюдателям» осуществление некоего события-догадки (в привязке к определенной дате в будущем) представляется практически достоверным. Пусть.  В то же время, для деятеля (тем более, для деятеля-творца) осуществление этого события в будущем может быть абсолютно неприемлемым и он будет делать все, чтобы это не сбылось или сбылось как можно позже. Иными словами, благодаря планированию (и более общо: благодаря: как организации той или иной  Д., так и эффективному управлению этой Д.), уже спрогнозированные (с высокой степенью вероятности!) события могут:
·         не только свершиться значительно раньше или значительно позже, чем это было предсказано в самом достоверном прогнозе,
·         не только свершиться в совсем ином, чем в прогнозе, «масштабе»,
·         но и вообще могут не свершиться.
Итак, планирование, это – тип-вид мыследеятельности, принципиально отличный от такого вида-типа, как прогнозирование. И потому необходимо (для продуктивности наших размышлений) всегда считаться с тем, что прогнозирование и планирование:
·         хотя оба и представляют собой разновидности нашего думания (наших размышлений, нашей умственной «работы», нашей мыследеятельности),
·         хотя оба и очень сложно переплетены друг с другом в текущей мыследеятельности людей (в мыследеятельности: и разработчика, и управленца, и исследователя),  
·         но в то же самое время они представляют собой совсем разные (совсем разные по активностным установкам субъектов, их осуществляющих, совсем разные по особенностям воления-хотения этих субъектов) виды-типы думания и действования , виды-типы мыследеятельности.  
Собственно, именно это принципиальное различие имелось мной в виду в начале этой новеллы, когда я говорил, что прогнозирование ведется с позиции наблюдателя, а планирование (а также такие его разновидности, как программирование и т.п.) – с позиции деятеля. К слову, в СМД-подходе (в методологической школе Г.П. Щедровицкого) этот же момент, а именно тот факт, что человек в своей мыследеятельности может идти принципиально отличающимися путями, а точнее, следуя в своем думании одной из двух,  принципиально отличающихся друг от друга,  волевой (субъектной) установке, фиксируется-констатируется с помощью введения таких различающих и интересных понятий, как:
·         подход естественно-научный  
·         и подход искусственно-технический.  
 
Итак, резюмирую. Прогнозирование и планирование, это – совсем разные виды мыследеятельности (одно – описание, другое – предписание, одно – предположение, другое – повеление и т.п.).   И дело здесь не только в различии тех волевых установок, которыми руководствуются (осознанно ли, не осознанно ли, сейчас это неважно) индивиды, их осуществляющие. Дело еще и в том, что при этом появляется и значимое различие в путях, способах и средствах (технологиях):
·         и мыследеятельности,
·         и Д. соответствующего вида.  
И когда я выше говорил о том, что без различения прогнозирования и планирования легко запутаться, я имел в виду именно этот момент.
 
НОВЕЛЛА ЧЕТВЕРТАЯ: ПРО ОСОБЕННОСТИ МЫСЛЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ, А ТАКЖЕ О МЕСТЕ  ТРИЗА В ИССЛЕДОВАНИИ  ОСОБЕННОСТЕЙ МЫСЛЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ
В  начале новеллы  прошу читателей вспомнить сказанное в первой части этой статьи, а именно то, что общеметодологические направления познания (в том числе и   ТРИЗ), включает в себя две разные по своей направленности   составляющие:
·         одна составляющая (основная),   это – исследование-описание особенностей   того, как человек творит, с помощью каких приемов, способов, методов он создает новые придумки,
·         а вторая составляющая (сопроводительная), это – исследование-описание типовых (точнее, сущностных) особенностей: как уже «добытых», так и еще только добываемых придумок. 
Так вот, я сейчас  обращаю внимание читателей на следующее:
·         сказанное в третьей новелле про мыследеятельность, про различие планирования и прогнозирования и т.д. –    есть знания методологические (причем, добытые в первом направлении познания),
·         и они   позволяет дополнить важными смыслами поднятую   (тоже в начале этой статьи) тему о специфике ТРИЗа, и его месте-топе  (адресе) среди других направлений познания. 
А именно, теперь можно добавить, что в ТРИЗе в составе того же первого направления познающего поиска есть и такая исследовательская ветвь:
·         поиск и описание продуктивных и эффективных путей-траекторий творения изобретений,
·         другими словами,   создание-сотворение типовых (и успешных!) путей-планов (а также: программ, алгоритмов, стратагем  и т.п.) выхода из проблемных (из критических) ситуаций.
Можно это же сформулировать и более резко, а именно:
основной целью ТРИЗа является создание эффективных   технологий  мыследеятельности такого вида-типа, как процессы  изобретательства (и даже шире: как создание технологий  творения-творчества любой направленности).  
Специфику ТРИЗа  эта формулировка (впрочем, как и та формулировка, что была приведена в начале статьи) хорошо ухватывает. Но, чтобы еще четче нам  определиться  с местом (топом-адресом) ТРИЗа в общем множестве направлений познающего поиска, давайте  попробуем (опять же с позиций системного подхода) ответить вот на какой вопрос: а что вообще это такое – технологии мыследеятельности?
Говоря формально и предельно общо, технологии  мыследеятельности,это – усмотренные и описанные (нами, людьми) особенности происходящих в нашей голове (в нашем сознании) процессов порождения и обработки-переработки единиц знаниевой информации. Таким образом, технологии  мыследеятельности  представляют собой:  
·         а) описания таких последовательностей (путей-траекторий) совершения  мыследействий, которые приводят (могут привести при их усвоении(!) индивидом) к созданию новой единицы информации,
при этом подразумевается (так сказать, «по умолчанию»):
·         б) что в такую последовательность (технологию) включены лишь мыследействия из  четко прописанного их списка,
·         в) причем, каждое   мыследействие из этого списка тоже имеет четкое описание,
и потому освоив такие мыслительные последовательности-технологии, каждый затем может их использовать-применять  в своей мыследеятельности.
Итак, технологии мыследеятельности представляют собойчетко прописанные правила совершения-осуществления:
·         и каждого из мыследействий, 
·         и порядка их следования друг за другом.
Т.е. создаваемые людьми технологии  мыследействий (думания, мышления)  есть, по своей сути, то, что в моей предыдущей статье[47] было обозначено, как ОУМ, только это – такие ОУМ, которые «работают»:
·         не в такой информационной организованности (ИС), как блок принятия решений ОУ ТС,
·         а в нашем сознании, выступающем (применительно к каждому индивиду) центральным (высшим) ОУ (конечно, они работают лишь в том случае, если индивид их усвоил).
И потому такие ОУМ (внимание!) имеют свою специфику. В частности, та самая четкость их описания – вовсе не тождественна тотальной детализации и формализации этого описания (как это имеет место в БПР ОУ ТС). Здесь, т.е. в прописанных ОУМ мыследеятельности, основную роль играет:
·         с одной стороны, понимание индивидом (его сознанием) того, о чем идет речь в поименованном в ОУМ (в технологии) мыследействии (причем,  под таким именованием может иметься в виду   целый граф мыследействий более элементарных, но индивидом в той или иной степени освоенных, причем, освоенных, так сказать, бездумно, само собой),
·         а с другой стороны, умелость (так сказать, мастерство, профессионализм) индивида в исполнении поименованного в технологии мыследействия.
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Конечно, следовало бы более глубоко развернуть сейчас сказанное, более основательно поясняя:
·         и то, как  особенности нашей мыследеятельности (процессов нашего думания) видятся  с позиций системного(!) подхода,
·          и то, в чем такой тип-форма мыследеятельности, которую мы обозначаем, как творчество, отличается от других типов-форм,
·         и то, в  чем ТРИЗ здесь, в изучении как процессов творения-творчества, так и в разработке технологий творения, преуспел.
Кое-что ниже я об этом скажу, но все же это – самостоятельные   темы.
***
 
Уже сказанное в этой новелле про технологии мыследеятельности позволяет увидеть такую, очень-очень существенную, сторону  человеческой истории:
·         человечество постоянно   было озабочено (конечно, уже в свою так называемую «историческую» эпоху) проблемами эффективного и осознанного управления своей мыследеятельностью,
·         иными словами, оно было озабочено созданием эффективных ОУМ мыследеятельности,
·         причем, созданием ОУМ мыследеятельности: и разного масштаба-общности, и разной направленности).  
Теперь пойдем дальше. С позиций системного подхода мы видим также, что   человечество (в лице самых своих гениальных представителей) штурмовало (познавало-разрешало) эту проблематику с разных сторон (т.е. философы и ученые рассматривали-исследовали  ее: и с разных фокусов, и под разными углами зрения, и с разной степенью общности, абстрагирования). Иными словами:
·         поиск-исследования эффективных путей думания (в том числе, путей-способов принятия решений),
·         тем самым,  поиск-исследования путей эффективного управления и планирования своей мыследеятельности, –
шли во многих направлениях исследований параллельно.
Я понимаю, что сказанное звучит: и очень уж телеграфно, и достаточно непривычно. Чтобы читатель начал к этому привыкать (начал это осваивать), немного погружусь в историю  непрерывных «штурмовок» людьми проблемы повышения эффективности своей мыследеятельности.  Причем, в рассказе об этом:
·         затрону лишь некоторые  исторические эпизоды из тех,   в которых обозначенная проблематика    исследовалась-решалась в самом общем (надпредметном) ее рассмотрении,
·         и буду их «прорисовывать» очень «грубыми» мазками.
Обратимся сначала к античности, точнее, к античной философии, например, к Аристотелю. И мы увидим, что:
·         и аристолелевская логика силлогизмов (его система  правил-законов формальной логики),
·         и аристолелевская  топика (наука о создании карт-лоций в океане уже  существующего (да и возможного) многообразия уже придуманных людьми идей-понятий), –
все это – есть его гениальные методологические (и одновременно технологические) находки в сфере эффективного управления мыследеятельностью. Усваивая их (в школе, в ВУЗе и «по жизни»), мы существенно повышаем эффективность и продуктивность своего думания.  Иными словами, они есть очень эффективные ОУМ для сознательного (осознанного-осмысленного) управления нашей мыследеятельностью. Только оформлялись Аристотелем эти находки, так сказать,  в другой (не управленческой и в чем-то даже теистической) понятийной «упаковке». То же самое можно сказать и про диалектику (про законы диалектической логики) Гегеля.
Ну, а правила уже  собственно эффективного планирования  Д. (т.е. правила планирования-придумывания такого комплекса действий, который приводит (в ситуациях определенного вида-типа) к успеху) самыми первыми начали разрабатывать исследователи военного дела. И это понятно, поскольку там, на войне, успешное достижение целей есть буквально вопрос жизни или смерти.  И потому именно  в теоретизировании (в понятийно-логических размышлениях) по поводу военного дела (по поводу условий-средств достижения победы, успеха)  впервые появились  такие продуктивные общеметодологические представления, помогающие существенно повысить эффективность планирования военных действий (планирования «военных операций»), как представления о стратегии и тактике и т.д. Попутно отмечу, что  и куда более сложные, чем та же аристотелевская логика силлогизмов, рефлексивные логики планирования операций, – тоже впервые начали разрабатываться исследователями по отношению к ситуациям субъект-субъектного противоборства[48] (частным случаем которого выступает противоборство военное).   
А вот математики (как ни странно) озаботились проблемами успешного (результативного) планирования ходов-путей размышлений  заметно позже. Точнее говоря, они сравнительно недавно заинтересовались вот таким сугубо профессиональным вопросом (я здесь формулирую его с позиций системного подхода и как можно проще): всегда ли при вычислении некой функции (т.е. при манипулировании по определенным правилам формальными знаками, берущимися из какой-то созданной математиками формальной и сравнительно малочисленной знаковой системы) можно прийти (причем, за конечное(!) число манипуляций)  к какому-то однозначному и продуктивному результату. И они эту, по сути общеметодологическую,  проблему,  обозначили (на своем предметном языке!), как проблему вычислимости. Она стала  решаться математиками опять же математически, при этом решаться тремя независимыми путями:    
·         а) с помощью построения общерекур­сивных функций (С. Клини, А. Черч и др.),
·         б) с помощью построения теории алгорифмов (А.А. Марков),
·         в) путем “машинизации” вычислительных процедур (А.М. Тьюринг).
Причем, стремительное развитие направление “машинизации” вычислительных процедур   («в)») получило после того, как идеи А. Тьюринга подхватил и развил Дж. фон Нейман, который:
·         не только доказал вычислительную универсальность машины Тьюринга,
·         но и доказал принципиальную возможность создания (но только при наличии так называемых инструкций(!)[49]) самоусложняющихся и самовоспроизводящихся технических автоматов[50].
Примерно в это же время появилось такое научное направление, как  кибернетика. Это направление  уже непосредственно было занято  исследованием проблем эффективного управления в разнообразных и переменчивых ситуациях и   развивалось в теснейшем союзе с разработками в области машинных вычислителей.  
Так возникла  и начала бурно развиваться та составляющая мира техники и прикладных исследований, которую обычно обозначают, как информатика. А применительно к нашей теме стоит подчеркнуть, что благодаря развитию всего этого (в том числе,  благодаря развитию теории вычислительных автоматов[51]), то самое вытеснение человека из актов Д., о котором шла речь в начале статьи, начало распространяться и на  сферу принятия управленческих решений в актах Д.  Другими словами, все более сложные процедуры (составляющие) думания стали передаваться от человека техническим устройствам. К примеру, к настоящему времени:   
·         даже какие-то этапы проектирования-конструирования вещей (к примеру, тех же ЭВМ),
·         а также какие-то аспекты  управления производством  вещей (в том числе, управления производством тех же ЭВМ), –
выполняются уже не гомо-техническими, а чисто техническими информационными системами (теми же ЭВМ).
Наконец, примерно в те же времена (т.е. во времена А. Тьюринга и фон Неймана) возник (это: и первые работы Л. фон Берталанфи, и работы 40-х годов прошлого века по эффективному «планированию операций») и начал стремительно набирать силу системный подход к познанию и Д. История его (в том числе, и история ТРИЗа) хорошо известна тризовцам. Единственно, что хочу тут особо отметить, так это то, что участники системного движения, к великому сожалению,  не заметили  исследований В.И. Корогодина. А он, будучи выдающимся биологом и энциклопедически образованным исследователем, сумел (правда, уже в 80-ые годы) методологически обобщить исследования фон Неймана. Это он сделал с помошью введения:
·         такого  особого  системного первоначала-первокачества, которое он назвал «информация» (тем самым, он вложил в этот известный термин совсем новые смыслы),
·         а также представления об информационной системе (в том числе и представление о полной (завершенной информационной системе).
Благодаря его пионерским исследованиям, стало возможным начать выстраивать предельно общие системно-методологические основания:
·         не только под исследованиями: и в корпусе биологических наук, и  в человековедении (в том числе, в   сфере познания такого феномена, как сознание и  протекающих в нем процессов мыследеятельности) и т.д.,
·         но и под работами как в области технических вычислительных систем, так и   в области самоуправления технических объектами.
Итак,  именно там, в рамках создаваемой в системном подходе общей методологии (в том числе, и такой ее составляющей, как ТРИЗ) проблема эффективного управления мыследеятельностью начала решаться в своем:
·         самом общем и чисто светском,  
·         в самом комплексном
·         и потому в самом «мощном» и продуктивном  виде.
 
***
К слову, благодаря уже имеющимся наработкам методологии системного подхода все яснее становится и то, что та самая, бурно развивающаяся, информатика, на которую возлагают столько надежд, – является прикладным направлением складывающейся сейчас общей методологии системного подхода! Можно сказать об этом и так: общая методология системного подхода выступает исходным концептом и картой-лоцией (базовой онтологией) информатики. И без нее развитие информатики будет тормозиться, причем,  чем дальше, тем больше. К слову, это (нехватку базовых основ и потому замедление развития) начинают ощущать и теоретики программирования, недаром совсем недавно там появилось такое направление, как методология программирования.   
***
 
В который раз повторю: конечно же, затронутые в этой новелле (да и во всем этом разделе) вопросы – вопросы сложнейшие. Их обсуждать и спорить по их поводу можно еще очень долго. Тем не менее, мне пора подвести итоги сказанному о месте и специфике такой теории (теории, а не методики!), как ТРИЗ (причем, ради краткости, подвести только те итоги, которые поближе к нашей теме).    
Давайте зафиксируем, во-первых, следующее. Будущее человечества – многовариантно. И поскольку само собой то, что нам в нашем будущем так желательно-должно совершиться, может и не произойти,   нам (людям) приходится:
·         так намеренно воздействовать на происходящие (здесь и теперь!) изменения (иными словами, осуществлять такое ими управление),
·         чтобы вероятность свершения (в будущем!) события, выбранного нами в качестве своей цели, изменялась в нужную нам(!) сторону.
Причем, чтобы то самое управление происходящими изменениями (иными словами, управление сложными видами деятельностного активничания) было результативно, чтобы оно приводило к успеху, необходимо включение в состав управления (точнее, в состав процессов принятия управленческих решений) таких процессуальных составляющих, как: прогнозирование и планирование.  
Во-вторых, зафиксируем тот момент, что наработка  управленческих решений (сопровождаемая процессами  планирования и прогнозирования) осуществляются в наших головах, а, говоря конкретнее, осуществляются по ходу таких многообразнейших информационных процессов психики-сознания, которые мы называем мыследеятельностью (мышлением). И человечество всегда было озабочено:
·         как познанием того, каковы механизмы мышления, только нам (людям) на Земле свойственного,
·         так и   проблемами эффективного и осознанного управления своим мышлением, своей мыследеятельностью, в том числе, созданием таких мыслительных средств (инвариантов, правил, путей-планов и пр.), которые бы существенно повышали успешность-результативность  присущей нам природной мыследеятельности (повышали, путем осознанного самоуправления ею).
В-третьих, зафиксируем, что складывающаяся в настоящее время методология системного подхода (составляющей которой является ТРИЗ) – есть направление познания, занятое исследованием наиболее сущностных особенностей нашей мыследеятельности, и потому оно есть направление познания  предельно общего (над-над-…дисциплинарного) плана. Его  возникновение обусловлено кризисом традиционного рационализма, иными словами, оно призвано поднять на качественно новую ступень наши (людей) возможности находить ответы на сегодняшние и будущие угрозы и вызовы человечеству. Одной из основных задач этой  методологии является  познание,   описание и совершенствование Методов (как научного, так и художественного) человеческого познающего поиска, для чего системным методологам  приходится:
·         не только многосторонне рефлексировать то, как мы мыслим,
·         но и подверать тотальной методологической рефлексии весь свод человеческих знаний,
·         в том числе, подвергать тотальной методологической рефлексии и те результаты (знания), которые создаются и в самом этом направлении познания.
Причем, сложность здесь еще и в том, что из-за того, что это направление познания – предельно общее, приходится системным методологам заниматься также и творением-выстраиванием своих собственных базовых-исходных основ, базовых системных категорий. И уже есть, к слову, очень продуктивные наработки (правда, известные пока только в рукописях) в области конструирования-описания необходимой и минимально достаточной совокупности исходно-базовых системных категорий. 
В-четвертых, зафиксируем, что:
·         по мере формализации и объективизации средств думания,
·         наиболее формализированные  из них машинизируются разработчиками[52].
·         освобождая человека от тех мыслительных действий-операций, которые стали рутинными.
Наконец, в-пятых,   зафиксируем, что особенностью ТРИЗа (отличающей ее от других составляющих (теорий-школ) методологии системного подхода) является разработка таких средств мыследеятельности (инвариантов, правил, путей-планов, критериев и пр.), которые позволяют куда успешнее находить выход из критических ситуаций (куда успешнее делать изобретения)[53].
 
И на основе вот такой специфики ТРИЗа строится (обратите на это особое внимание!) ее взаимодействие с другими общеметодологическими школами-направлениями, а именно:
·         оттуда ТРИЗ черпает продуктивные и адекватные основания, инварианты, карты-лоции,
·         а другие системные направления используют найденные в ТРИЗе инструменты творчества (в том числе и найденные в нем «инварианты») для разрешения встающих перед ними проблем (тем самым, стимулируя и движение ТРИЗа к созданию все более мощных инструментов творчества). 
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Не премину сразу же обратить внимание читателей на то, что в опоре на сейчас сказанное о специфике и месте ТРИЗа, удается куда более логично выстраивать:
·         а)  и программы прохождения тризовской аспирантуры и докторантуры (правда, само их прохождение пока, к сожалению, непонятно как организовывать из-за того, что ТРИЗ (да и вся методология системного подхода) до сих пор не прошла «институирование»),  
·         б) и логичную и непротиворечивую шкалу оценок тех результатов, которые получены в такой теории, как ТРИЗ (скажем, какие результаты более фундаментальны, какие менее (более прикладные) и пр.),
·         в) и «архитекутуру» тех учебных пособий, которые предназначены для обучения ТРИЗу. 
***
 
В завершение сказанного в этой новелле, еще раз хочу подчеркнуть следующее. Проблем, связанных с дальнейшим развитием:
·         как собственно методологии системного подхода,
·         так и такой ее составляющей, как ТРИЗ, –
многовато.
И я убежден в том, что без усвоения и развития системными методологами корогодинских идей, дальнейшее развитие общей методологии (и того же ТРИЗа) – невозможно. Вот почему я в своих статьях постоянно об этом говорю. И поэтому же я так настойчиво обращаю внимание тризовцев на те инструменты тризовского анализа-синтеза:
·         в которых «сидят» (заложены) корогодинские идеи,
·         и которые, благодаря этому, очень продуктивны и перспективны.
 
НОВЕЛЛА ПЯТАЯ: О СТЕНАНИЯХ ТРИЗОВЦЕВ ПО ПОВОДУ ТАК НАЗЫВАЕМОЙ «НЕ НАУЧНОСТИ» ТРИЗА 
Сказанное в четвертой новелле позволяет, помимо иного прочего, аргументировано показать беспочвенность стенаний некоторых тризовцев по поводу якобы усматриваемой ими «не научности» ТРИЗа.
Если посмотреть на историю непрерывных штурмовок человечеством проблем эффективного и осознанного управления своей мыследеятельностью,  то мы увидим, что  наиболее мощные современные исследовательские школы:
·         занимающиеся, с одной стороны, исследованием сущностных особенностей Методов[54]познания себя и Мира  (тем самым, выстраиванием методологии системного подхода) и на этой основе, занимающиеся     разработкой эффективных технологий мыследеятельности,
·         а с другой стороны, занимающиеся: как поиском наиболее сущностных особенностей знаний (творимых-добываемых людьми!), так и упорядочиванием-классификацией  на такой  основе всего уже наличествующего свода человеческих знаний (что позволяет, помимо всего иного-прочего, куда более продуктивно ориентироваться в этом своде), –
возникли в 50-ые годы как раз в нашей стране, это: ТРИЗ и СМД-методология. 
Что касается СМД-методологии, то в этой статье я ее не собираюсь затрагивать. А вот что касается стенаний по поводу научности – ненаучности ТРИЗа, то в дополнение к уже сказанному выше по тексту о  специфике и месте ТРИЗа в познающем поиске, я в этой новелле хочу дополнительно показать необоснованность такого рода стенаний («…вот когда ТРИЗ станет настоящей наукой…»), причем, показать это   в опоре на    историю самого ТРИЗа.
Если посмотреть на историю достижений этой теории, то мы увидим, что Г.С. Альтшуллер со товарищи был в самых передовых рядах того направления познающего поиска, который был занят исследованием особенностей мыследеятельности, а также разработкой (на основе результатов таких исследований) эффективных технологий мыследеятельности.
Так, уже первая опубликованная работа Г.С. Альтшуллера (вместе с Р.Б. Шапиро)[55] ставила на строгую научную основу изучение творческого процесса[56] (ведь  относительно творчества до того господствовали откровенно теистические представления). И этой основополагающей работой открывался,  в том числе, путь к созданию общетиповых и эффективных планов:
·         выхода из критических ситуаций,
·         делания изобретений.
Разработанный затем АРИЗ представлял собой (впервые в истории познания!) уже  достаточно четкий  и универсальный (типовой и очень продуктивный) план действий и мыследействий разработчика в проблемной ситуации, т.е. он представлял собой такой план  (прописанный путь мыследействий и действий, тем самым, технологию думания), который пригоден для использования практически  в любой конкретной изобретательской ситуации (но пригоден для использования думающим человеком, ведь это – инструмент для думания, а не сам «думатель»).   Эффективными дополнениями АРИЗа, осуществляющими его смычку с проектированием и конструированием, явились тризовские: ФСА и диверсионный анализ.
Да и такие тризовские операторы (такие ОУМ)  мыследеятельности, как РВС, ММЧ и СО тоже выступали очень эффективными и универсальными ОУМ для управления творческим процессом[57].
Ну а вершиной такого рода пионерских тризовских исследований стала ЖСТЛ. Стала вершиной потому, что этой темой (по сути, темой о смысле жизни творческого человека) Г.С. вышел уже на предельно общий план рассмотрения:
·         и сути человеческой,
·         и проблематики человеческого будущего, путей-стратегий выстраивания этого будущего.
Не побоюсь сказать, что рядом с такой, предельной по своей общности и значимости, проблемной темой (по сути, темой о смысле жизни творческого человека),    стоят только такие вечно-проблемные  вопросы, как:
·         сценарии-стратегии будущего той или иной страны,
·         сценарии-стратегии будущего всего человечества и т.п.[58]
Итак,  ТРИЗ  с самого начала и долгое время  находился в передовых рядах исследований проблем эффективного самоуправления мыследеятельностью (да и проблем осознанного планирования своей мыследеятельности). И  нам нечего здесь стыдиться и стенать.
 
Теперь пойдем дальше. Все мы понимаем, что, хотя все эти результаты, конечно же, – результаты выдающиеся, пионерские (5-го уровня), но человечество-то – не стоит на месте, оно эволюционирует-развивается. Причем,  по ходу его эволюции-развития возрастают:
·         не только   знания-умения человечества,
·         но и угрозы и вызовы, перед ним стоящие,
·         тем самым,  и сложность тех изобретательских задач, которые ему необходимо решать.
И потому ТРИЗ должен идти в ногу со временем. А идет ли он «в ногу»? Начиная на это отвечать, прошу читателей обратить внимание на то, что в выражении  «ТРИЗ долгое время находился в передовых рядах…» я употребил прошедшее время. Почему?
На мой взгляд,  в последние годы ТРИЗ начинает отставать, он перестает быть авангардом в поиске путей эффективного управления мыследеятельностью.   На эту тему в начале статьи я уже высказывался. Но и сейчас попробую там сказанное о тормозящих причинах-факторах  напомнить и  их дополнить. 
Вопрос о том, почему ТРИЗ сдает свои позиции  –  вопрос сложный, многофакторный.   Попробую перечислить некоторые из этих факторов (перечислить, не стремясь непременно их расположить по степени их значимости). Заодно это как-то прольет свет и на поводы-причины стенаний тризовцев (поскольку эти самые стенания тоже во многом обусловлены неосознаваемой тревогой по поводу нынешнего состояние тризовского движения).
Очень значимая часть   этих факторов связана с неотрефлексированностью той базовой онтологии, на которую ТРИЗ опирается. Но это (а также уход Г.С., основателя теории и генератора ее развития, о чем я вел речь в начале статьи) – типичные «тормозящие» факторы для любой новой теории.  
***
К слову: в своих статьях я все время пытаюсь привлечь внимание тризовских теоретиков вот к этой проблематике, а именно, все время пытаюсь привлечь их внимание:
·         и к вопросу о тех основаниях, на которых должна развиваться теория изобретательства,
·         и к вопросу о том инструментарии, который наиболее перспективен,
но все это, к великому сожалению, без особого успеха.
***
Укажу и на такой  (провоцирующий стенания)   фактор. Физические (и шире – естественно-научные) понятия мы усваиваем (в отличие от понятий тризовских, да и от любых общеметодологических понятий) чуть ли не с пеленок. И потому они нами воспринимаются, как истины в последней инстанции. Так они нами воспринимаются из-за того, что они привычны и мы просто «не замечаем» в таких построениях-объяснениях косного мира:
·         ни их в чем-то сложности-запутанности,
·         ни в чем-то «натянутости»,
·         ни иного прочего, «не научного», в них тоже наличествующего.   
В то же время системный подход (методология системного подхода), как выше уже говорилось, задает и создаетиную(!) логическую структуру знаниям, моделям, методам, даже проблемам и задачам. Так вот, эта,   отмеченная еще Г.П. Щедровицким, особенность системного подхода (все «переиначивать» и постоянно «рефлексировать»):
·         требует от своих пользователей-последователей не только   постоянного тренажа, но и  постоянной многогранной рефлексии и своих и чужих размышлений,
·         что опять же многих смущает и коробит.
И потому такие знания куда труднее усваиваются,   вызывают даже в чем-то их неприятие. Отсюда и стенания. Ведь так хочется большей однозначности, бо'льших: и простоты, и спокойствия. Очень хочется, чтобы все было «как у других»[59].
Укажу повторно и на такой фактор. В  настоящее время многие и не тризовские исследователи  уже осознали важность такого рода исследований, они ими интенсивно занимаются и имеются в этой области много готовых разработок. Больше того, такого рода разработки превратились в очень востребованный на рынке товар. Волей-неволей и многие тризовские теоретики оказались втянуты в рыночную конкуренцию. В такой ситуации сама ТРИЗ постепенно перестает самими тризовцами рассматриваться, как теория развивающаяся, она начинает все больше рассматриваться: и как некий канон, и  как некий  очень ценимый рыночный бренд.  Ну, а  тризовцы, втянутые в рыночные отношения (не в обиду им сказано, мы же в своем кругу):
·         с одной стороны, хотят облечь свои инжиниринговые разработки в самые рыночно привлекательные упаковки, в том числе, и с помощью простого наклеивания на них все новых завлекательных и модных названий,
·         а с другой стороны, будучи поглощенными рыночной практикой (скажем вопросами инженерного консультирования, где часто такое консультирование выливается в простой ликбез), постепенно теряют широту и остроту тризовского кругозора, их начинают тяготить тризовские категорические императивы, они начинают ими пренебрегать, начинают путать консультирование и проектирование с изобретательством и пр.  
Если при этом  и удается им отвлекаться на решение вопросов-проблем  теории изобретательства, то отвлекаться, в основном, на решение узкоприкладных проблем. Но решение таких задач  сильно теорию не продвигает. Ведь такого рода тризовские исследования аналогичны тому, как в корпусе физических наук заниматься, скажем:
·         даже не такими прикладными физическими теориями, как теория  сопротивления материалов нагрузкам, и т.п.,
·         а затруднениями еще более прикладными, к примеру, затруднениями, возникающими при составлении эпюр силовых напряжений какой-нибудь кривой балки.  
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Хочу в этом замечании в очередной раз подчеркнуть следующее. Анализ рынка, анализ состояния в нем спроса и предложения и т.п., это – обыденная забота хозяйствующих субъектов. А в Д. изобретателя, в выборе им тем-проблем для своего творчества, это является далеко не главным.
Далеко не главным хотя бы потому,  что анализ состояния рыночных спроса и предложения выявляет, по большей части, сиюминутные (конъюнктурные) точки возможного роста-развития технических объектов, вещей. Здесь (т.е. в пространстве рыночного спроса-предложения) куда больше проявляется  тяга к модности-переменчивости, чем к подлинному развитию-прогрессу.
Но дело не только в этом. Как уже выше в статье говорилось,  важнейшим-ведущим в эволюции-развитии человечества (и творимой им техники) выступают хотения-чаяния, стремление к Благу, к красоте и совершенству, к тому, что чего еще нет, к необычному.
Именно такого рода стремления (как правило, очень далекие от рыночной суеты) подвигают людей творческих открывать новые горизонты. Тому примеров множество. Именно это   двигало нашими великими инженерами:  К.Э. Циолковским, В.Г. Шуховым, П.К. Ощепковым, А.И. Бергом, С.П. Королевым, В.П. Глушко и многими-многими  другими, наконец, теми же Г. С. Альтшуллером и Г.П. Щедровицким. К слову, именно этот момент отражен-оформлен  и в ЖСТЛ (в виде представления о ДЦ (о «достойной» цели)).
***
 
Еще и такой фактор действует: куда интереснее решать текущие практические задачи-проблемы, да еще на этом прилично зарабатывать, чем ломать голову, придумывая новые инструменты творчества (к слову: что тоже является творчеством, но каким-то, вроде бы, не таким интересным, к тому же, не очень-то хлебным)[60].
 
А почему я заговорил о причинах стенаний? Заговорил о них потому, что понимание этих причин позволяяет им противодействовать, тем самым, пресечь «хирение» ТРИЗа,  придать новый импульс развитию тризовской теории.
Возьмем, к примеру, указанную выше проблему неотрефлексированности той базовой онтологии, на которую ТРИЗ опирается. Решение этой проблемы, т.е. осознание-осмысление специфики и места ТРИЗа, как направления познания, помимо иного прочего:
·         задает, так сказать,  «индифферент посягательств» (как в шутку выражался один из героев известного советского романа),
·         но, конечно, задает вектор-направленность посягательств  для тех, кто себя относит к тризовцам и пытается внести свою лепту в тризовскую теорию. 
Вот это как раз и  побуждает меня  довести до тризовской общественности   свое видение специфики и места ТРИЗа (тем самым, и   свое видение  того самого  вектора посягательств для тех, кто не только считает себя тризовцем, но и старается внести свой вклад в развитие этой теории).  К слову, именно из этого своего видения я исхожу, когда говорю:
·         о необходимости использования для  развития ТРИЗа достижений из других направлений-школ системного подхода (той же категории «информация» в корогодинской ее интерпретации),
·         а также предлагаю: и свою модификацию модели «полная ТС», и такую модель, как «полная Сеть».
 
НОВЕЛЛА ШЕСТАЯ И ПОСЛЕДНЯЯ:  ТАК В ЧЕМ ЖЕ ВСЕ-ТАКИ ЗАКЛЮЧАЮТСЯ ОСОБЕННОСТИ  ТРИЗОВСКОГО ПОДХОДА К СОСТАВЛЕНИЮ ПРОГНОЗОВ БУДУЩЕГО МИРА ТЕХНИКИ
На вопрос  о том, в чем конкретно выражаются особенности тризовского подхода к составлению прогнозов, можно ответить следующим образом: особенности этого подхода в том, что при составлении прогнозов используются наработанные именно в ТРИЗе стратегические и тактические аналитические приемы и инструменты. И в таком ответе будет своя сермяжная правда. Ведь осмыслив то, в чем  особенности тризовских инструментов анализа-синтеза, мы одновременно поймем и то, в чем особенности тризовского прогнозирования. Тем не менее, такой ответ нас не очень-то удовлетворяет (из-за своей неопределенности и в чем-то тавтологичности).  
Попробуем копнуть поглубже. В опоре на сказанное выше в этом разделе, можно указать, что тризовское прогнозирование  наиболее продуктивно рассматривать, как прописывание веера(!)  перспектив-возможностей развития: как всего мира техники,  так и   тех или иных отдельностей этого мира (веера их возможных в будущем альтернатив). Причем, рассматривать (в том числе, и главным образом), как прописывание таких альтернатив их будущего, которые:
·         далеко не очевидны,
·         ломают господствующие стереотипы, 
·         открывают новые горизонты. 
И обе части такого  ответа тоже имеет свои резоны.
Какие же резоны имеет указание  на веер возможностей-перспектив? Один резон такой: указание на такую особенность, как выстраивание веера возможностей,  –    есть своего рода перефразировка того постулата системного подхода, что будущее человечества многовариантно. И он не лишний в виды встречающихся у некоторых тризовцев реликтов историцизма. Другой резон в том, что сам-то тризовский инструментарий устроен, так сказать, наддисциплинарно, тем самым устроен так, что его использование для построения прогнозов приводит к многовариантности составляемых прогнозов. Поясню это на  примере такого инструмента, как  ЗРТС. Ведь ЗРТС, как уже говорилось, есть перечисление возможных вариантов   развития ТС, причем, вариантов друг от друга отличающихся и в чем-то альтернативных. К примеру, в ассортименте ЗРТС  есть:
·         такая возможность развития, как уход на микроуровень, и такая возможность, как уход в НС,
·         такая возможность развития, как свертывание, и такая возможность, как развертывание,
·         такая возможность развития, как управленческая централизация, и такая возможность, как управленческая сетеизация-децентрализация, и т.д.
Так что, если строить прогнозы с учетом всех этих тенденций, то поневоле появляется веер вариантов будущих событий.
Или возьмем такой резон. Уже реализованные: и ТС (вкупе с конкурирующими ТС), и их ПС, и их НС, – все они находятся в развитии, причем, в развитии:
·         и во многом автономном по отношению друг к другу,
·         и идущем с разной скоростью,
·         и во многом взаимно не согласованном.
И потому  все это переплетение не согласовано(!)  развивающихся-изменяющихся технических организованностей может предстать в будущем в самых разных вариантах-сочетаниях. 
Ну а какие резоны имеет указание на альтернативы-перспективы далеко не очевидные
Один резон хотя бы в том, что  некоторые из тризовцев (извините за отсутствие политкорректности) слишком уж «слились в экстазе» с  традиционным инжинирингом, в том числе, и в области составления прогнозов. Прошу здесь понимать меня правильно. Я не против прогнозов, так сказать, проектировочно-конструкторского характера, я всеми руками за такое прогнозирование (особенно тогда, когда оно делается с позиций системного подхода). Их необходимо делать, чтобы планирование  развития того или иного хозяйства было более основательным. И любой образованный тризовец может заниматься (да и занимается) такими прогнозами. Больше того, и в такого рода прогнозировании хорошо помогает тризовский инструментарий. Но если вести речь именно о тризовском прогнозировании, то следует отдавать отчет в том, что речь при этом идет о прогнозе изобретательском. Если в традиционном прогнозировании вполне уместно рассматривать: и пути оптимизации, и поиск так называемой «перфектности», и т.п. (т.е. там, в таком прогнозировании, довлеют соображения не столько творческого-дерзающего характера, сколько соображения экономического и даже конъюнктурного характера), то в тризовском прогнозировании делается упор на новые технические решения, идет речь о новых возможностях-перспективах. И в виду своей большой новизны (и потому «неожиданности») такие прогнозы:
·         хотя часто не очень-то «внедряемы»,
·         но зато открывают новые горизонты.
Сразу же хочу подчеркнуть, что различение тризовского и не тризовского прогнозирования имеет большое значение не только  в чисто теоретическом плане, не только в плане лучшего уяснения места и специфики ТРИЗа. Оно помогает и в практическом плане. Немного это поясню.
С одной стороны, оно помогает:
·         во-первых, определиться с направлениями развития этой теории,
·         а во-вторых, также осознанному самоопределению людей творческих.
 Насчет «во-вторых» немного поясню. То самое различение мной взято из общей  классификации многообразия путей  прорисовывания людьми будущего. А там  (и применительно к сейчас обсуждаемой теме) усматриваются такие классы-разновидности путей-способов прогнозирования будущего:
·         сказки-фантазии,
·         научная фантастика,
·         тризовский прогноз,
·         наконец, прогноз хозяйственный (проектно-конструкторский, экономический и пр.).   
А в основу такой классификации положено  различение того, чему именно отдается прогнозистом (при своих размышлениях о будущем) приоритет. Так вот, понимание этих приоритетов и помогает самоопределиться людям творческим, выбрать тот путь, какой ему «по душе».
Но есть и еще и другая когорта людей, которым такие различения приносят пользу.  Дело в том, что хозяйствующему субъекту приходится, при планировании своей Д., делать выбор среди прогнозов всех указанных выше  разновидностей. И учет того, какие приоритеты положены при составлении прогнозов, помогает ему сделать такой выбор более осознанно. К тому же при выборе срабатывает  еще и такое соображение. Что касается надежности прогнозов, то тризовское (так сказать, «изобретательское») прогнозирование лучше работает:
·         во-первых, при долговременном прогнозировании,
·         во-вторых,  в тех областях знания, которые более «бифуркационны».
Я понимаю, что сейчас мной сказанное прозвучало  не очень-то ясно, но это потому, что в нем сконцентрировано очень много смыслов. Для развертывания-пояснения сказанного надо бы теперь  повести речь:
·         и о таком различении, как «адаптационные» и «бифуркационные» периоды развития человечества (первым это различение ввел, по-моему, академик Н.Н. Моисеев[61]),
·         и о том, как понимать бифуркации применительно к живой природе (на эту тему есть интересные соображения у В.И. Корогодина),
·         и о том, каков вклад творчества людей (вклад творимых ими придумок-инноваций) в уровень бифуркационности жизни социумов,
·         и о том, какие типы инноваций  наиболее «бифуркационны», и т.д.
Но отвлекаться на такие сложные темы-проблемы я здесь не буду, заинтересовавшиеся этим могут сами и поразмышлять и порыться в литературе. А я, продолжая тему этой новеллы, снова обращаю внимание читателей на те наработки, которые получены во втором направлении тризовского  (и шире – системного общеметодологического) познающего поиска, т.е. направления, выискивающего в океане изменчивостей мира техники:
·         как отдельные инварианты-постоянства (маячки-реперы),
·         так и путеводители, карты-лоции.
При этом я, прежде всего, имею в виду:
·         а) тот исходный (исходный: как для анализа настоящего, так и для прогноза будущего мира техники) постулат, что по ходу человеческой истории технические средства все более объемно, качественно и   полно выполняют те   функции в актах Д., которые первоначально   выполнялись людьми,
·         б) такие стратегические (путеводные) ориентиры, как ИТС, полная ТС и полная Сеть
Обращаю на них внимание потому, что их использование существенно повышает качество делаемых прогнозов. Немного этот момент проаргументирую.
Что касается «а)», то прошу обратить внимание на то, что если руководствоваться этой продуктивной путеводной установкой (этим «компасом») при составлении прогнозов, то направленность веера получаемых прогнозов (а так же: и веера целей-планов, из прогнозов следующих) как раз и будет отвечать мечтаниям-чаяниям людей относительно мира техники. Ведь все мы хотим, чтобы наши технические помощники были бы все искуснее, все услужливее, все умнее и т.д. Собственно все эти наши хотения, а также наши разговоры: и про искусственный интеллект, и про роботизацию, и т.п., все это – некие отголоски и аспекты  указанной методологической установки (причем, установки, опирающейся не на какие-то поверхностные наблюдения и умозаключения, а на глубокое и сущностное понимание основы живого, его  особой (целесообразной) механики). Итак, резюмирую. Следование этой установке повышает: и надежность прогнозов, и их «достойность».
А что касается «б)», то указанные выше инструменты выступают путеводными (стратегическими) ориентирами (компасами-лоциями) потому, что через них (да еще через представление об ИКР) раскрывается-развертывается то, как с позиций ТРИЗа видятся чаяния-идеалы не просто людей, а разработчиков-тризовцев, причем, раскрывается-развертывается их чаяния-идеалы:
·         и по отношению к потребительским характеристикам вещей,
·         и по отношению к  устроению вещей.
Подробно об этом уже шла речь выше  по тексту данной   статьи. Но и здесь я  сказанное (и по поводу исходной методологической установки,   и про модели) чуть напомню и   в чем-то дополню.
Прежде всего,  напомню, что:
·         и дление-активничание таких образований (целесообразных), как живые организмы,
·         и их производство-воспроизводство,
·         и их эволюция-развитие, –
все это осуществляется, благодаря огромной иерархии информационных систем (ИС), которые:
·         и наличествуют в таких образованиях,
·         и обеспечивают протекание множества разнообразных информационных процессов
А механизмы-организованности,  обеспечивающие протекание-действие всей этой информационной механики (механики, обеспечивающей целесообразность того или иного активничания), раскрываются с помощью таких процессуальных категорий, как организация и управление (о них шел рассказ в моей предыдущей статье).
Так вот, основным достоинством такой усовершенствованной тризовской  модели, как «полная ТС», является то, что в ней функционально-структурно прописана та совокупность  функций и обеспечивающих их организованностей, с помощью которой осуществляется  протекание-течение процессов, относимых к управлению и организации (в том числе, описание процессов порождения и обработки единиц знаниевой информации!). К слову, прописана эта совокупность процессов настолько общо-универсально, что это можно использовать в каких-то ситуациях анализа и применительно к живым организмам!
Все-таки, еще раз спросим себя, а почему это – основное достоинство? А потому, что благодаря полноте и общности такого описания, мы (уже как тризовцы-практики) теперь можем:
·         сверяя функциональное устроение нами разрабатываемой ТС с функциональной блок-схемой модели «полная ТС»,
·         не только   объективно оценивать то, насколько разрабатываемая ТС управляема и автоматична в своем самодействии, а также определять то,   что же именно в устроении разрабатываемой ТС не хватает,
·         но и выстраивать куда более надежные и развернутые прогнозы будущего (причем, будущего: как всего мира техники, так и того или иного вида вещей).  
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Что касается основных достоинств модели «полная ТС» (ее роли-значения в анализе-синтезе),  то я еще раз обращаю внимание читателей на следующее.
Модифицированная модель «полной ТС» – это:
·         уже не какая-то неведомая «технологическая сингулярность», о которой так рьяно рассуждают тот же Вернор Видж и многие другие[62],
·         а очень добротное отправная «печка» для продуктивных исследований и разработок. 
К примеру,  благодаря наличию в модифицированной модели «полной ТС» необходимого и минимально достаточного (тем самым, полного, исчерпывающего) списка-ассортимента функциональных мест-топов  ОУ, мы получаем очень продуктивные инструменты методологического анализа-синтеза таких видов вещей, как:  
·         устройства управления,
·         вычислительная техника,
·         робототехника,
·         устройства искусственного интеллекта,
·         биомолекулярная инженерия и т.п.
Становятся куда более «упорядоченными» и рациональными такие понятия, как самоусложнение, самообучаемость, степень «интеллектуальности» и т.д.[63]
А ведь «до того»:
·         не было тризовских (т.е. наддисциплинарных!) средств их анализа,
·         нам не понятно было даже то, как подступиться к их анализу с позиций ТРИЗа!    
А теперь мы имеем (конечно, при подключении в наш анализ еще и модели «полная Сеть», а также категорий «информация» и «информационная система», «деятельность», «акт Д.» и ряд других) продуктивные основания для такого анализа.
***
 
У читателя уже наверняка вертится на языке  такой вопрос: а что же полезного-продуктивного (причем, именно для тризовского прогнозирования)   дает нам  модель «полная Сеть»?
Собственно, практически все из того, что выше (во второй части этой статьи) было сказано про роли-функции модели «полная Сеть» в анализе-синтезе, помогает и в составлении прогнозов.
Начну с того напоминания, что введение этой модели в арсенал тризовских средств анализа-синтеза позволяет (вкупе с моделью «полной ТС») куда более комплексно и адекватно  и анализировать настоящее и прогнозировать будущее   мира техники, ибо с помощью этой пары моделей ухватываются (применительно к миру техники) две важнейшие, но противостоящие друг другу  тенденции, причем, тенденции уже действующие  в НС мира техники – в современном социуме, это:
·         с одной стороны, тенденция к управленческой централизации,
·         а с другой стороны,  тенденция к управленченской децентрализации, к управленченской «сетеизации».  
Эти тенденции в настоящее время  бурно обсуждаются, но обсуждаются преимущественно в социальном  плане,  к примеру, это обсуждается:
·         и в рамках проблемы все растущей «глобализации»,
·         и в рамках обсуждения  плюсов и минусов   растущей «демократизации», и т.п.,
причем, обсуждается очень уж идеологизировано-политизировано и беспорядочно. Так вот,  использование  этих двух тризовских моделей позволяет управленческие проблемы такого плана, но касающиеся уже мира техники:
·         и обсуждать  спокойно, деидеологизировано и продуктивно,
·         и  выстраивать чаемые для нас прогнозы этого мира.
Иными словами, модель «полная Сеть» (конечно, вкупе с моделью «полная ТС») дает возможность продуктивно разбираться:
·         как с особенностями взаимодействия вещей между собой (соподчинение ли или соорганизация-согласование, и пр.),
·         так и с тенденциями эволюции-развития устроения крупных технических комплексов.
Итак, повторяю: благодаря модели «полная Сеть»  мы  начинаем более системно-комплексно подходить к анализу и прогнозу: как всего мира техники, так и отдельных его представителей. 
 
На уже рассказанном в шести новеллах я обрываю общее охарактеризовывание своего видения того, чем продуктивно руководствоваться тризовцам при составлении прогнозов будущего мира техники,  и перехожу к большей конкретике.  И поскольку я отдаю себе отчет в том, что по отношению к модели «полная Сеть» у читателей сохраняется определенное недоверие и настороженность, то дальше я сосредоточусь в своем рассказе  на том, в чем именно помогает составлению прогнозов такая новая для тризовцев модель, как «полная Сеть».
Этот разговор я построю следующим образом. Сначала немного расскажу о перспективах будущего применительно к сетевым ТС по транспортировке вещей и энергии, а затем более обстоятельно поговорю о перспективах будущего сетевых ТС по передаче единиц информации.
 
 
Моя сейчас задача – достаточно узкая: показать не «вообще», а на конкретных примерах то, какие перспективы будущего мира техники  усматриваются-открываются при использовании (для   составления прогнозов) такой умозрительной модели технических объектов, как «полная Сеть».
Что собой сама эта модель представляет, достаточно подробно говорилось во второй части этой статьи. Так что я сейчас  только напомню про там сказанное. Для этого мне достаточно указать, что ГПФ модели «полная Сеть» была сформулирована так:
·         адресная передача (транспортировка)
·         из одного   пространственного места в дру­гое (но в пределах вполне определенного   множества мест!)
·         порций некоторого агента,
причем, транспортировка (этих самых порций), делаемая:
·         а) с возможностью «выдачи» этих порций вовне,
а также с возможностьювнутри этой же Сети:  
·         б) и временного хранения этих порций,
·         в) и их тиражирования,
·         г) и их (в чем-то) переработку-преобразование,
·         д) и их для своих нужд использование. 
При этом транспортируемым агентом (т.е. ядерным-сущностным содержимым передаваемых порций) может выступать определенная порция («отдельность»):
·         и вещества,
·         и энергии,
·         и информации,
а также могут выступать некие комбинации-комплексы из только что перечисленных разновидностей транспортируемых агентов.  
Как видим, в виду функционального своеобразия этой модели, она служит  для анализа  и для прогнозирования будущего  такого, сравнительно недавно появившегося и интенсивного развивающегося, качества-свойства технических объектов, как их сетевость.  И потому  имеет смысл привлекать ее для анализа и прогнозирования применительно, главным образом, к  такому подмножеству технических объектов, которые относятся к «сетевым ТС» (а сетевые ТС мы уже можем уверенно отличать от других ТС).   
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Чтобы не было недоразумений, хочу напомнить специфику предстоящего разговора. По большому счету, разговор идет про   особенности жизни современного социума, в том числе, про особенности деятельностной активности людей и про перспективы такой деятельности в будущем. Но основное внимание при этом уделяется:
·         сетевым особенностям у наших технических помощников (у вещей – средств Д.),
·         а так же перспективам  развития у них этих самых «сетевых» качеств.
***
 
Сначала  имеет смысл напомнить про ту классификацию всего множества сетевых ТС, которая строится на основе сущностных различий тех агентов, «порции» которых в технических сетях транспортируются. Как уже в статье говорилось, на такой основе можно различить  в  множестве сетевых ТС такие три больших их класса:
·         а) сетевые ТС по передаче-транспортировке  вещей и материалов,
·         б) сетевые ТС по передаче-транспортировке энергии,
·         в) сетевые ТС по передаче-транспортировке информации.
По большому счету, в класс «а)» можно было бы отнести  и ТС по транспортировке людей, ведь люди –  тоже, так сказать,  «вещественные» образования.
Но лучше, все-таки, транспортировку людей выделить (в виду ее особой специфики) в особый класс сетевых ТС (класс «г)»). И хотя специфика транспортировки людей не нуждается в каких-то особых комментариях, но пару слов о ней все-таки  скажу. Начну с того,  что люди – не просто транспортируемые агенты. Больше того, они – вообще не из мира техники. Причем, люди «самотранспортировались» и до того, как они же сами изобрели и стали строить  транспортные ТС. Наоборот, это техника, в том числе, и сетевые ТС, людьми используются для своих нужд, причем, используются, в том числе, и для удовлетворения такой потребности, как перемещение из одного места в другое. Но это еще не вся специфика транспортировки людей.  Такое перемещение-транспортирование должно быть, к тому же, для людей  безопасным, что накладывает свои особые требования на те сетевые ТС, которые это перемещение обеспечивают. Свои особые требования   на такие ТС накладывает и то, что  пребывание людей при их транспортировании-перемещении должно также быть комфортным. А для обеспечения комфорта приходится создавать свои специализированные ТС, перемещаемые (теми же сетевыми ТС)  вместе с людьми (скажем, это: мебель, еда, средства гигиены, средства связи и пр., пр.).
Конечно, указанные классы сетевых ТС очень уж общие, особенно классы «а)» и «г)». И потому имеет смысл в каждом из этих классов провести разбиение на подклассы, различающиеся:
·         либо техническими особенностями того, как происходит транспортирование,
·         либо  различием транспортируемых агентов соответствующего  вида,
·         либо различием используемых для перемещения физических эффектов,
·         либо  даже особенностями упаковки транспортируемых агентов.
К примеру, можно различить в классах «а)» и «г)» подклассы (подвиды) сетевых ТС, отличающиеся по тому, каким манером осуществляется перемещение: над землей ли, по суше ли или по воде (можно еще: под водой ли, под землей ли и т.д.). И такая классификация уже пересекается с традиционной классификацией, различающей такие классы-виды сетевых ТС, как: железнодорожный, речной, морской, воздушный,  трубопроводный и т.д. транспортные системы.  
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
К слову, в случае, если  во главу угла при классификации поставить особенности упаковок транспортируемых агентов, то  тот же легковой автомобиль можно рассматривать, как разновидность упаковки.
И если  дальше развивать мысль в таком направлении,  то так называемые самодвижущиеся (по любому рельефу) упаковки можно рассматривать, как некую «антисистему» сетевым ТС класса «а)» и «г)»! И такой подход может помочь в поиске новых технических решений. Но это так, к слову.
***
 
Для полноты рассмотрения следует указать еще и на такую классификацию сетевых ТС самого общего характера, которая делается  на основе различения того, какие пространственные масштабы были нами использованы при своем рассмотрении-описании. В таком заходе к упорядочиванию множества сетевых ТС, можно выделить, к примеру, такие их классы как: мега-сетевыеТС, макро-сетевыеТСимикро-сетевые ТС. Тогда, к примеру:
·         сетевые ТС, относимые железнодорожному транспорту, будут входить в класс мега-сетевых ТС,
·         сложные складские хозяйства с развитой логистикой будут входить в класс макро-сетевых ТС,
·         а вот сетевая составляющая операционной системы компьютера будет относиться к микро-сетевым ТС.
 
Конечно, при размышлениях по поводу системной классификации далеко не все так уж просто. Так, если взять класс «б)» (транспортировка-передача энергии), то мы увидим, что в настоящее время распространены только сетевые ТС по передаче электроэнергии, и только. А если читатель укажет еще и на так называемые «тепловые сети», то, на мой взгляд, их все же продуктивнее относить (из-за их специфических особенностей) в класс «а)». Да и вообще, при классификации ТС по транспортировке энергии провоцируется много вопросов, связанных:
·         и с тем, что же все-таки понимать под энергией и т.п.,
·         и с тем, являются ли общепринятые технические решения по передаче электроэнергии и теплоты единственно возможными,
·         появятся ли в будущем сетевые ТС по передаче «световой» энергии, и еще каких-то иных видов энергии и т.п.
Но я оставляю и эти, и другие вопросы, провоцируемые подобной классификацией сетевых ТС, без обсуждения, так как   моя цель сейчас другая.
 
 
Повторяю, моя сейчас задача достаточно узкая, а именно:
·         используя сейчас описанную классификацию сетевых ТС,
·         а также используя  в качестве эталона развитости этих  ТС модель «полная Сеть»,
привести конкретные примеры перспектив развития сетевых ТС. И потому  повторно  обращаю внимание читателей на то, что  масштаб и «угол-фокус» рассмотрения-анализа, задаваемый этой моделью: и достаточно «общ» и очень уж специфичен. Сейчас чуть об этом напомню.
Эта модель сконструирована, как инструмент для описания-анализа таких сущностных и инвариантных особенностей, которые:
·         хотя нами и усматриваются в «связывающих»  взаимодействиях у современных ТС,
·         но   моделью «полная ТС» не ухватываются. 
Причем, эти самые особенности наиболее характерны и значимы применительно к информационным связывающим взаимодействиям. Так что, наиболее обстоятельный разговор про перспективы, усматриваемые в будущем при использовании такого путеводного ориентира развития, как модель «полная Сеть», состоится применительно к сетевым ТС по передаче-транспортировке информации.
Но это чуть позже.  А до того я  поговорю про перспективы, усматриваемые-открываемые с помощью модели для сетевых ТС классов «а)», «б)» и «г)». При этом я во многом буду повторять уже сказанное об этом во второй части этой статьи.
Начну я с того замечания, что  вряд ли все-все сетевые  особенности устроения и все-все возможности функционирования, заложенные в модели «полная Сеть», могут служить ориентирами для развития сетевых ТС этих классов. Это объясняется тем, что для некоторых из таких сетевых ТС такого высокого сетевого качества, что заложен в модели «полная Сеть», и не требуется (не требуется, исходя из их НС). Почему? Во-первых, специфика многих сетевых ТС из классов «а)» и (даже «б)» такова, что они по своим функциональным особенностям больше соответствуют Тр. Ведь они выполняют ту или конкрет­ную функцию по перемещению-транспортировке (скажем, по перемещению воды, отходов, топлива и т.п.), только отличаются от Тр. тем, что выполняют эту функцию по отношению не к одному, а к нескольким "адресам"). Во-вторых,  вряд ли появится «обработка» порций транспортируемых агентов в узлах-портах сетевых ТС, относимых: и в класс «а)» и в класс «г)». Хотя все здесь относительно. Скажем, чем так называемый  досмотр, а также проверка на алкоголь и пр. людей в аэропортах не является их «обработкой»?
Но наряду с учетом таких ограничений развития сетевых качеств, которые обусловлены  особенностями соответствующих  НС,  мы должны понимать и другое, а именно то, что  при сравнении сетевых ТС с моделью «полная Сеть» обнаруживаются и такие аспекты их  недоразвитости, на которые «запреты», идущие из их НС, не распространяются,  тем самым,  сравнением уже известных сетевых ТС с «полной Сетью», как образцом развитости, задаются:
·         темы интересных разработок в области таких ТС,
·         направления поиска новых технических решений.
К слову,  те же самые: и авиационные «хабы», и  современные комплексные железнодорожно-автобусные  комплексы-развязки и т.п. – чем они не примеры развитых портов-узлов?
Что еще можно сказать (в опоре на модель «полная Сеть») о перспективах будущего сетевых ТС этих классов?
Так, что касается электросетей, то напомню:
·         про такую перспективу, как создание эффективных об­ратных преобразователей  электроэнергии  в такую, которая способна долго храниться (храниться, скажем: или в виде потенциальной механической энергии, или в виде энергии гравитационного поля и т.п.), 
·         а также про такую перспективу, как создание эффективных и емких «складов» для хранения электроэнергии  (эффективных и емких электроаккумуляторов).
Что касается  Сетей класса «а)», то  наиболее бурное развитие таких Сетей наблюдалось бы при наличии какого-то универсального вещества-материала[64]. Пока же разнообразие веществ и вещей, препятствующее использованию некоторых из них, как порций связи в той или иной  Сети, компенсируется их "контейнеризацией", точнее, создани­ем универсальных упаковочных оболочек, т.е. создани­ем универсальных «конвертов», в которые упаковываются разные вещи перед запуском их в Сеть, ведь именно с ними и будет иметь дело соответствующая Сеть.
Что касается трубопроводных сетей  (тех же газовых и нефтяных трубопро­водных Сетей) хочу специально указать на еще одно ответвление направлений их развития.  Оно заключается в создании все более универсальных упаковок для передачи порций:
·         как различных топлив,
·         так и   вещей.
Это приведет к их (таких Сетей) куда большей универсализации, к созданию соответствующих универсальных транспортных Сетей топлив и вещей (при этом, возможно, удастся избавиться от необходимости предварительного заполнения трубопроводов транспортируемым агентом).
А в общем плане, такое направление можно обозначить, как развитие в направлении   все большей универсализации сетевых ТС. Развивая эту мысль и отвлекаясь  от специализации сетевых ТС,  можно указать  на такие перспективы-тенденции их будущего, как:
·         тенденция связывания между собой сетевых ТС одного и того же вида,
·         а также тенденция "переплетения" Сетей с разными транспортируемыми агентами.
Вспомним, к примеру, использование уже имеющихся электросетей в качестве еще и Сетей для пере­дачи сообщений.
 
Я сейчас вел рассказ о перспективах сетевых ТС в опоре на модель «полная Сеть». Но это вовсе не значит, что при прогнозировании будущего таких ТС следует  опираться только на эту модель. Если нас интересуют прогнозы в области развития не только их «сетевости», но и развития-роста других аспектов их полезности (аспектов повышения  их потребительских качеств), то здесь нам отличным помощником служит модель «полная ТС». Она служит продуктивным ориентиром при развитии самодействия и самоуправления таких ТС. И пользуясь таким ориентиром можно указать на такие тенденции развития сетевых ТС, как:
·         повышение качеств их самодействия и управляемости,
·         создание все более «умных» (интеллектуальных) Сетей, все более умело взаимодействующих с потребителями-пользователями.
А если наш интерес – в поиске новых технических решений в области транспортировки тех или иных транспортируемых агентов, то мы можем воспользоваться всем тризовским арсеналом (т.е. это: и приемы разрешения противоречий, и стандарты, и тризовские операторы, и приемы РТВ[65], да и вообще   функционально-структурный и вепольный анализы). 
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Не могу обойтись и без рассмотрения такого вопроса:   а какие подсказки относительно будущего сетевых ТС дает такой тризовский идеал (путеводный ориентир), как ИТС?
Сначала отвечу на такой вопрос: а что из себя представляет  этот идеал именно для сетевых ТС? Отталкиваясь от классического определения ИТС, можно его сформулировать  следующим образом: транспортируемый агент сам без всяких затрат (и сумм расплаты) мгновенно  оказывается в адресуемом месте.
Конечно же, никто из тризовских разработчиков не забывает о таком ИКР для сетевых  ТС. И мы видим, что какое-то продвижение (развитие) сетевых ТС в направлении к указанному только что идеалу (когда транс­портируемый агент сам собой куда нужно и практически мгновенно транспортируется) в мире технике все-таки осуществляется.
К слову, различные варианты такого  идеала очень часто обыгрываются:
·         и в сказочных сюжетах («явись передо мной…», ковер-самолет, конек-горбунок и пр.),
·         и в НФЛ (та же  «телепортация» вещей и людей).
Все же мы понимаем, что для составления тризовских (т.е., хотя и изобретательских, но не совсем уж   фантастических) прогнозов, следует  сделать шаг назад от сформулированного выше идеала сетевой ТС. Шаг назад,  хотя бы в том плане, что мгновенных (т.е. с бесконечно большой скоростью) переносов не бывает[66]. Что же касается рисуемых в научной фантастике возможностей так называемой телепортации, то анализ такого рода предложений  выявляет множество проблем, причем, проблем не только чисто технического, но и мировоззренческо-методологического плана. Кое-что из таких проблем я обозначу в сноске[67].  
***
 
Итак, легкую пробежку по перспективам сетевых ТС, усматриваемым в опоре на модель «полная Сеть», мы проделали. Теперь более основательно поговорим про перспективы информационных технических Сетей.
 
 
Для начала мне придется дать маленькое введение. В нем я затрону (чуть-чуть обрисую-адресую) ряд тем общего (методологического) характера. Проделаю я это:
·         с одной стороны, для достижения взаимопонимания с читателями,
·         а с другой стороны, для их лучше ориентировки в обсуждаемых дальше темах.
Я уже говорил выше по тексту, что эмерджентность живой природы ухватывается-описывается с помощью введения таких системных представлений-категорий, как: информация, информационные системы и информационные процессы. О том, что понимается под этими категориальными понятиями в системном подходе, я в этой статье уже вел речь. Кое-что из сказанного об этом выше по тексту  я сейчас напомню.
Согласно В.И. Корогодину, под таким особым первокачеством, свойственным только живой природе, как информация, следует понимать планы по достижению цели. При этом продуктивно различать генетическую, поведенческую и знаниевую виды информации, отличающиеся особенностями: как своих носителей, так и тех организованностей, которые осуществляют информационные процессы.
Далее. Под информационными процессами понимают  все множество явлений, происходящих с единицами информации. И эти процессы (информационные) выступают в живой природе в качестве процессов  ядерных, т.е. самых для нее сущностных.
Ядерными эти, очень разнообразные по своим особенностям, процессы являются потому, что через них и благодаря им происходит:
·         и порождение живых организмов,
·         и их преемственное дление,
·         и дление-эволюция   видов живых организмов в череде сменяемых смертных поколений.
Еще напомню, что  применительно к человеку и социуму происходит:  
·         как формирование в человеке личностных качеств (становление личности),
·         так и последующая (по ходу жизни индивида) эволюция-развитие его личностных качеств,
·         а также сама жизнь социума, ее преемственное в сменяемых поколениях дление и эволюция-развитие.
А происходит это, благодаря информационным процессам поведенческого и знаниевого вида и выстроенным на этой основе разнообразным процессам организации и управления.
Далее. Что касается огромного разнообразия информационных процессов, то  его описывают-классифицируют по-разному, исходя из конкретных целей-задач такого описания-анализа.
К примеру, полезно сейчас вспомнить, что все  огромное разнообразие информационных явлений-процессов можно свести к следующим их разновидностям:  порождение (создание-генерация) и гибель единиц информации, их считывание-запись, их передача-трансляция-копирование, их переделка-трансформация, наконец, их  хранение и восстановление (репарация). 
Но есть и много других подходов к классификации, использующих:  и другой масштаб рассмотрения, и совсем другие понятийные ряды.   Так, в множестве встречающихся в мире людей информационных процессов-взаимодействий продуктивно различать:
·         внутренние информационные процессы (т.е. протекающие «внутри» организма каждого человека)
·         и внешние информационные процессы (информационные процессы-взаимодействия между людьми).  
Что касается информационных процессов-взаимодействий «внутренних» (в организме каждого человека), то в виду их огромного многообразия используется много аналитических подходов. Не буду касаться описаний процессов-взаимодействий генетического вида информации, чуть коснусь известных подходов к описанию процессов-взаимодействий поведенческого и знаниевого вида информации.
К примеру, при разговоре про особенности процессов поведенческой информации, речь обычно идет про ощущения, эмоции, чувства, переживания и пр. 
По отношению к знаниевой информации и к тем процессам с ней, что происходят в нашей голове, обычно идет речь, скажем, о восприятии и «выдаче» сообщений,  о воображении, о понимании, мышлении, рефлексии, творчестве. Можно также говорить о мыследеятельности, об иерархии процессов мыследеятельности, и о таком ранге этой иерархии, как интеллектуальные процессы. Можно говорить о таких способах размышлений, как восхождение от общего к конкретному и от конкретного к общему, и пр., пр.  
Что касается внешних (между людьми) информационных процессов-взаимодействий, то и здесь приходится прибегать (в зависимости от целее и задач анализа) к разным заходам и понятийным рядам. Так, можно говорить: о властных отношениях, об образовании и воспитании и пр., пр.
Можно было бы заняться теперь упорядочиванием этих форм. Но я не буду на классификацию всего этого разнообразия отвлекаться, а обращаю внимание на следующее. Для становления и развития совокупности личностных качеств в человеке-индивиде (соответственно, для преемственного дления социума и его эволюции-развития) очень важны внешние информационные процессы такого вида, все множество которых  можно обозначить, как  общение (модный сейчас термин «коммуникация» – слишком обеднен смыслами и потому мало продуктивен).   Причем, формы-виды общения – разнообразны, это:
·         и обучающее общение,
·         и обмен впечатлениями,
·         и беседа,
·         и  дискуссии самого разного плана,
·         и такие формы, как агитация, пропаганда, и т.д.
Можно было бы заняться теперь рассмотрением особенностей этих форм. Но я и на это не буду отвлекаться, а сразу обращаю внимание читателей на то, что во всех формах общения имеет место самый значимый  (самый значимый для самого существования социума и каждого в нем индивида) аспект-результат, это – установление-достижение  взаимопонимания. Ведь без наличия взаимопонимания невозможны:
·         ни становление индивида, как личности,
·         ни  взаимодействие людей в разнообразных группах, образующих социум,
·         ни любая групповая Д. 
Не углубляясь дальше в рассказ: и про особенности общения, и про достижение взаимопонимания и их механизмы, и про уровни взаимопонимания, а продвигаясь все ближе к нашей теме, давайте различим в разнообразии процессов общения людей между собой такие их формы-виды, как:
·         непосредственное общение (через словоговорение, мимику, жесты и пр.)
·         и общение опосредованное (общение с помощью привлечения технических средств).
А в опосредованном общении нам имеет смысл различить:
·         опосредованное общение в режиме «здесь и сейчас» (в режиме «онлайн»),
·         и отложенное опосредованное общение (скажем, общение с давно умершим автором через его книги).
В настоящее время опосредованное общение осуществляется с помощью разнообразных технических средств. Причем,  разнообразие таких средств по ходу человеческой истории все возрастает:
·         от письменных текстов-рисунков  на стенах пещер
·         до современных: и мобильных сетей связи, и Интернета, и пр.
Вот мы и подошли к предмету нашего разговора – к сетевым информационным  ТС (т.е. к ТС по передаче-транспортировке сообщений).  
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Если вспомнить про то, что информационное взаимодействие сейчас встречается и среди ТС, то имеет смысл сразу подчеркнуть, что вряд ли целесообразно это взаимодействие рассматривать, как общение с целью достижения взаимопонимания. Ведь информационное взаимодействие между ТС специально проектируется и организуется разработчиками. И потому здесь следует вести речь про обеспечение согласованности (комплементарности) таких взаимодействий. Для облегчения решения задач, возникающих по этому поводу у разработчиков, вводятся специальные общие для всех разработчиков правила-стандарты взаимодействия так называемых открытых информационных систем. Так, во второй части этой статьи я уже упоминал про такой общеизвестный стандарт, как OSI.
Впрочем, по мере роста «интеллектуальности» такого рода ТС, возникает и начинает набирать силу процесс самосогласования взаимодействий между техническими информационными системами.
Еще более ярко этот момент (момент поиска взаимопонимания-согласованности) нарабатывается разработчиками применительно к тем ТС, которые помогают нам в нашей мыследеятельности. Здесь, в такого рода взаимодействии людей с ТС, становятся все более выраженными черты-свойства, которые характерны уже для общения.
***
 
Для лучшей ориентировки еще напомню про следующее обстоятельство. Как мы помним, к информационным ТС относят:  
·         как технических помощников в мыследеятельности и в управлении (это: ЭВМ, ТС-управители, БПР и т.п.),
·         так и технические средства для опосредованного общения (это: телеграф, телефон, телевизионные сети и пр.).
Так это делается потому, что все такого рода ТС имеют единообразную ГПФ, а именно: то или иное «манипулирование» единицами информации с выдачей нам (или другим ТС) полученных результатов.
Для лучшей ориентировки еще напомню про следующее обстоятельство. Как мы помним, к информационным ТС относят:
·         как технических помощников в мыследеятельности и в управлении (это: ЭВМ, ТС-управители, БПР и т.п.),
·         так и технические средства для опосредованного общения (это: телеграф, телефон, телевизионные сети и пр.).
Так это делается потому, что все такого рода ТС имеют единообразную ГПФ, а именно:
 то или иное «манипулирование» единицами информации с выдачей нам (или другим ТС) полученных результатов.
Но поскольку такой класс ТС становится все более обширным и разнообразным, то целесообразно различать (для продуктивности размышлений) в этом классе, к примеру, такие подклассы-виды, как:
·         а) ТС по хранению единиц информации (книги бумажные и электронные, патефонные пластинки, дискеты  и т.д.),
·         б) ТС по копированию и фиксации в удобном для людей виде  единиц информации (пишущие машинки, принтеры, дисплеи и т.п.),
·         в) ТС по переработке единиц информации (в состав которых в качестве функциональных ПС обычно  входят ТС видов «а)» и «б)»),это: и вычислители, и БПР и т.д.,
·         г) информационные технические Сети (сетевые ТС по транспортировке-передаче единиц информации).
При этом мы знаем, что  каждый из подобных видов ТС (в том числе, и   информационные Сети) имеет много разновидностей, причем: и более простых, и более сложных по своему устроению.
Поскольку моя сейчас задача – вести разговор о перспективах информационных ТС с использованием такого инструмента, как «полная Сеть», то я дальше  сосредоточусь на рассмотрении перспектив развития только технических информационных Сетей, оставляя в стороне вопрос о перспективах развития, например, тех же вычислителей. 
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Вопрос о перспективах вычислителей сейчас подробно  не будет рассматриваться, но  все мы прекрасно отдаем себе отчет в том, что развитие информационных Сетей без развития их функциональных ПС (узлов-портов, каналов, ОУМ) – невозможно. А основу тех же узлов-портов составляют ЭВМ. Так что, при разговоре про перспективы будущего информационных Сетей волей-неволей затрагиваются и перспективы будущего ЭВМ, но затрагиваются они косвенно, а именно: через задания тех внешних функций (ГПФ), которые ЭВМ, сидящие в узлах-портах, должны «обеспечивать-выдавать» для удовлетворения тех самых перспектив сетевых ТС. 
К слову, а что касается прорисовывания перспектив будущего  самих ЭВМ, причем:
·         как перспектив-возможностей их программного обеспечения,
·         так и возможных новых способов организации функционирования таких их функциональных ПС, как их: операционные системы, системы ввода-вывода информации, системы оперативной и долговременной памяти, ОУ и пр.,
то разговор об этом следует вести особо и в опоре на модель «полная ТС». Там, через:
·         методологическое упорядочивание (в опоре на «полную ТС») известного множества информационных ТС такого типа,
·         а также через введение  критериев их развития,  
просматривается много интересных перспектив-возможностей.  Но, повторяю, такой разговор, в виду большого объема затрагиваемых при этом тем-проблем,  следует вести отдельно.
***
 
Говоря о перспективах развития информационных Сетей, отмечу, прежде всего, что путеводным ориентиром и критерием развитости здесь выступает модель «полная Сеть». Но не только. Очень существенным подспорьем в прорисовывании перспектив развития таких Сетей служат:
·         как собственно сама такая категория, как информация,
·         так и анализ особенностей и многообразий такой формы информационных процессов в мире людей, как общение.
Именно поэтому  о перспективах  развития информационных сетей  можно сказать  так:
развитие такого средства опосредованного общения, как информационные сети, будет идти в направлении все лучшего удовлетворения всех аспектов, присущих непосредственному общению
Но такая формулировка отражает только один, самый очевидный и самый, так сказать, «ближний», аспект перспектив развития информационных сетей. А если попробовать заглянуть дальше в будущее, то можно  перспективы развития (ближние и дальние) информационных Сетей сформулировать следующим образом. Оставаясь (по родовым своим признакам) сетями  для транспортировки единиц информации (тем самым: и средством общения между людьми, и средством для информационного связывания между собой технических объектов), информационные  Сети:
·         а) по мере своего развития превращаются в нечто многофункциональное (т.е. начинают представлять собой не только средство транспортировки, но и многое другое),
·         б) и уже в таком своем многофункциональном (т.е. со многими назначениями) качестве (качестве, можно сказать, эмерджентном по отношению к своей изначальной ГПФ) информационные Сети в социуме существуют и развиваются дальше.
Я понимаю, что сейчас сказанное про перспективы (особенно про перспективы «б)», т.е. перспективы более отдаленного будущего) звучит слишком уж абстрактно.
Поэтому я только что  сказанное сейчас начну смыслово развертывать, привязавшись в своем рассказе к такой, наиболее развитой в настоящее время информационной Сети, как Интернет. Начну я этот разговор с «а)», т.е. с обрисовки перспектив роста многофункциональности Интернета.
 
***
ЗАМЕЧАНИЕ
Сразу обращаю внимание читателей на такой интересный момент. При разговоре про перспективы развития такого рода сложных технических объектов, как Интернет, речь уже не идет о смене поколений. Смена поколений ТС происходит в функциональных ПС Интернета (в его узлах, портах, каналах связи и ОУМ).  
И вот при таком его (Интернета) долговременном длении и развитии в нем идет становление того нового (эмерджентного)  качества, о котором я выше упомянул, а ниже еще буду говорить.
И еще один момент хочу отметить. Разговор о перспективах развития Интернета (и вообще информационных сетей), будет идти, в основном, со стороны пользовательско-потребительской. Это для целей, поставленных перед данной статьей, достаточно. Что же касается перспектив развития   элементной базы, функциональной организации ОУМ Сети (ее программных средств), а также устроения узлов-портов, каналов связи Интернета (а без такого развития появление нового его качества невозможно), то этот разговор, как уже говорилось, следует вести в опоре на модель «полная ТС» и, к тому же, он требует особого общеметодологического пояснения, так что его следует вести отдельно.  
***
 
Сейчас  я   коротко обрисую (на примере Интернета) тот ассортимент ГПФ, который усматривается-прогнозируется с позиций системного подхода в рамках такой тенденции-закономерности развития информационных Сетей, как рост (умножение)  их внешней полифункциональности (рост у них числа  ГПФ).
 
РАЗВИТИЕ СЕТИ, КАК СРЕДСТВА «ОНЛАЙН» ОПОСРЕДОВАННОГО  ОБЩЕНИЯ
Эта ГПФ – и "первичная", и «генеральная» (ведущая) для информационной Сети. И она постоянно развивается в сторону повыше­ния ее (своей) функциональности (т.е. в сторону прироста качественности опосредованного общения). В ре­зультате:
·         а) по мере развития Интернета создается возможность общения индивида практически с любым другим индивидом во всем ареале человеческого обитания;
·         б) опосредованное онлайн общение между людьми, осуществляемое с его помощью, тоже развивается, становится все более "полноценным" (т.е., со все более качественно оформленным "эффектом присутствия" собеседни­ка: от простого текстового общения – к аудиально-визуальному, а в будущем возможна добавка и запахового, и тактильного "контакта").
Отмечу два важных и в чем-то противоположных следствия для человечества, вытекающие из развития этой ГПФ Интернета.
С одной стороны, становление такой мировой информационной Сети означает гомогенизацию-глобализацию общечеловеческого поведенческо-знаниевого «общака». И это – один из основных факторов «глобализации», окончательного становления человечества, как единого целокупного целого, что имеет, конечно же, колоссальнейшую важность, причем:
·         а) и для потенций развития индивида,
·         б) и для развития человечества, как единой общности, единого-целостного социума.
С другой стороны, одновременно с такой гомогенизацией-глобализацией общечеловеческого поведенческо-знаниевого «общака», создается и альтернативная этой самой глобализации возможность формирования новых и самых разных автономных сообществ. Повторяю. Если в первом («а)») следствии можно усмотреть и такую тенденцию, которую можно назвать, как «глобализация» людских этносов, то во втором можно усмотреть антиглобализирующую возможность появления (причем, благодаря развитой и глобальной(!) информационной Сети) консорций и даже этносов[68] нового типа. Новизна этих образований этнического типа – в "распределенности", "рассеянности" от­дельных ее представителей среди других индивидов при сохранении специфической групповой оргуправленческой активности (группового ИОА), т.е. активности, подобной той, которая присуща ИОА у консорций-этносов "старого" типа[69].
Итак, обеспечение онлайн опосредованного общения со все растущим качеством такого общения, приближающим его по своему «качеству» к непосредственному общению, – закономерность развития генеральной ГПФ информационных сетей. Одновременно следует особо отметить, что информационные сети (конечно, при соответствующей своей организации и развитии) могут обеспечивать:
·         как новые формы диалога,
·         так и новые формы полилога.  
И в связи с этим я хочу особо выделить три значимые и развивающиеся разновидности генеральной ГПФ информационной сети.
 
ТРИ ЗНАЧИМЫЕ РАЗНОВИДНОСТИ «ОНЛАЙН» ОПОСРЕДОВАННОГО ОБЩЕНИЯ
Первая разновидность – это такая форма опосредованного онлайн диалога, как  опосредованное онлайн общение госорганов и других групповых субъектов с отдельными гражданами. Сюда входит и такой подвид, который сейчас часто называют «электронным правительством». Читатель сам может продолжить анализ в этом направлении.
Две другие разновидности относятся к опосредованному общению в виде полилога, т.е. в виде опосредованного онлайн общения сразу нескольких людей.
В качестве первой разновидности такого полилога  следует отметить такую, как возможность организации опосредованного онлайн полилога с целью решения тех или иных проблем. Дело в том, что информационные сети позволяет гораздо шире практиковать групповую (коллективную) коммуникацию-мыследеятельность, поскольку исчезают те пространственные и экономические затруднения, которые ранее ограничивали распространение в социуме такой формы общения. При этом появляются дополнительные возможности у такой (т.е. «групповой») формы мыследеятельности (возможности, ранее трудно реализуемые), а именно, появляется:
·         возможность подключения к ней (к группе размышляющих) любого нового участника (даже не «запланированного»),
·         возможность самоорганизации единиц групповой мыследеятельности и пр.
А это – очень значимый фактор для ускорения темпов решения встающих перед людьми и человечеством проблем и вызовов. И понятно, что такая очень значимая разновидность опосредованного общения будет развиваться (а для этого необходимо развитие соответствующего программного и «железного» обеспечения).
Вторая разновидность в форме опосредованного онлайн полилога, это   – обеспечение-проведение групповых сетевых игр. Имеет смысл ее выделить и особо анализировать потому, что этот вид общения (игровой) имеет свои направления эволюции-развития, в том числе, и такие, которые могут представлять значимую угрозу(!) для индивидов и социума. Когда я говорю об угрозе, я имею в виду:
·         не обучающие-развивающие игры,
·         а игры «азартно-развлекательные».
Особость и специфичность (да и угроза) возникает здесь из-за того, что для таких игр создаются и по мере этих игр развиваются в Сети специфические игровые реальности-действительности (их можно обозначить, как виртуальности). Но в подробности угроз, здесь возникающих, я не вдаюсь.
 
ПОВЫШЕНИЕ  КАЧЕСТВА ОБС­ЛУЖИВАНИЯ ("СЕРВИС") ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ
Такая тенденция (перспектива) развития, как повышение качества обслуживания пользователей (повышение «дружественности» информационной Сети при коммуникации с ней внешних пользователей) обеспечивается созданием и развитием специальных программных средств, часть из которых включается в те ОУМ, которые отвечают за обеспечение других ГПФ Сети.
Скажем, Билл Гейтс в своей книге[70] указывает на следующие типовые функционально-струк­турные выделенности общей ОУМ Сети, которые способствуют тому, чтобы пользователю использовать Сеть для удовлетво­рения своих потребностей общения качественно, быстро и экономно. Это такие базовые методы выборки из Сети пользователем требуемых сведений, как:
·         "запросы"(queries),
·         фильтры (filters),
·         пространственные навига­торы (spatial navigation),
·         гиперсвязи (hyperlinks),
·         агенты (agents).
Запросы и фильтры отбирают сведения, отвечающие заданным критериям, а отличие между ними в том, что запросы идут на всю имеющуюся информацию, а фильтры – только на новую (поступающую). Запросы осуществляются с помощью специальных поисковых программ, которые устроены так, чтобы быть в курсе всего того, что в Сети появляется.
Агент – это уже специальная запрашивающая и/или фильтрую­щая программа (ОУМ, ИИС), которая является вашим личным (индивидуализирован­ным к вам) посредником в той или иной области.
Пространственная навигация представляет собой нечто вроде карты для путешествия по морю информации, с ее помощью вы намечаете маршрут и/или цель путешествия. Графический интерфейс позволяет быстро прибывать на намеченное место и знакомиться с этим «местом» в любом "масштабе". К примеру:
·         сначала справка о сети музыкальных магази­нов,
·         затем справка о музыкальном магазине в Москве (скажем, на Новом Арбате),
·         затем каталог "Машины времени",
·         затем эпизод пес­ни "...." диска этой группы, вышедшего там-то и тогда-то.
А с помощью так называемого гипертекста можно тут же узнать, какая техника использовалась для этого музыкального диска, какое развитие по­лучила техника записи с тех пор и т.д. и т.п.
К слову: пространственную навигацию можно рассматривать, как разновидность «запроса». А для удовлетворения запросов, касающихся наличествующих в Интернете знаний, произведений искусства и пр. разрабатываются специальные поисковые программы.
В итоге, с помощью разнообразных навигационных средств можно путешествовать (не на своих двоих, а, так сказать, виртуально):
·         как по Сети, по ее узлам-портам,
·         так и по всем освоенным человечеством географическим и космическим местам,
·         а также по местам (топам) художественных, научных и т.п. знаний (естественно, если информация об этом попала в Сеть).
 
Сеть стано­вится со временем хранилищем самых разнообразных культурных достижений (в области науки, техники, искусства, коллекционирования и т.п.), а точнее, она начинает выполнять функции самых разных музеев, библиотек, галерей и пр., причем, таким хранилищем-транслятором, которое доступно для посещения и использования хранящихся там богатств любому пользователю Се­ти.
 
СЕТЬ, КАК ОБУЧАЮЩАЯ СИСТЕМА
В тесной увязке с культурной развивается функция обучающая.
Здесь, в такой тенденции-перспективе, усматриваются две составляющие.
Первая составляющая –  расширение за счет Сети возможностей традиционных форм обучения. Имеются в виду традиционные формы обучения, идущие по схеме: «учитель – ученики», но опосредованные теперь Сетью (т.е. идущие теперь по схеме: «учитель –   Сеть – ученики»). А что это дает для социума и для его будущего? Дает хотя бы то, что благодаря Сети возможно неограниченное расширение учебной аудитории для выдаю­щихся учителей. А это очень значимо для социума.
Вторая составляющая – использование  обучающих возможностей самой Сети (обучение, идущее по схеме «ученик – Сеть», точнее, «ученик – обучающая сетевая программа»). Для этого уже сейчас начинают создаваться и развиваться различные обучающие программы, которые запасаются (пребывают) в Сетях. На них, как на «строительном материале», вырастают различные сетевые обучающие организованности, кото­рыми может воспользоваться любой пользователь.
 
"РАЗВЛЕКАЮЩАЯ" ФУНКЦИЯ СЕТИ
Такая ГПФ, это – виртуальные путешествия, зрелища, игры и т.п.
Коммента­рии по поводу развития и саморазвития этой ГПФ я оставляю чита­телям.
Только еще раз отмечу, что:
·         бурное развитие индивидуальных и групповых игр,
·         в том числе, и развитие игр, так сказать, натуральных (т.е. вне Сети, но уже с использованием возможностей Сети),
·         а также погружение все большего числа людей в виртуальные игровые миры, –
чревато для человечества.  
 
СЕТЬ, КАК ОПОСРЕДОВАННЫЙ ИНСТРУМЕНТ МЫСЛЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ, В ТОМ ЧИСЛЕ, КОЛЛЕКТИВНОЙ МЫСЛЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Буду здесь краток. Имеется в виду такое назначение (ГПФ) и тенденция развития: создание различных программ, помогающих в решении тех или иных мыс­лительных задач (мыслительные техники, логики).
Такие программы   накапливаются в Сети и становятся доступны для всех пользователей, помогая им в их мыследеятельности.
***
Собственно, в такой роли-функции выступают не только информационные сети, но и такие ТС, как ЭВМ. Но возможностей здесь у сетей гораздо больше. Больше того, и сами ЭВМ из сети и через сети повышают свои «интеллектуальные» возможности.
***
К тому же, здесь есть и еще одна, очень интересная и значимая для людей, сторона.   Сеть становится техническим средством:
·         и организации коллективной мыследеятельности,
·         и повышения эффективности такой мыследеятельности.
И в помощь такого рода коллективной мыследеятельности то же имеет смысл развивать соответствующие программные средства.
 
ХОЗЯЙСТВЕННО-КОММЕРЧЕСКАЯ ФУНКЦИЯ СЕТИ
"Хозяйственно-торговая" функция Сети позволяет пользователю "посе­щать" предприятия торговли, делать выбор и заказ необходимых пользователю товаров, делать подарки, получать ответы на свои товарные запросы, заключать сделки и пр., и пр.
 
ФУНКЦИИ СРЕДСТВ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ
Имеется в виду использование Сети новостными агентствами, а также другими субъектами (и индивидами, и организациями, общественными и политическими) с целью распространения своих текстов. Сюда можно отнести и так называемые «социальные сети» Интернета.
Эту ГПФ я оставляю без комментариев, читатель пусть порас­суждает на эту тему самостоятельно.
Только напомню про известное высказывание В.И. Ленина: «газета – не только коллективный агитатор, но и коллективный организатор».
 
ФУНКЦИИ ЛИЧНОГО СЕКРЕТАРЯ И ПОМОЩНИКА
Здесь имеется в виду не индивидуальные порты, а нечто иное. Имеется в виду формирование в Сети программ и соответс­твующих компьютерных устройств по предоставлению самых разных услуг из области индивидуального обслуживания пользователей (в диапазоне услуг: от контроля самочувствия, психологической помощи и т.п. до секретарских услуг, а также по оказанию помощи: в размышлениях, в принятии решений и пр.).
 
ФУНКЦИИ МЕДИЦИНСКОГО И СОЦИАЛЬНОГО АНАЛИЗА И ПОМОЩИ
Логично предположить развитие ГПФ Сети по оказанию справочных (и не только справочных, если вспомнить развитие средств коммуникации «индивид-компьютер») услуг медицинского и социального характера, причем:
·         не только индивидуальным пользователям,
·         но и структурам(!) социального (общественного) и государственного оргуправления.
Развитие этой ГПФ имеет много интереснейших разветвлений. Но поговорю про это ниже.
 
ФУНКЦИИ КООРДИНАЦИИ И УПРАВЛЕНИЯ ВНЕШНИМИ («ФИЗИЧЕСКИМИ») ОРГАНИЗОВАННОСТЯМИ (ОБЪЕДИНЕНИЯМИ-КОМПЛЕКСАМИ ВНЕШНИХ ТС)
Применительно и к внешним (для Сети) техническим устройствам с развитым контуром внутреннего управления (самоуправления) Сеть тоже может выполнять разнообразные функции.
Так, применительно к устройствам типа автономных ТС-сигнализаторов Сеть может выполнять:
·         функции накопителя принимаемых сигналов,
·         их «обработки» (такая «обработка» может иметь разный  «интеллектуальный» уровень),
·         передачи в соответствующие «инстанции»
·         и даже принятие тех или иных оргуправленческих решений и выдачи соответствующих команд.
Применительно к автономным ТС, выступающим в функции исполнительных устройств,  Сеть может выступать:
·         и как посредник по передаче команд,
·         и как  БПР (блок принятия решений).
По отношению к таким  автономным группам ТС, у которых уже есть  развитые контуры внутреннего управления, Сеть может выполнять и функции информационной связи-«трансмиссии» для их (таких ТС)  некой групповой самоорганизации. К примеру, Сеть применительно к такой ТС, как «Дом» (жилище), может:
·         по отношениию к тем  вещам, которые входят в состав жилища по отношению к друг другу автономны,  выполнять  функции координирующего и «высшего» по приоритетности их органа управления,
·         а по отношению к жильцам выполнять функции, в чем-то аналогичные функции «личного» секретаря.
 
ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ПОРТЫ И ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ПОСРЕДНИЧЕСТВО
 Развитие такого технического направления, как «персональные» компьютеры, позволяет создать индивидуальные посреднические порты-узлы для интеллек­туального общения индивида с Сетью. 
Здесь большие перспективы:
·         и по сращиванию мобильных телефонных сетей  с Интернетом (через такие индивидуальные порты, как те же самые персональные компьютеры, айфоны, смартфоны и пр.),
·         и по сращиванию с Интернетом телевизионных сетей.
 
РЕПАРАЦИОННЫЕ И ЗАЩИТНЫЕ ФУНКЦИИ СЕТИ
Эти функции предназначены, в основном для внутри сетевого употребления.
Они порождаются и развиваются в связи с теми проблемами, которые возникают при развитии информационных Сетей, и я подобные функции немного пообсуждаю в следующем подразделе.
                                                    
Приведенный перечень ГПФ Сети, конечно же: и не исчерпывающий, и не безупречный по своей  логике различения тех или иных ГПФ Сети. Это первое, что следует отметить.
А второе, на что имеет смысл обратить внимание, касается перспектив развития этих ГПФ. Мы должны себе отдавать отчет в том, что темпы эволюции-развития этих ГПФ, а также степень использования их людьми (тем самым, и степень их влияния на социум) –     зависят от многих текущих факторов социального и психологическо-воспитательного плана.
Наконец, третье. Развитие информационных Сетей (того же Интернета):
·         наряду с нарастанием их полезностей
·         сопровождается и нарастанием угроз-вредностей.
Собственно скособоченность развития я пообсуждаю попозже, а  до того пообсуждаю, так сказать, антиперспективы информационных Сетей.                                                    
 
Наряду с ослепительными перспективами и полезностями, ожида­емыми от развития и распространения технических организованностей, относимых к информационным Сетям, необходимо отметить и те вредные побочные продукты, те вредности, которые появляются при таком бурном их распространении и развитии.
 
ОПАСНОСТИ ПРИ ОБЩЕНИИ ЧЕРЕЗ СЕТЬ
Да, возможности общения людей с распространением и развитием информационных Сетей – возрастают, но поскольку это общение идет:
·         через техническое устройство (т.е. через Сеть),
·         причем, че­рез устройс­тво УПРАВЛЯЕМОЕ (в том числе, управляемое кем-то сторонним для общающихся, т.е. управляемое ИЗВНЕ), –
то появляется:
·         возможность вносить в это общение "со сторо­ны" не только помехи (что тоже плохо), но и всякую дезинформа­цию[71]
·         а также возможность информацию воровать и использовать в своих целях,
т.е. появляется, причем  во все растущем количестве и ассортименте, так называемый информационный «криминал».
Кроме того (а может быть "в том числе") здесь, в информационных Сетях, можно запускать (с целью некоего псевдо общения):
·         разнообразных "дублей",
·         неполноценных двойников,
·         неких выдуманных информационных персонажей, вплоть до персонажей-фантомов[72], не имеющих ничего общего с истинным их отправителем.
К слову, появление фантомов возможно применительно ко всем упо­мянутым ГПФ Сети, что может принести (наряду с активничающим в Сети «криминалом»), массу издержек и вредностей.
Далее я остановлюсь на ряде типичных опасностей-угроз, которые представляются значимыми.
 
НАРУШЕНИЕ КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТИ
Из-за всё большей приобщённости пользователя к Сети, он ос­тавляет там все больше авторских "следов", отпечатков своей личности, в том числе, и таких, рассказывать о которых он не хотел бы.
Таким образом, возникает трудноразрешимая для Сети проблема сохранения конфиден­циальности.
 
ПСЕВДОКУЛЬТУРА И АНТИКУЛЬТУРА
Такая функция Сети, как «культурная» и ей подобные, порождает возможность вбрасывания в Сеть и распространения в ней:
·         и различных эрзацев культуры,
·         и различ­ных образцов "жизнеотрицающего" (по Л. Гумилеву) мировоззрения,
и вообще возможность ввода псевдоинформации самого разного рода, скажем:
·         псевдособытий,
·         псевдофак­тов,
·         псевдотеорий и пр.
В результате в Сети возникают и накапли­ваются некие сорные текстовые (да и просто текстоподобные) отдельности, причем, они оказываются перемешанными с текста­ми, содержащими реальную (полезную для развития социума и индивида) информацию. И далеко не все могут разобраться, где что.
 
ПОРОЖДЕНИЕ АКТИВНЫХ АВТОНОМНЫХ ПРОГРАММНЫХ ОБЪЕКТОВ («СУБЪЕКТОВ» СЕТИ)
Напоминаю, что, помимо порождения текстового сора и криминала, могут порождаться[73], а затем длиться, воспроизводиться и эволюционировать-развиваться в Сети автономные и активничающие программные объекты, по-своему взаимодействующие, изменяющие и преобразующие свое информационное окружение.  
Такие образования можно рассматривать, как некие активничающие «субъекты» Сети, которые будут ей «вредны», скажем, будут мешать функционированию Сети.   
 
НАЛИЧИЕ ВНЕШНИХ АДМИНИСТРАТОРОВ И ОРГУПРАВЛЕНЦЕВ СЕТЕЙ
Сети имеют внешние контура оргуправления с высшим приоритетом. Эти внешние контура имеют многочисленные оргуправленческие функции, в рамках которых у внешних людей-оргуправленцев (администраторов Сети, разработчиков и т.п.) появляется:
·         возможность властного управления практически всеми ГПФ Сети,
·         возможность осуществлять там (в Сети) ту или иную политику.
И тогда появляются самые разные конфликты интересов, примеру, конфликты:
·         между оргуправленцами Сети и политиками тех или иных государств,
·         между пользователями и оргуправленцами,
·         между пользователями разного типа,
·         между оргуправленцами разных регионов,
·         между оргуправленцами разных ГПФ Сети и пр.
 
ПРОБЛЕМА ЦЕНЗУРЫ
В связи с только что сделанным перечнем вредностей имеет место необходимость введения некой ЦЕНЗУРЫ, осуществляемой по отношению к вводимым в Сеть, хранимым и циркулирующим там текстам.
Но какой цензуры? Попробу­ем определиться с этим.
Вспомним, что по отношению к средствам массовой информации никем, вроде бы, не оспаривается целесообразность некой цензуры (т.е. введение запретов, «редактирование» и пр. управляющие воздействия). Скажем, повсеместно используется введение ограничений на помещение текстов с фрагментами «жизнеотрицаю­щего» мировоззрения (выражаясь наиболее общо и используя терминологию Л. Гумилева).
Можно было бы неч­то подобное такой цензуре вводить и для Сети.
Но при этом кто (какая организованность) в Сети будет оценивать и ставить галочки: это сюда (т.е. пропустить), это туда (т.е. запретить)?
Вопросы этого плана –   проблемные.
Для примера, иллюстрирующего имеющийся здесь узел проблем, затрону лишь один аспект. Допустим, организованность с такой функцией в Сети появилась и начала осуществлять свои функции (что тоже далеко не просто и проблемно, но я это не затрагиваю обсуждением). Так вот, при осуществлении своих функций у нее встретится такое затруднение. Конечно, есть тексты, качество   которых можно чет­ко, так сказать, диагностировать (скажем, оценить: сор – не сор, вреден – полезен и т.д.). Ну, а как быть в «пограничных» случаях, когда «диагноз» относительно текста поставить затруднительно, а таких текстов в Сети будет значительно больше того числа, которое сейчас встречается в «классической» печати (в печатных органах)?
Немного поясню, о каких пограничных случаях идет здесь речь.
Для "простого" примера «пограничных» случаев возьмем области псевдотекстов и фан­тастических текстов. Цензура здесь затруднена из-за такого свойства информации, как по­липотентность. Из-за этого некий фрагмент текста, оценивае­мый (даже всеми экспертами), как псевдо-текст или как текст, представляющий собой якобы ненужную никому фантазию, через какое-то время может оказаться востребованным для пользователей, т.е.   его «выбраковка» была бы ошибкой, полезнее (для социума и его будущего) было бы его оставить. Чтобы подобных ошибок избежать, приходится допускать присутствие в банках Сети текстов, воспринимаемых большинством, как информационный "мусор", "псевдотекст". А тогда, т.е. при таком послаблении относительно псевдотекстов, где тогда установить границу (порог) для выбраковки?
Причем, если даже взять только область осмысленных (по мнению цензоров) текстов, то и здесь очень не просто разбираться с диагностированием «вредности-полезности» относительно многих из них.
Из подобного рода затруднений возникает трудноразрешимая оргуправленческая проблема РАМОК допустимого КОНТРОЛЯ, РЕДАКТИРОВАНИЯ и ЦЕНЗУРЫ по отноше­нию к вводимым и хранимым в Сети текстовым фрагментам знаниевой информации.
Эта проблема для человечества – не новая, она, применительно к отдельному сообществу или группе людей, стояла и раньше, и реша­лась она в самом своем начале (еще до появления технических средств массо­вой информации через процессы воспитания и установления некоего правового режима регулирования активности индивидов и групп данного сообщества.
После по­явления ныне традиционных форм и средств оперативного распространения знаниевых текстов для массового пользования (СМИ) появились (почти с ними одновременно) и процессы их контроля, редактирования и цензуры, но применительно к человечеству в целом такая проблема тогда звучала значительно более "мягко" из-за множественности и автономности источников СМИ, т.е. из-за:
·         автономности издательств,
·         автономности редакторов, цензоров и цензур,
·         автоном­ности культурных хранилищ,
·         и всего такого прочего.
Здесь же, в рамках появления и тотального развития[74] единой мировой Сети, есть возможность-угроза появления своего собственного "института «правды»", единственного и «самого-самого», со всеми вытекающими из этого последствиями.
 
ПУТИ БОРЬБЫ С ВРЕДНОСТЯМИ
Очерченное выше поле вредностей и проблем порождает новое пространство для исследователей и изобретателей, а именно, поле поиска путей борьбы с описанными выше воз­можными вредностями. Они (средства борьбы) только зарождаются. Перечислю (в произвольном по их значимости порядке) некоторые из них.
Для ослабления влияния возможного глобального редактирова­ния и цензуры целесообразна максимальная автономизация отдельных фрагментов мировой Сети.
Против разгула сочинительства вредных "виртуалок" могут помочь "запреты" и "ограничители" (общие и индивидуальные) тако­го типа, нарушение которых приносило бы реальные ("по жизни") неприятности пользователям-нарушителям.
Необходимо наличие специальных программ "реанимации" "са­нации" (работающих наподобие иммунных клеток организма).
Соблюдению конфиденциальности может помочь индивидуальная шифровка сообщений разного рода и включение в индивидуальные порты программ, позволяющих индентифицировать пользователя только опре­деленному кругу доверенных адресатов ("приватизация" пользова­тельских возможностей).
Имеет смысл разбиение множества пользователей на различные ранги, отличающиеся степенью доступа и объема пользования.
Отделению "зерна от плевел" может помочь обязательное рубрицирование самими авторами своих текстов и их авторская не стираемая на текстах метка (здесь для реализации опять же понадобится помощь индивидуальных портов).
В принципе, в Сеть, в дело борьбы со вредностями в ней, войдет все то (в той или иной форме), что уже наработано по подобным (правовым и моральным) вопросам в мировой человеческой практике (в том числе в области властных мер, поддерживающих действенность правового поля социума (его исполняемость, ему следование)). Я думаю, что читатели, подумав, могут существенно дополнить конкретными предложениями только что сказанное.
Но обращаю внимание читателя на то, что вводимые меры и ограничения будут работать против уни­версальности (и тем самым против идеальности) мировой Сети, понимаемой, как:
·         и возможность для авторов «вбрасывать» в Сеть для хранения и использования любые тексты-сообщения,
·         и возможность доступа для каждого пользователя к любым имеющимся в Сети текстам-сообщениям.
 
 
Рассмотрение перспектив развития информационных Сетей и тех опасностей-угроз, которые при этом ожидаются, до сих пор производилось мною, так сказать,  теоретически. Т.е. оно выстраивалось-выводилось  понятийно-логически, исходя из общих свойств:
·         как такого первоначала-первокачества, как информация,
·         так и из той информационной автомеханики, которая свойственна образованиям, относимым по своим особенностям к информационным Сетям.
Причем, подобный прогноз можно было выстроить еще где-то в 90-х годах (что собственно, именно тогда и было проделано, а сейчас в него внесена лишь небольшая правка).
Теперь интересно сравнить такое теоретическое рассмотрение с практикой, с реальной историей того же Интернета, посмотреть на то, что  из описанного выше уже реализовалось, какая из возможных тенденций развивается быстрее, какая медленнее и т.д.
Так вот, сравнив теоретическое рассмотрение с реальным развитием Интернета, можно прийти к тому выводу, что это развитие происходит «скособочено». Что я под этим  имею в виду?
Те перспективы, которые с точки зрения человеческих идеалов (ценностных ориентиров) наиболее интересны, развиваются медленнее, чем это возможно, а нарастание угроз и опасностей, провоцируемых Интернетом, нарастает гораздо быстрее, чем это видится, исходя из теоретического рассмотрения.
На мой взгляд, приводит  к этому, главным образом,  действие таких двух факторов.
Один из этих факторов при «теоретическом»  составлении прогноза вовсе не учитывался. Это –   коммерциализация Интернета. К чему приводит действие этого фактора? Скажу об этом пару слов. То самое: и  «скособочивание», и  торможение развития (не говоря уже о засилье спама), вызывается  тем, что порты-узлы и их информационное содержимое (сайты, серверы и пр.) в Интернете не только приватизированы, но и включены в товарно-денежные отношения. И потому здесь очень ярко подтверждается то, что развитие чего-то, идущее через коммерческий интерес, – всегда конъюнктурно и сиюминутно.
Возьмем в качестве примера рост возможностей онлайн общения. Стремление собственников этих мест общения («залов») не просто к окупаемости, а к получению прибыли, а также к паблисити и т.п., приводит к куче «плохих» последствий. О некоторых сейчас упомяну.
Скажем, отдается предпочтение умножению возможностей лишь поверхностного общения (выпускание эмоционального пара, болтовня, сплетни и т.п.). Порождается (в виду их быстрой окупаемости-выгодности) все больше узлов-сайтов, занятых такого рода общением, начинает тут работать погоня за модными сайтами и прочая рыночная суета.
В то же время, общение достаточно высокого уровня все больше затрудняется. Здесь сказывается   засорение сайтов кучей сторонней рекламной болтовни (сквозь нее  к собеседникам все труднее достучаться), а также   рост такой «заорганизованности» общения, которая только мешает приблизиться к достоинствам прямого общения.
Опасен здесь и такой «прогресс».  Развитие портов направлено, в основном, на все большее упрощение ими пользования, а это (вкупе с обилием развлекаловки и т.п. умножающихся услуг  Сети) все больше работает  на «тупого» пользователя, не способствует развитию индивидов, тем самым, приносит вред социуму.   
Я уж не говорю про то, что собственники очень мало заинтересованы вкладываться в развитие других ГПФ Сети.  
***
В общем плане об этом же можно сказать и так. Конъюнктурность и стохастичность рыночных стимулов приводит к «броуновости» и «колебательности» эволюции сетевых качеств информациионных Сетей и, соответсвенно, качеств опосредованного общения. Впрочем, это (т.е. «броуновость» и «колебательность») эволюции-развития, проистекающая из-за стохастичности и многостимульности современного социального управления, имеет место и в других сферах жизни социума.
***
 
Второй фактор  выходит на оргуправление Сетью извне, точнее, он заключается в отсутствии в  таком внешнем управлении  продуманных стратегий развития. Развитие здесь отдано на откуп стихии. Сложность здесь еще и в том, что  даже если и начать усиливать-улучшать такого рода управление (т.е. если начать управлять Интернетом с целью его развития), то для этого:
·         с одной стороны требуется: а) приобретение системного видения и б) энтузиазм разработчиков,
·         а с другой стороны, требуется финансовая поддержка (и со стороны государства, и со стороны бизнес-ангелов), поддержка значимых, но затратных разработок, развивающих собственно Интернет, т.е. развивающих те его многообразные ГПФ, которые вытекают из целесообразной его автомеханики и выше были обозначены.  
А поскольку всего этого пока нет, то те тенденции развития, которые при теоретическом рассмотрении усматриваются (и выше были перечислены), так и остаются в потенции, в зачатке.
Впрочем, применительно к информационным Сетям исправить положение, сделать этот фактор действенным, – все же несколько проще, чем ко многим другим сферам жизни социума, ведь благодаря методологии системного подхода стратегии здесь выстроить легче.
 
На сказанном я эту тему завершаю, пора перейти к другому аспекту развития информационных Сетей, который не так очевиден, а именно, к становлению там совсем нового качества.
 
 
Теоретический анализ, опирающийся на такие системные категории, как «информация» и «оргуправление», позволяет делать и более «дальние» прогнозы, видеть перспективы и более отдаленного будущего информационных Сетей.
Эти перспективы связаны  с развитием самоуправления и следующим отсюда ростом интеллектуальной сложности информационных Сетей (тем самым, они связаны со становлением того нового и  эмерджентного качества, которое выше упоминалось).
Сначала попробую пояснить, как появляется и растет такая тенденция-закономерность, как рост-развитие  самоуправления. Это я проделаю, обсуждая процесс появления и развития самоуправления  у  ОУМ, заведующих отдельными ГПФ Сети.
Возьмем для примера такую ГПФ Сети, как так называемое библиотечно-музейное обслуживание.  Здесь, в деле:
·         наращивания качества библиотечного обслуживания,
·         увеличе­ния ассортимента культурных услуг (консультации и пр.),
·         дружественности коммуникации (как-то: учет привычек и интересов пользова­теля  и др.),
можно начать  фикса­цию, анализ и учет запросов пользователей (в том числе, анализ изме­нения пользователями со временем формулировок своих запросов, анализа тенденций эволюции запросов). Учет всего это позволяет  корректировать и  развивать  ту  ОУМ, которая обеспечивает выполнение  данной ГПФ. Для этого, конечно, понадобится разработка соответствующего программного обеспечения. Ну а еще  дальше можно прогнозировать тенденцию саморазвития ("самообучения") Сети в направлении указанных только что сторон повышения качества библиотечно-музейного обслуживания.
Если теперь взять «обучающую» ГПФ Сети, то соответствующую сетевую ОУМ тоже можно сделать самообучающейся. Причем, здесь имеется в виду:
·         не только самопополнение учебных программ новыми знаниями, выискиваемыми самой этой ОУМ,
·         но и саморазвитие собственно обучающих (дидактических) потенций подобных программных сред.
А если взять ГПФ по оказанию медицинских и социальных услуг, то, скажем, на основе анализа характера взаимодейс­твий пользователей с мировой Сетью (что может осуществляться самой Сетью), можно для социальных и политических оргуправленцев диагностировать:
·         меди­цинскую и социальную "температуру",
·         появление неких массовых людских увлечений (а также   фобий) и их динамику,
·         политические , идеологические и научные устремления,
т.е. описывать некие психологические, социальные, экономические, политические:
·          «метеоусловия»,
·          «погоду»,
·          «климат» и т.п.
Итак, резюмирую.  
ОУМ (управляющие программные среды) информационных Сетей можно сделать самообучающимися (и при этом – взаимодействующими), а это закладывает потенцию-возможность для возникновения новых интеллектуальных процессов в Сети, подобных уже подлинно человеческим, т.е. подобных: рефлексии, пониманию, осознанию-осмыслению и т.п.
А теперь возьмем такой аспект.  Самоусложнение ОУМ (а также: раз­витие организованностей типа индивидуального порта, хакерская активность и т.п.) может привес­ти к появлению и существованию (уже в Сети!) достаточно сложно органи­зованных информационных образований, автономно(!) существующих и обладающих собственной широкого спектра активностью, направлен­ной на свое внешнее информационное окружение (появление в Сети своего рода инфор­мационных сетевых "субъектов" и их "сообществ"). Подобные образования для внешних пользователей – «виртуальны» (даже не заметны), но для самой Сети (для ее функционирования, для ее «устойчивости», «самочувствия» и пр.) – очень даже реальны, они для Сети: и действующие, и действенные.
***
Здесь напрашиваются интересные аналогии: и с процессами, протекающими в сознании индивидов, и с некоторыми встречающимися там аномалиями, но чтобы это всерьез обсуждать, следует предварительно особенности нашего сознания описать методологически.
К сожалению, если и есть здесь интересные исследования, то их результаты известны  только в рукописном виде.
***
Параллельно с такими процессами, будет происходить и процесс  сращивания разнообразных информационных Сетей в некую единую мировую Сеть Сетей. А она уже будет (благодаря действию этих двух факторов-тенденций) представлять собой:
·         не просто общепланетную надсистемную совокупность самых разных информационных Сетей,
·         но и некий информационный реактор.
Этот я особо подчеркиваю. Прогнозируемая в будущем мировая Сеть Сетей становится:
·         а) не только все более удобным средством опосредованного общения людей между собой в масштабах всего человечества,
·         б) но и участником (как бы субъектом) особой формы общения, а именно, общения, в котором по отношению к людям сама Сеть выступает консультантом, советчиком, помощником и пр., и пр.,
·         в) а также самоусложняющимся информационным реактором.
В итоге, где-то в сравнительно отдаленном будущем  можно вести речь о становлении мировой технической информосферы. Я не буду в подобную перспективу углубляться, здесь  требуется отдельный разговор. Только еще отмечу, что абстрактно-метафизические и даже в чем-то теистические рассуждения о Ноосфере, начатые с легкой руки знаменитого академика В.В. Вернадского, здесь (т.е. при рассмотрении с позиций системного подхода будущего информационных Сетей) смыслово переиначиваются и приобретают свою инженерную и изобретательскую плоть и кровь.
Говоря о подобного рода перспективах, следует еще отметить, что процесс распространения и переплетения различных Сетей можно рассматривать, как процесс становления организованной (тех­нической) среды обитания для тех ТС, которые вытеснили и продолжают вытеснять человека из актов все более сложной Д. Повторяю. Именно с появлением и развитием сетевых ТС и становлением по ходу такого развития совокупности множества технических Сетей возникают продуктивные механизмы для реализации (для строительства)  технических комплексов (ТС) самых высших рангов. Но и этот очень интересный аспект следует обсуждать особо.
Что же касается темпов реализации описанных выше ближних и дальних перспектив, то это зависит от тех умонастроений и от того уровня рыночной суеты, которые имеют место в мире людей. Пока все это не внушает оптимизма.
 
А я на уже сказанном и этот параграф, и всю статью заканчиваю.
Думается, мне удалось показать, что возникновение и развитие того сорта вещей, моделью которых является «полная Сеть», – одно из важнейших черт-качеств современного мира вещей.  Причем, роль и значение сетевых  ТС в будущем будет только возрастать. А модель «полная Сеть» выступает удобным инструментом их анализа-синтеза.
Но не только это удалось. Я думаю, что благодаря сказанному в этой статье, стали понятнее:
·         и значимость ТРИЗа,
·         и ее специфика и место в человеческом познании себя и мира,
·         и те проблемы и вызовы, которые сейчас стоят перед этим направлением познающего поиска.
 
Обнинск, октябрь 2011 г.
 


[1] Причем, все эти направления претендуют на ведущую роль в познании-описании особенностей:
- как собственно творчества,
- так и «всего» мышления.
[2] И если быть очень-очень кратким и потому поневоле в чем-то провоцируя.
[4] Напоминаю, что обычно под методикой понимают некое уже разработанное правило (или свод правил), которыми следует руководствоваться, иными словами, под методикой понимают некую уже известную технологию   действий (или мыследействий).
[5] К слову, Г.С. Альтшуллер в своих исследованиях по ЖСТЛ показывает, что достойная цель (ДЦ) по мере к ней движения, переформулируется-корректируется не в сторону ее «уменьшения-снижения», а в сторону «повышения» ее достойности-дерзновенности.
[6] А ведь все такие объекты представляют собой продукты творчества, ибо все они когда-то были «сотворены».
[7] Чуть-чуть поясню некоторые грани этой сложности. Так, здесь возникают вопросы размежевания:
- с одной стороны, с такими традиционными «предметными» направлениями познания, тоже изучающими творчество, как психология и т.п.,
- а с другой стороны, с такими надпредметными и традиционными направления познания, которые входят в состав философии.
Размежевание – процесс очень не простой, он заставляет, в том числе, разбираться с тем, в чем заключается: тризовские подходы-методы-пути исследований, тризовский глоссарий и т.п.
Но и помимо собственно размежевания встают проблемы так называемой институализации ТРИЗа, в том числе, работа над такими монографиями и учебными пособиями, которые дадут возможность успешно внедриться в уже существующие структуры государственного среднего и высшего образования. К слову, для успешности внедрения добавляет сложности необходимость разработки тризовской педагогики, поскольку традиционные методы преподавания малоэффективны для усвоения тризовских знаний, тут нужны новые приемы дидактики и герменевтики. 
И сказанное - лишь некоторые штрихи из проблематики институализации ТРИЗа.
[8] Так они должны анализироваться-описываться если мы хотим быть успешными:
- и в своем познании мира техники, его истории и перспектив,
- и в созидании-творении технических объектов, новых разновидностей вещей.
[9] Корогодин В.И., Информация и феномен жизни. Пущино, 1991 г.
[10] Т.е. той, качественно особой, механики целесообразности, благодаря которой достигается-осуществляется: и существование-дление, и воспроизводство, и эволюция-развитие живого, живых организмов.
[11] К слову, касаясь пункта пятого, хочу обратить внимание читателей на такой любопытный момент, характерный как для человеческого   познающего поиска вообще, так и для развития ТРИЗа в частности. Он заключается в том, что прежде, чем начать использовать для анализа вещей категории-понятия, используемые применительно к анализу социума, нам приходится в эти самые понятия-категории вдумываться более глубоко, на них по-новому смотреть, их рефлексировать-доосмысливать. При этом:
- и познание особенностей человека и социума поворачивается новыми сторонами,
- и наше понимание мира техники и его перспектив становится более глубоким. 
[12] А именно: с помощью вещей все более объемно, качественно и   полно выполнять в актах Д. те   функции, которое до того выполнялись там людьми.
[13] Использовал при рассказе о тризовском анализе потребительских особенностей вещей (см.      http://metodolog.ru/node/392, 412).
[14] К слову, люди пытаются и в этом «научно» разобраться с помощью таких этических категорий, как Благо, Добро и Зло, совесть, мораль и т.п.
[15]Соответственно, получаемое нами качество ГПФ у нами же созидаемых ТС-вещей зависит: как от наших (все растущих!) умений придать целесообразность их устроению, так и от тех сюрпризов, которые таит в себе еще нами непознанное в косных процессах и силах.
[16] Люди, как вид живых организмов, отличны от всех других видов живых организмов на Земле по качественно новому (эмерджентному) уровню развитости в них совокупностей ОУМ и органов управления. Это выражается, в частности, наличием только у них сознания и т.д., о чем я уже не раз вел речь в своих статьях.
[17] Тем самым, эта модель дает обоснованный и продуктивный ответ на вопрос (к слову, не очень-то методологически корректный) о том, каков же именно принцип действия ТС такого класса. 
[18] Подробнее об этом см. в статье «О тризовском подходе к анализу-описанию потребительских особенностей вещей», http://metodolog.ru/node/392, 412.
[19] Скажем, те же: устройства ввода информации, устройства вывода информации, устройства оперативной памяти и т.п.
[20] К слову, тем самым, оценивать и такие автономные ТС, ГПФ которых – «управлять» другими ТС.
[21] А такой уровень самоуправления в живых организмах был достигнут, благодаря так называемому процессу цефализации, происходившему по ходу видовой эволюции живых организмов на Земле. А говоря конкретнее, благодаря процессу развития органов самоуправления животных. К слову, эта качественная особенность видовой эволюции усматривается только с позиций системного подхода!
[23] См. примечание 3.
[24] Я постарался это проделать в своей предыдущей статье (см. примечание 3 на стр.4). А здесь напомню, что самоуправление в полной ТС устроено по иерархическому принципу подчинения нижестоящих уровней устроения вышестоящим.
[25] К слову, знаменитая формула Шеннона о «количестве» информации была им выстроена именно для того, чтобы характеризовать пропускную способность информационных каналов связи, но ее очень быстро возвели в какой-то культ, начали сводить информацию к какой-то нелепой негэнтропии и нагородили на таком пути очень много несуразностей.
[26] В "недоразвитых" (не совсем "полных") Сетях (скажем, в современных электро­сетях) имеется некоторая специфика с адресностью, но как гово­рится "сейчас не об этом".
[27] Есть вырожденные формы Сетей, полностью лишенные источников активности. Говоря точнее, требуемые для функционирования таких сетевых ТС источники активности расположены: либо за их пределами, либо в самих транс­портируемых агентах. К слову, иногда именно такие формы сетевых ТС именуют "инфраструктурами".
[28] Впрочем, и в других ТС высокой сложности такого рода явления (как-то: функционирование даже   на "холостом" ходу, в том числе: гомеостатирование и т.п.) имеют место (с наличием со­ответствующих сумм расплаты за такое функционирование). О такого рода особенностях можно много чего порассказать.
[29] А внимательный читатель, наверно, заметил, что выше по тексту выстраивание этой модели уже сопровождалось примерами ее использования.
[30] А связано это «триумфальное» шествие сетевого принципа организации взаимодействия вещей-средств Д. с его «горизонтальными» преимуществами.
[31] См. статью «Об идее самопревращения материала в продукт…» (http://metodolog.ru/node/727, 730, 737
[32] Причем, когда мы говорим о семантике единиц информации, то речь идет об их информационном содержимом. А когда говорим о семиотике, то речь идет, в основном, об их знаковых (оформительских) особенностях. 
[33] К слову, только в опоре на эти категории мне удалось усовершенствовать такую тризовскую модель, как «полная ТС», в том числе:
- раскрыть функциональную структуру органа самоуправления в этой модели,
- тем самым, продуктивно-адекватно описать    функциональное устроение таких вещных организованностей (технических устройств), с помощью которых процессы организации и управления реализуются-осуществляются
[34] Ну, а те практики-прогнозисты, кто собственно и выстраивает-сочиняет те или иные конкретные прогнозы, все они пользуются результатами подобных («футурологических») исследований.
[35] См. например статью о дальнем прогнозе будущего мира техники http://metodolog.ru/node/566, 576.
[36] Недаром великий П.К. Анохин (один из первых «системщиков») говорил о таком особом свойстве живых организмов, как свойство «опережающего отражения».
[37] Напоминаю, что наличие в живой природе целесообразной причинности обусловлено (как и вся    качественная особость живого по сравнению с природой косной) наличествующими в ней информационными процессами.
[38] Если подходить формально, то познание – это тоже вид Д., но уж очень специфический, поскольку целью такого вида-типа деятельностного активничания является:
- обнаружение и объяснение самых разных непоняток,
- иными словами, генерация-творение новых знаний.
Причем, любопытно здесь то, что число непоняток только растет по мере накопления   человечеством знаний.
[39] См., например, статью «О категории деятельность…» (http://metodolog.ru/node/461, 467, 476.
[40] Вспомним слова известного философа Ортега-и-Гассета: «человек, это – то, что еще только силится быть, человек, это – еще не реализованная программа…».
[41] Напомню, что смена поколений ТС, это – процесс замещения (по ходу человеческой истории) в актах Д. одних ТС другими, хотя и имеющими (в этих актах Д.) ту же ГПФ, но в своем устроении более продвинутыми к идеальности (к ИТС).
[42] К слову: разработка-описание этих идеалов   – одно из величайших достижений (и заслуг) ТРИЗа.
[43] И еще к слову: сюда же можно отнести и представления о «полной ТС» и о «полной Сети».
[44] О том, что понимается под таким типом процесса, как управление, подробно говорилось в моей предыдущей статье (см. примечание 3).
[45] Ну, а о продуктивности различения таких видов Д., как проектирование, конструирование и изобретательство, я уже вел речь в других своих статьях (см. статью «О категории деятельность…» (http://metodolog.ru/node/461, 467, 476).
[46] К слову, те инварианты и законы, которые нами усматриваются и в переменчивом окружении и в переменчивости нас самих, – тоже есть наши догадки, только отличие их   в том, что это:
- не какие-то события,
- а некие постоянства, неизменности.
[47] См. примечание 3 на стр. 4.
[48] Это ситувции, когда приходится планировать в условиях, когда: я знаю, что ты знаешь то, что я спланировал и планирую и т.п.
[49] Т.е., по сути, при наличии соответствующих единиц информации, планов. К слову, немного позже термин инструкция был заменен (заменен знаменитым математиком А. Ляпуновым) на термин «программа». И еще позже была введена В.И. Корогодиным такая общеметодологическая системная категория-первоначало, как «информация».
[50] См. Нейман фон Дж., Теория самовоспроизводящихся   автоматов, М., Мир, 1971.
[51] В том числе, и развитию так называемого технического программирования, машинных способов проведения вычислительных процедур.
[52] К примеру, логика силлогизмов Аристотеля, формализованная математиками в виде двоичного исчисления и Булевой алгебры, легла затем (благодаря работам А. Тьюринга, фон Неймана и др.) в основу цифровых ЭВМ.
[53] К слову, благодаря созданию технологий делания изобретений и последующей их формализации удается машинизировать и решение все более сложных изобретательских задач!
[54] Иными словами, изучением особенностей понятийно-логического (научного) и образного (художественного) мышления.
[55] Альтшуллер Г.С., Шапиро Р.Б. О психологии изобретательского творчества. // Вопросы психологии, N6, 1956.
[56] Ставила это на примере такой разновидности творения-творчества, как процесс делания изобретений.
[57] К слову, об особенностях и значимости системного оператора я писал в отдельной своей статье (см. http://metodolog.ru/node/368, 380).
[58] Еще добавлю, что ценнейшей особенностью и АРИЗа, и ФСА, и диверсионного анализа, и ЖСТЛ было втягивание в такого рода планирование всего арсенала тризовских средств.
[59] И великое дело делают те из тризовцев, кто начинает обучение элементам ТРИЗа не только в младших классах средней школы, но и в детских садах.
[60] К слову все эти тормозящие факторы действуют и на методологическую школу Г.П. Щедровицкого, в своем развитии тоже переживающую не лучшие времена.
[61] См. Моисеев Н.Н. Человек и ноосфера. Молодая гвардия, М., 1990.
[62] См. об этом  http://metodolog.ru/node/376
[63] К слову, насколько помогают все эти инструменты в составлении прогнозов, я уже продемонстрировал в своих статьях, размещенных на сайте, причем, продемонстрировал:
- как применительно к прогноху будущего у отдельного вида-типа технических объектов (а имеено, такого, как «Дом» («жилье»), см. http://metodolog.ru/node/357).
- так и применительно к дальнему прогнозу будущего всего мира техники, см. http://metodolog.ru/node/566, 576.
[64] Сама идея создания универсальногно материала – одна из веч­ных идей разработчика. В НФЛ есть уже много сюжетов по этому по­воду. В качестве универсального материала для конструирования любых изделий в одном из произведений выступала, например, осо­бым образом структурированная вода.
[65] Приемы РТВ не только помогают разрешать ТП и ФП, обнаруживаемые по ходу разработок, но и открывать новые (сейчас кажущиеся сказочными, фантастическими) технические средства и полезные функции.   
[66] Обоснование этого требует погружения в очень сложные вопросы мировоззренческого характера. А здесь могу лишь отметить, что предположение о возможности перемещений (взаимодействий) с бесконечной скоростью основывается на теистическом исходном постулате, что для нас, людей светских, не приемлемо, ибо разрушает сами основы светской рациональности. Итак, скорость перемещений всегда конечна (хотя при этом не отрицается возможность перемещений чего-то и со скоростью на сколько-то большей, чем 300 000 км/сек).
[67] Один из вариантов телепортации, часто обыгрываемый в НФЛ, предполагает наличие некой Сети, которая:
- в «приемных» портах осуществляет "разборку" вплоть до атомов и детальнейшее описание транспортируемо­го объекта,
- транспортирует все это до нужного выходного порта,
- осуществляет в выходных портах вещественную "сборку" согласно переданному описанию.
Если к подобного рода «телепортации» отнестись всерьез, точнее, если посмотреть на нее глазами разработчика-системщика, то сразу же становится ясно, что при такой телепортации, даже если удастся перенести все-все атомы в целости и сохранности, то ведь   неизбежны ошибки: и при описании, и при сборке согласно этому описанию. Так что на выходе такой Сети будет создан объект, отличный от того, кто был на входе.
Если же себе представить вариант такой Сети, который передает только описание объекта, а на выходе он собирается из тамошних материалов, то тогда получается «размножение» транспортируемого агента.
Я уж не говорю, что при описании, скажем, человека, надо не только точнейшим образом описать структуру (устроение) его «биологического» содержимого, но и точнейшим образом описать информационное содержимое его психики-сознания, к тому же, все это заново «запустить», заставить функционировать.  
[68] Я здесь такие понятия, как консорция и этнос, понимаю по Л. Гумилеву.
[69] Возможно, что, благодаря телесной "рассеянности" такого группового образования, нап­равленность и результаты их групповой активности в сообществе в чем-то будут иными, не такими, как у старых этносов и консорций. К примеру, такие сообщества ближе к таким понятиям, как толпа и публика, чем к тому, что мы понимаем под этносом.
[70] Гейтс Б. Дорога в будущее/Пер.с англ.-М.:Издательский отдел "Русская редакция" ТОО "Channel Trading Ltd.",1996.
[71] При непосредственном общении это тоже делается, скажем, с помощью косметики, неадекватной мимики и пр.
[72] Это фантомы другого рода, не те "информационные субъекты", о которых говорилось чуть выше.
[73] Порождаться они могут с помощью различных «генераторов», скажем:
- из программных вирусов (и прочих хакеровских проказ),
- из индивидуальных «бесхозных» сетевых программ типа персонального «секретаря» и т.п.,
- из вырвавшихся в Сеть продуктов фантазирования программистов и т.п.
[74] Развития, осуществляемого: как через   внешнее оргуправление Сети, так и благодаря введению неких единых для Сети цензурирующих программных средств внутреннего оргуправления.